Страница 50 из 121
Вперёд немедленно выступил Правый советник Ким Дан У, глава Западной фракции. На его лице играла едва заметная, торжествующая усмешка. Он был уверен, что зажал короля в угол.
— Ваше Величество! — Ким Дан У низко поклонился, но голос его был уверенным и твёрдым. — Весь двор будоражат нелепые слухи. Говорят, вчера во дворец была тайно доставлена беглая государственная рабыня, преступница, служившая в Водном ведомстве. Более того, ходят слухи, что Левый советник Юн пытается выдать эту неряшливую простолюдинку за свою погибшую внучку, дабы возвысить свой клан. Мы умоляем Ваше Величество не поддаваться на эти уловки и строго наказать тех, кто собирается осквернить чистоту королевского двора!
По залу пронёсся одобрительный шёпот министров Западной партии.
Король даже не моргнул. Он медленно перевёл взгляд на противоположную сторону, где стоял Левый советник Юн Чон Тхэ — дед Ён У. Князь стоял, закрыв глаза и опершись на свою трость. Внешне он казался абсолютно спокойным, но побелевшие костяшки пальцев выдавали его ярость. Армия его внука-генерала на севере была сильным аргументом, но здесь, в Совете, позиции Юна были всё ещё уязвимы.
— Правый советник Ким прав в одном, — спокойно произнёс король, и в зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. — Кровь королевских жён должна быть чиста. Именно поэтому я созвал вас сегодня. Секретарь, зачитай королевский указ.
Секретарь развернул тяжёлый свиток из жёлтого шёлка и начал читать ревущим, торжественным голосом:
— «Настоящим Указом Его Величества короля объявляется, что законная дочь благородного рода Го и внучка Левого советника Юн Чон Тхэ, Го Ён У, чудом выжившая в годы великого нашествия, найдена и возвращена в лоно своей семьи. Её благородное происхождение подтверждено записями ведомства каллиграфии и личным свидетельством её брата, командующего северной пограничной армией, а также сведениями, полученными Тайными Королевскими инспекторами, по приказу Его Величества тщательно проверившими всё, что было известно о событиях восемнадцатилетней давности».
Министры Западной партии начали переглядываться, на лбу Правого советника Кима выступила вена. Он сделал шаг вперёд, но секретарь продолжал:
— «Ввиду её безупречной добродетели, высокого происхождения и верности государству, Его Величество жалует Го Ён У младший первый ранг Чон Первый Пум и вводит её во внутренний двор под именем Гвиин Го! Отныне и впредь всякий, кто посмеет очернить её имя или упомянуть годы её вынужденных скитаний, будет судим по закону об оскорблении королевской семьи».
Зал буквально взорвался.
— Ваше Величество! Это безумие! — Ким Дан У сделал три шага вперёд, забыв о приличиях. — Младший первый ранг?! Сразу войти во дворец как Гвиин? Женщины годами выслуживают этот статус! Даже если она из рода Го, она провела годы среди грязи и нищеты, она была служанкой! Она была рабыней! Она годы жила вне дворца, и её целомудрие под подозрением! Это оскорбление для всех благородных семей Королевства! Западная партия не примет этот указ! Мы возмущены и требуем строгого наказания самозванки, совершившей неслыханное преступление — побег из дворца!
Король медленно подался вперёд, его глаза опасно сузились:
— То есть Западная партия не примет указ короля? Правый советник, ты не забываешься? Чего ты хочешь? Лично проверить целомудрие моей супруги после того, как она уже провела со мной несколько ночей? Я, лично я подтверждаю её целомудрие, или мне принести и сунуть тебе под нос нашу утреннюю простыню? А может, ты хочешь лично объяснить присутствующему здесь командующему Северной армией Го, почему его родная сестра, чей отец трагически погиб, защищая границы нашего королевства, недостойна уважения? Хочешь сказать генералу, который держит наши рубежи, что вся его семья — «грязь»?
Ким Дан У осекся. Сказанные им в запале слова о целомудрии в отношении супруги короля, уже спавшей с ним в одной постели, граничили с безумием и государственной изменой. Он увидел нехороший блеск в глазах пристально смотревшего на него короля. А упоминание о северной армии и её командующем подействовало как ушат ледяной воды. Противостоять разъярённому генералу с пятьюдесятью тысячами преданных воинов Западная партия не могла.
— И ещё — а кто тогда у нас командовал Западной армией, которая не пришла на помощь гибнущему Северному войску и побоялась переправиться через реку Амноккан? А не Ваш ли двоюродный брат, Правый советник? Мой отец отправил его всего лишь в ссылку, а затем через десять лет простил. Но я бы так не поступил. Он оставил наших боевых товарищей гибнуть под ударами вражеской конницы. Десятки тысяч наших женщин были уведены и проданы в рабство, весь Север обезлюдел.
— Ваше Величество, но тогда река почти вышла из берегов и…
— Нежелание рождает тысячу причин, не так ли, господин Ким Дан У? Итак, кто что скажет по поводу моего решения? Некому и слова сказать? Все согласны?
— Ваше Величество, дозвольте сказать, — вперёд вышел дородный Министр общественных работ. — Насколько я знаю, когда её нашли, она обратилась к своему брату по имени Су Хён. Но мы все знаем, что прославленного генерала зовут Го Мин Хо. Как сестра может не знать имя брата? Даже если она была маленькой и забыла, то почему генерал Го её не поправил?
— Ваше Величество, позвольте пояснить министрам, чтобы в дальнейшем даже тени подозрений о самозванстве моей сестры не возникало, — генерал вышел в проход и поклонился Его Величеству.
— Говорите, генерал Го.
— Через три года после рождения моей сестры мама опять забеременела, и все говорили, что должен родиться мальчик. И мы даже выбрали ему имя — Су Хён. Но мама из-за болезни не смогла родить Ён У младшего братика, которого она так ждала. И поэтому во время наших игр она всегда называла меня Су Хён. Об этом знали только я и она. Даже родители не знали. Теперь никто не станет говорить глупости о самозванстве?
В зале послышался одобрительный гул. Многие просто не знали подробностей и судили по гуляющим по дворцу слухам. Но советник Ким быстро нашёлся, что ещё сказать:
— Но Ваше Величество! Левый советник Юн требовал для своей внучки ранг Бин! Старший первый ранг! Если вы даёте ей Гвиин, вы сами признаёте, что её статус неполон! У неё нет даже личного титульного имени!
— Советник, Вы ничего не попутали в своей речи? Личное титульное имя положено только наложницам ранга Бин, о чём вы сейчас вообще говорили?