Миссия

— Вы про выступление в ООН? — Джон Ву, как, впрочем, и другие китайцы, спокойно ждали, пока все разберут посуду с едой, затем с достоинством взяли причитающееся им.

Дилип упал на своё место. — Удивительно, отчего Ямамото пришло в голову, что это астероид, а не корабль пришельцев?

— Захотелось пятнадцать минут славы? — предположил Роберт, зачерпнув ложкой рис со жгучей смесью. — Ммм, приемлемо.

— Тем более, что резон в его словах для непросвещенных людей имелся, — Святослав последовал примеру американца и, жуя, продолжил. — Они молчат, снимки чёткие получить невозможно, а люди уже настроились на контакт с инопланетянами. Вот откуда идёт разочарование.

— А почему нельзя получить чёткие снимки?

Кари обжигал нёбо, Дмитрий тщательно перемешал его с рисом, а Григорьев предпочёл запить водой.

— Потому что ближе подобраться к нему не получается, спутники притянутся Венерой, да и, — лицо парня стало задумчивым. — От него исходит сильное магнитное поле.

— Что за поле? — Брайан удивлённо посмотрел на него. — Впервые о таком слышу?

Григорьев передал воду Джексону, тот благодарно кивнул.

Чан, подчиненный Ву, разрезав кусок курицы, пояснил: — Магнитное поле, что попросту блокирует, точнее, искажает сигналы.

— О как? — медленно прожевав, произнёс Роберт. — Разве данный факт не свидетельствует о том, что «Объект» создан искусственно?

— Вовсе нет, — мотнул головой Святослав.

— Почему?

Слово вновь взял Чан: — Потому что бывают металлические астероиды, и быть может так, что в этом полно магнетита.

— Ни черта толком не понял, ну да ладно, раз вы так говорите, спорить не буду, — поднял вверх ладони Роберт. — Скоро мы отправимся туда, чтобы узнать правду.

На что Ву улыбнулся: — Только добираться не скоро.

Дмитрий, наблюдая за беседой, размышлял о том, неужели им удалось стать единой командой? Долгие месяцы тренировок и муштры дали всходы? Они всё-таки сблизились, и разногласия между странами не будут препоною в выполнении поставленной задачи. Приятное тепло разлилось по сердцу от осознания данной мысли. Товарищество, вот что по-настоящему сближает людей.

— Всё-таки есть факт, указывающий на то, что «Объект» — космический корабль, — произнёс Святослав.

— Давай, медвежонок, просвещай, — улыбнулся Хайнлайн.

— Медвежонок? — удивился такому обращению Святослав.

— К тому, что вашу страну в цивилизованном мире ассоциируют с медведем, как и ваших граждан, — спокойно разъяснил Роберт, чуть развалившись на стуле. — Ничего лишнего, приятель, просто шутливое обращение.

— Иногда ты неуместно шутишь, — заметил Джексон, — может, пора избавляться от стереотипов?

— Стереотипы штука живучая, въедаются с молоком матери и политикой страны, в которой живёшь, — усмехнулся американец. — Но если прозвучало обидно, так и быть, — развёл руками, — извини.

Святослав пожал плечами, мол, всё в порядке.

— Так что за факт? — Джексон поспешил перевести неловкий момент в нужный настрой.

— То, что «Объект» до сих пор на орбите планеты.

Американцы непонимающе смотрели на него, как и Родриго с Дилипом. Родриго шёл по технической части, по сути второй пилот. Ву профессиональный космонавт вроде Григорьева, или, как говорят у них, тайконавт. Чан биолог, включён в состав команды для того, чтобы исследовать форму жизни, с которой люди встретятся. Попутно и медик на время экспедиции. Третий член команды, Линь, прописан как пилот, вместе с Хайнлайном и Дмитрием. Он всегда предпочитал отмалчиваться, и если нутро не подводило Дмитрия, то он, скорее всего, также военный, как и Хайнлайн.

— Поподробнее, — Джексон ложкой сдвигал остатки риса, собираясь доесть угощение.

— Он не падает на Венеру, хотя давно уже должен был бы это сделать. Сила притяжения планеты, то самое, из-за чего мы не рискуем подпустить к нему спутники ближе. Раз он стоит на орбите, значит, у него есть силы противостоять гравитации Венеры. Именно по той же причине, почему МКС не падает на Землю.

— Её постоянно передвигают, уводя от притяжения в случае необходимости, — припомнил Джексон, забрасывая в рот последнюю ложку.

Святослав подтвердил кивком.

Родриго хмыкнул: — А разве Ямамото не мог такого знать? Ради чего затеял весь этот шум?

— Ради своих пятнадцати минут славы? — улыбнулся Чан.

— Он, возможно, а вот его покровитель явно нет, — Роберт, отодвинув грязную тарелку от себя, положил руки на стол. — Новости слышали? Страны, что участвуют в проекте по созданию корабля, решили возобновить программы по оказанию финансирования беднейших стран мира. И догадайтесь, кто глава комитета, что контролирует всю эту помощь? Правильно, наш возмущавшийся громче всех друг. За последние несколько лет денежный ручеёк основательно так обмелел, видимо, у него дела также пошли плохо.

— Но эта помощь необходима, — сухо заметил Дилип.

— Так я не возражаю против этого, но вот дела у всех нас в последние годы идут так себе, — прищёлкнул языком Роберт. — А экономика выстроена так, что во время кризиса надо выбирать, либо танки, либо масло, сразу то и то давать не получается. Бедным странам просто не повезло.

— Не повезло? — нахмурился Родриго.

— Да, — жёстко заметил Роберт, — помощь можно оказывать до бесконечности, но она теряет весь смысл, если тот, кому помогаешь, сам усилий, дабы выбраться из дерьма, не прилагает. А лишь ожидает очередной помощи. Вот эти ребята, — подмигнул Дмитрию, — понимают, о чём идёт речь.

Григорьев поднялся из-за стола, прихватив свою тарелку: — Спасибо, Дилип, вкусно. Буду сожалеть о настоящей еде, ведь нас ожидает больше года паёк из тюбиков.

Дилип улыбнулся. За время, проведённое вместе, языковое общение стало весьма причудливым. От экипажа требовалось знать русский и английский языки, китайская делегация не стала настаивать на изучении их речи, понимая, насколько это может быть трудным. В итоге русский и английский смешались, в них проникали португальские слова, а иногда индийские и всё же китайские. Дело дошло до того, что порой посторонние не могли сразу понять, о чём между собой говорят члены экипажа.

Старт намечался через неделю.