Бюро сновидений

Дэн рассказал, как они вернулись из сновидения и как он испугался, что у Нестора остановилось сердце. Сообщил, как прошло лето, и как много они готовились к экзамену.

В какой-то момент Аврора все-таки подошла к окну, открыла его и закурила.

Дэн, вошедший в раж, не смог молчать и выдал ей все. Даже о новых клиентах и той авантюре, под названием «Бюро сновидений», которую он затеял.

Он ожидал самой бурной реакции от Авроры, но никак не хладнокровного созерцания пейзажа за окном.

– Моему брату это не помешает, – сказала она, задумчиво помолчав. – В последние годы он был оторван от реальной жизни. Потому и решил проникнуть в страну грез.

Дэн переваривал информацию, не веря, что Аврора не только не возражает, но и поддерживает его идею.

– Почему он был оторван от жизни?

– Он тебе не сказал? – в голосе Авроры не было удивления.

Дэн нахмурился.

– Только однажды. Я видел вмятину на бампере его машины. И он упомянул о женщине, которую любил…

– Иоланта, – чуть нараспев произнесла Аврора. – Не имя – а музыка. Почти что опера Чайковского.

– Так ее звали?

– Так. И, видимо, Неся тебе доверяет, если рассказал о ней…

– Рассказал? Да он так, упомянул неохотно.

– О, ты не представляешь, чего это ему стоило.

– Она… Она погибла в аварии? – осмелился спросить парень.

– Вроде того.

– Как это «вроде того»?

– Она начала погибать несколько раньше. Но в этом доме о ней не говорят. И прошу, не упоминай ее имя всуе.

Она внимательно посмотрела на Дэна, как будто что-то взвешивала в мыслях.

– Возможно, когда-нибудь я тебе расскажу. Но не сегодня. Бутылочка откровенных разговоров уже и так заполнена до горлышка. – Аврора сощурилась. – Тот летающий цветок, о котором ты упоминал, при тебе?

Дэн осторожно достал из кармана фланелевой рубашки незабудку. Цветочек тряхнул голубыми соцветиями, неторопливо поднялся в воздух.

Аврора вздохнула, ее глаза залучились теплом.

Незабудка подлетела к ней, нежно коснулась щеки, плавно опустилась в раскрытую ладонь женщины.

– Она довольно разборчива, – тихо сказал Дэн. – Не всем доверяет.

Аврора не сводила глаз с цветка, и парень видел, как в ее роговице отражаются желто-голубые венчики.

Негромко, с нежной хрипотцой, Аврора продекламировала:

Цветок печальный с этих пор

Любови дорог; сердце бьется,

Когда его приметит взор.

Он незабудкою зовется;

В местах сырых, вблизи болот,

Как бы страшась прикосновенья,

Он ищет там уединенья,

И цветом неба он цветет,

Где смерти нет и нет забвенья…

[2]

[Лермонтов М.Ю. «Незабудка».]

Незабудка, словно бы выслушав стихотворение до конца, взлетела, описала круг и направилась к окну, где на подоконнике для нее всегда стоял стакан со свежей водой.

Аврора подняла на Дэна глаза:

– Надеюсь, я в тебе ошибалась, Младший, прости. Ты непохож на манипулятора. Разве что самую малость.

– Спасибо, – пожал плечами Дэн.

– Признаюсь, – чуть помедлив, добавила Аврора, – что такой бред, который ты тут наплел, просто невозможно выдумать. Говорящие самокаты, слонопотамы, ловушки для тени. Ей-ей, хорошая бы получилась книжка!

Скрипнула дверь, и в комнату заглянула голова Нестора.

– Кофе уже почти остыл. И если ты решила выкурить всю пачку, да еще и втянуть в это Дэна, знай – я тебе запрещаю!

Глава третья

Перспективное предложение

Они засиделись в гостиной до самого вечера. Аврора, уходя, заявила, что собирается с этих пор наведываться чаще, благо спектаклей у нее сейчас немного, так как не все вернулись с гастролей.

Оставшись в гостиной наедине с профессором у их всегдашнего очага, который нередко зажигали летом, а осенью и подавно, Дэн решил, что самое время поговорить.

Он ходил вокруг да около, рассуждая то о перспективах изобретения Нестора, то о средствах на развитие проекта, пока профессор не заподозрил неладное и, развернувшись к нему в кресле, не выпалил:

– Да скажешь ты, наконец, прямо, что случилось? Я чую в этом доме запах паленой лисьей шерсти!

Дэн замер у клавесина, водя пальцем по узору на лакированной крышке.

– Если я скажу прямо, профессор, вы разозлитесь. Обещайте мне, что не разозлитесь.

– Да скажи ты уже хоть как-то, прямо или криво. Не то я и правда вспылю!

Дэн деловито прокашлялся.

– Дело в том, профессор, что вашему изобретению необходимо практическое применение. И чтобы поддержать дальнейшее использование «Сновидца», нужна материальная база. Поиск клиентов…

– Ну вот опять! – всплеснул руками Нестор, отворачиваясь. – Что ты там бормочешь?!

– Я хочу открыть «Бюро сновидений».

– Ты хочешь… Что?! Какое, к чертям, бюро? Вроде как комод, да? Что-то из мебели?

– Профессор, вы прекрасно поняли, что я имею в виду!

Нестор резко поднялся, сердито одернул края домашнего халата.

– Нет и еще раз нет. Этого не будет. Нет – это форма отрицания. Я запрещаю вам, младший ассистент, брать на себя такие полномочия!

– Профессор, в самом деле! Это даже смешно! – воскликнул студент. – Как только мы обсуждаем что-то серьезное, вы переходите на вы и начинаете со мной говорить официально.

– А чего ты хотел, Дэн?! Чтобы сотни людей, со всеми их скелетами в шкафу, проникли в мир сновидений, и каждый бы вызвал по тени?

Дэн нахмурился.

– Я хочу, – он поджал губы, подыскивая слова, – хочу, чтобы «Сновидец» помогал людям. Разве не для этого он был создан?!

– Нет, не то! – крикнул профессор так, что капибара Люся подняла с софы голову и сонно посмотрела на него, а попугаи Ап и Чхи заметались в клетке.

Дэн вздохнул.

– Мне «Сновидец» помог, профессор. Это вы не станете отрицать? Вы сами сказали, он может не просто избавить от боли, он способен вернуть то, что человек потерял. Мечту.

Вот это уже была откровенная манипуляция. Аврора поспешила с выводами. Но Дэну сейчас было не до уколов совести: он видел – аргумент подействовал.

– Дэн, нужны дополнительные испытания. Признание изобретения научным миром… – вяло возразил Нестор.

– Вы уж простите, профессор, но мы и на старой модели умудрялись путешествовать. А ваш замечательный научный мир первым делом присвоит и заберет ваши разработки. Вот тогда ждите беды!

Нестор нахмурился, вернулся в кресло и весь сгорбился.

Тогда Дэн использовал козырь. Достал из-за пазухи конверты со счетами.