Миссия

— Включай тормоз! — отдал приказ Григорьев, хотя Ву уже сам отточенным выученным движением щёлкнул кнопками над головой.

— Включил!

Дмитрию стало казаться, что он ощущает тяжесть ног, и, если судить по реакциям остальных, ощущения не были ложными.

Святослав даже приподнял ногу и опустил на пол, на лице парня глубокое недоумение.

И это чувство, возникшее в теле, когда находишься в лифте на самом верхнем этаже, и тот начинает быстро спускаться вниз, в груди на крохотное мгновение возникает особое ощущение, сердце словно замирает на месте, в то время, когда тело начинает двигаться вниз.

— Приземляемся! — взволновано сказал Ву, наблюдая по камерам быстро приближающуюся сверкающую голубым светом площадку.

Глухой стук шасси о твёрдую поверхность.

— Завершено, — раздался безразличный ко всему женский голос автоматической системы.

— Надо проверить, всё ли в норме, — произнёс Ву срывающимся голосом, как ни крепись, сдержаться не получится. — Системы функционируют в штатном режиме. Вы нас слышите?

Через невесть откуда взявшиеся помехи и потрескивания в эфире прорвался голос Григорьева: — Да, но связь плохая. Возможны повреждения?

— У нас всё в норме, — повторил Ву. — Возможно, связано с посадкой или воздействием этого поля вокруг нас.

— Не забывай, мы тоже в нём находимся, — напомнил космонавт. — Как бы не их очередные фокусы.

— Откуда такое недоверие? — хмыкнул Роберт.

Ву бросил на него недовольный взгляд: — У нас всё в порядке, будем готовится к выходу.

— Вас понял, — отозвался через помехи Григорьев, — держите в курсе. Отбой.

— Отбой, — машинально за ним повторил Ву, отключая рацию. — Уфф, — громко перевёл дыхание.

Дмитрий видел крохотные капельки пота на лице китайца, в свете они чуть поблёскивали. И вот что удивительно, они не отделились от кожи и не принялись кружить в невесомости.

— Чувствуете? — Святослав поднял ногу и опустил её.

— Что? — не понял его жеста Роберт.

— Попробуй сам, — предложил парень.

Американец недоверчиво глянул на него, но всё же внял совету. На лице отразилось изумление, что Дмитрий ранее видел на лице Святослава.

— Ого, — присвистнул Хайнлайн, — даже как-то непривычно.

— Сила тяжести? — Ву повторил движение за ним. — Хм, — протянул он. — Не как на Земле, скорее больше похоже на силу лунной гравитации, однако всё равно нечто непонятное.

— А разве «Объект» не может иметь собственную гравитацию? — предположил Святослав.

— Не таких размеров, — отмёл предположение собеседника Ву, — она, безусловно, у него имеется, но настолько должна быть слаба…

Парень мягко перебил его: — Я не об естественной, моё предположение, что она на корабле искусственная.

Ву призадумался, покачивая головой, соглашался с прозвучавшим предположением: — Возможно, а почему нет? После электромагнитного поля вокруг «Объекта» удивляться искусственной гравитации будет глупо.

— Получается, мы можем ходить по его поверхности, не опасаясь оторваться от неё и улететь? — спросил Дмитрий.

На лице китайца промелькнуло сомнение: — Довольно рискованно, неизвестно, на каком расстояние действует эта гравитация, в каком режиме работает, да и банально можно забыться, подойти к краю «Объекта» и, просто оступившись, оказаться, что называется, за бортом. Поэтому не забываем пристёгиваться к модулю, когда покинем его.

— Ещё вопрос, — поднял руку, словно прилежный ученик, Роберт. — Есть ли нужда всем сразу покидать модуль?

— Разумеется, нет.

— Кто первым идёт в разведку? Сразу предлагаю себя.

Чан усмехнулся: — Хочется войти в историю, сделав небольшой шаг для человека?

Роберт, кивнув, продолжил: — И большой для человечества. Согласитесь, каждый из нас сейчас хочет сделать его. Как поступим?

Ву призадумался, китаец явно признавал правоту слов американца.

— Старый добрый жребий, — предложил он.

— Справедливо. И как проведём? Курящих среди нас нет, сломанную сигарету или спичку не вытянешь.

Ву улыбнулся: — У меня есть идея, но она ведёт к небольшой диете.

Идея заключалась в том, чтобы свинтить с тюбиков с едой четыре одинаковых по цвету колпачка и один, отличающихся от них. Затем их положили в непрозрачный пластиковый стакан для сбора веществ. Ву перетряс их и, накрыв ладонью, спросил: — Кто первый?

Роберт запустил поднял руку, приоткрыв крышку, через небольшую щель мог просочиться лишь один колпачок, сразу выкатился тот самый.

— США начинают и выигрывают, — самодовольство буквально лучами светилось с лица Роберта. — Как и всегда.

— Жалеешь, что нет с собой флага? — попытался подколоть его Чан.

— У настоящего американца флаг всегда с собой, в груди, — невозмутимо отозвался он.

Первым модуль покинул Хайнлайн, провозгласив по радио: — Маленький шаг для американца, большой для его страны.