Страница 54 из 93
— О, прошу прощения, сломанный Ангел. Я не хотел мешать представлению. Особенно той части, где ты расписывал лысому монкею опасности Шести Кругов, а он в ответ клевал носом. Это было так трогательно. Ты был похож на отца, читающего сказку на ночь сыну…
— Избавь меня от своих речей, клоун. Зачем ты пришёл ко мне?
Сангвиний резко перебил Цегораха. Ангел не скрывал своего презрения к древнему эльдарскому богу. Впрочем, Цегорах тоже был крайне невысокого мнения о «союзниках».
— Ты такой нетерпеливый, напористый… Прямо как твой отец. Тот тоже постоянно куда-то торопился. И, справедливости ради, добился успеха. Теперь он сидит на самой яркой лампочке в галактике. Продолжай в том же духе, сломанный ангелок, и ты тоже со временем на что-нибудь сядешь.
Выражение лица Сангвиния не изменилось, но в его руке возник меч. Который отец Кровавых Ангелов очень сильно хотел пустить в дело.
— Ты решил испытать союз с моим отцом на прочность, реликт прошлого? Повторяю свой вопрос в третий и последний раз. Зачем ты пришёл сюда, Цегорах?
Цегорах театрально вздохнул, словно его заставили выполнять смертельно скучную работу, и развёл руками.
— Эх… какой ты скучный, Сангвиний… Учись у нашего общего знакомого. С ним никогда не скучно… Ладно. Причина, по которой я здесь, настолько проста и примитивна, что будет понятна даже тебе. Я желал убедиться, что наш союз всё ещё в силе. Мало ли. Вдруг в твою светлую головушку придёт мысль добиться расположения Сайтамы через мою смерть.
Наконец услышав объяснения, ангел опустил своё оружие.
— Можешь быть спокоен, Первый дурак. Я не собираюсь своими чувствами ставить под угрозу план Императора.
— Рад это слышать. Но тут возникла маленькая проблема… Так уж получилось, что Сайтама спас одну мою знакомую, что крайне сильно жаждет моей смерти. Она же не входит в планы твоего папочки, правда? Когда будешь общаться с культистами, поговори ещё и с ней. Пускай поумерит свои желания. По крайней мере, до реализации наших планов твоим папашей.
Сангвиний чуть склонил голову. Его лицо осталось бесстрастным, но в его глазах мелькнула тень холодного удовлетворения.
— Я поговорю с ней. Иша получит своё возмездие. Но не раньше, чем план моего отца будет исполнен. Если ты не дашь мне повода ускорить этот срок.
Цегорах широко улыбнулся. Ничего другого от инструментов Анафемы он и не ожидал.
— О, я не дам тебе повода, Ангел. Я буду паинькой. Я буду так хорошо себя вести, что ты заскучаешь. Но запомни и ты кое-что. Если я умру раньше времени, твой план рухнет. Без меня культ Иннеада откажется от союза. Никто не будет возвращать тебя и других дохлых примархов к жизни. А скучного бухгалтера и лесного дебила явно будет недостаточно для реализации твоего драгоценного видения будущего. А что будет дальше… Скажем так, когда наше сотрудничество закончится, мне есть чем удивить тебя и твоего папашу.
— Не сомневаюсь, шут. И с нетерпением буду ждать. А теперь хватит испытывать моё терпение и убирайся из моей тюрьмы.
— С превеликим удовольствием. Прощай, когтеточка Хоруса.
Сангвиний не выдержал и метнул меч.
Клинок рассёк пространство почти мгновенно — с силой, способной пробить броню танка, — и пролетел там, где долю мгновения назад стоял Цегорах. Шут извернулся с немыслимой, противоестественной грацией и скрылся в тени. Уже из темноты донёсся его удаляющийся смех.