Страница 58 из 142
Господин Серп пожал плечами.
– Не могу этого утверждать, похоже, все остальные воспоминания ничуть не касаются сновидений.
И они продолжили изучать материал.
Пока Серп брался за дневники и ежедневники, сплошь заполненные аккуратным почерком, Дэн, чтобы не терять времени, начал читать короткие статьи и вырезки, развешанные по стенам. Он рассудил так: если последовательность послания Нестора действительно существует, им удастся соединить разные части.
Материал на стенах можно было поделить на две категории: одни касались разного рода научных работ, посвященных процессам сна, а также современным приборам, изучающим деятельность мозга, другие не имели с первыми ничего общего: это были какие-то хаотичные вырезки из газет об убийцах и мошенниках. Дэн догадывался, что это может быть связано с Чингизом Черницким (или как там его на самом деле звали?), но как такое могло быть, если они познакомились с ним совсем недавно, а большинство статей были изданы много лет назад? Вспомнил Дэн и о том, что Аврора любила читать ежедневные сводки, сидя в приемной в холле. И, кажется, это она делала газетные вырезки. Совпадение или она предоставляла Нестору материал?
– А вот еще одно важное воспоминание, – подал голос Серп. – Профессору здесь около шестнадцати лет: «Похоже, я потерял бабушкин нагрудный крестик, пока купался в озере. Это единственное, что оставалось в память о ней. Ночью мне приснилась бабушка, а позади нее горящий дом. Я хотел идти к ней, а она раскрыла ладонь, на которой лежал крестик, и протянула мне. После чего ушла. Я проснулся и обнаружил крест под подушкой. Я все время гадаю: что значит этот сон? И мог ли я действительно оставить потерянную вещь под подушкой. Но вот незадача – всего за день до этого я там проверял…»
– Не знал, что Нестор увлекается мемуарами, – мрачно буркнул Дэн. – Похоже, своим дневникам он рассказывал больше, чем мне. Если бы он был чуть откровенней, мы бы сейчас не тратили кучу времени на то, чтобы разгадать все эти загадки.
– А может, он писал это как раз для тебя? – послышался юный голос.
Дэн обернулся и увидел, что в люке, по пояс высунувшись, стоит Дарья.
– Как ты сюда попала?
– Услышала, как вы возитесь.
Студент нахмурился.
– Я имею в виду: как ты вошла в дом?
– А, это… – Девушка махнула рукой. – Ты, видимо, не запер дверь. Неудивительно, ты был таким усталым…
Она поднялась и принялась рассматривать каморку. Дэн хотел сказать ей, что эта комната не предназначена для посторонних, даже для бывших клиентов, но побоялся обидеть гостью. Дарья и так немного стеснялась того, что приходит сюда регулярно.
Девушка поймала его растерянный взгляд.
– Помощь нужна?
Дэн кивнул.
– Пожалуй. Нам нужно все это прочитать, и как можно быстрее.
– Три этих дневника описывают идею создания «Сновидца», – сообщил между тем Господин Серп. – А вот в четвертом нет ни слова об изобретении. Здесь профессор в основном восхищается умом и красотой своей возлюбленной.
Дэн резко обернулся:
– Иолантой?
Серп кивнул.
– Этот дневник написан позже? – спросил Дэн. – «Сновидец» уже был создан?
– Судя по датам, только в теории.
– Получается, он встретил Иоланту накануне открытия, сделал ей предложение. Что же произошло дальше?
Он кинулся смотреть другие дневники, но оказалось, что Серп держит последний блокнот в руках. Полумесяц быстро перелистывал страницы, между листами скользнула небольшая фотография и упала на стол.
Дэн поднял ее. На фоне стен лаборатории три фигуры в белых халатах: молодой профессор, Иоланта, какой-то юноша. Все трое улыбались.
На обратной стороне подпись: «Дорогому Нестору Ивановичу. Большому учителю от его маленького ученика. Ч. Ч.»
– «Ч. Ч.», – прошептал Дэн и почувствовал, как пол под ним расходится, и он словно летит в бездонную шахту. – Не может быть. Он совсем не похож на…
А Господин Серп, будто бы не слыша его, прочел в дневнике:
– «Вчера ко мне на практику пришел второкурсник, весьма смышленый и одаренный молодой человек. Похоже, мы поладим…» На этом, – растерянно добавил Серп, – все записи обрываются.
– И что мы должны были найти? – спросила Дарья, затем взглянула на перекошенное лицо Дэна и добавила: – Или уже нашли?
– Это еще не ключ, – с трудом выговорил Дэн. – Но это уже что-то.
Он подошел к Господину Серпу и взял из его рук последний дневник, отогнул край кожаной обложки. Оттуда выпал крохотный зеленый с позолотой крестик на кожаном ремешке.
Дэн коснулся его, задумчиво поджал губы.
Не говоря больше ни слова, он ринулся к люку.
– Куда ты? – крикнула вслед Даша.
– Не только они знают, что случилось. Нужно ехать… Нужно встретиться со специалистом… По духовным вопросам… Скорей!
Глава седьмая
Приоткрытый занавес
Белокаменные стены выплыли из тьмы. В темной вышине блеснули купола.
Автомобиль остановился у запертых широких ворот.
– Оставайтесь в машине и ждите меня, – велел Дэн. – Особенно ты, Серп.
– Ты здесь собрался говорить со специалистом? – спросила Даша, глядя на него, как на сумасшедшего.
– Ага. Я в первый раз тоже удивился.
– А ничего, что уже полночь?
– Ничего. Здесь поздно ложатся спать.
Он вышел из машины, вдохнул морозный воздух, чуть пахнущий соснами, пошел по скрипучему снегу вдоль ворот, открыл калитку в стене, пересек площадь и свернул к трапезной.
Навстречу вышла фигура.
– Привет, Дэн. Я тебя ждала.
Казалось, еще недавно они сидели на этом месте и обсуждали сны, проклятья, демона сонного паралича, но как много с тех пор произошло. Дэн, сбиваясь и заикаясь, рассказал матушке Агафье о том, что случилось с ее детьми. Монахиня приняла весть об этом удивительно спокойно.
– Значит, заперты внутри сновидения… Рано или поздно это должно было случиться. Но у них ведь остался ты.
– Я?! – дал петуха Дэн. – Но я всего лишь проводник, у меня почти нет опыта путешествий по этому миру!
Она улыбнулась.
– Раньше ты так не считал. Дэн, ты единственный человек, кто в принципе умеет путешествовать по снам, как наяву. Поэтому твой маленький опыт просто огромный для всего человечества.
– Я даже не знаю, где их искать!
– Чем я могу тебе помочь? Неся писал мне, говорил, что ты приедешь.
– Он знал, что я приеду? – удивился парень.
– Да. Сказал, что примчишься, как только решишь загадку.
Дэн взъерошил волосы на голове, нахмурился.