Страница 33 из 58
Глава 17
Антон не подошел на глазах у Зои, он дождался, когда медсестра выкурит свою сигарету и
двинется в сторону остановки.
Тогда он побежал к крыльцу. Запыхался, хрипит, пластырь на носу отклеился.
— Лина, стой! Ну пожалуйста! Я не вор, никогда им не был! Украшения эти твои... — он
удержал меня за руку, не давая зайти в клинику и потянул со ступенек вниз. — Да хоть
обыскивай меня! Ничего не найдешь! Я не брал!
— Тогда кто взял? Домовой?
— Понятия не имею! Может, ты ошиблась!
– А коллекторы, которые полквартиры вынесли, они тоже мне приснились?
– Кто? – Антон аж побледнел на глазах. Зашевелил губами, будто подсчитывал что-то. – Они к
тебе приходили?
– Вчера. Сказали, что ты по долгам не платишь. Антон, все. С тобой говорить бесполезно. Ты
сначала ограбил меня, а потом подставил. Ты не мужчина, ты проблема на ножках.
– Я не брал кредитов, – Антон выдохнул. – Это Вероника могла на меня что-то оформить...Без
моего ведома. Я ни при чем. И я не понимаю, почему ты решила разобраться со мной с помощью
этого своего бандита? – он снова схватил меня за руку, когда я вырвалась, – Лина, я тебя не
узнаю. Ты меня выгнала из дома, ключи отобрала. И мне пришлось поселиться в гостинице у
Вероники, она снимает недорогой вариант...Идти-то мне было некуда. Но сегодня весь день у
гостиницы торчит черная Газель. И там сидят два амбала, по виду – настоящие упыри. Ты
понимаешь, я в номер подняться не могу! Нос мне уже разбил этот твой Рембо, чего ты хочешь,
чтобы мне и ноги-руки переломали? Что мне делать?
– Антон, ты взрослый мужчина, – вырвалась. – Что тебе делать – решай сам.
—Как? Я даже в другую гостиницу не могу поехать, потому что денег нет!
— А я тут при чём?
— Ты можешь попросить своего... этого, чтобы он отозвал своих головорезов. Ты разозлилась
на меня, но я и так уже наказан, хватит меня мучить!
Я промолчала.
— Лина, я просто был дураком. Но я все понял. Просто скажи ему, чтобы они отстали. Я куплю
тебе новые украшения, клянусь!
Он даже руки сложил перед собой, так честно, а я смотрела в глаза его и не верила ни на
секунду.
— Технику, которую вчера вынесли тоже купишь? Антон, если ты думаешь, что я тебя сейчас
жалеть начну – нет. Ты два года доброту принимал за слабость. Но мне это уже надоело.
Отстань от меня.
От волнения и расстройства я забыла совсем, что в клинику приехала оформить отгулы, и
двинулась обратно к машине. Я уже была у своей верной коняшки и доставала ключи, как из-за
угла вынырнула чёрная Газель.
Похоже, та самая, на которую Антон жаловался, что караулила его у гостиницы. Она медленно
проехала мимо Антона, притормозила, и из окна высунулся тот самый лысый бугай — который
привез в клинику раненого Дагаева в ту проклятую ночь.
— Антоша, — позвал он негромко. — Мы же тебя ждём. А ты прячешься. По городу вот пришлось
за тобой кататься. Садись, не ссы, просто поговорим. Че ты как целка.
Антон побелел как полотно, попятился, но второй бугай выскочил из машины и грубо схватил
Антона. Он посмотрел на меня с таким отчаянием, что у меня ёкнуло сердце.
— Лина! — крикнул он. — Помоги! Они же меня убьют! Это останется на твоей совести, Лина!
Я не двинулась. Дверь закрылась, отрезав его голос. Газель уехала — бесшумно, плавно, как
большая чёрная акула, проглотившая свою жертву.
Я стояла у машины, сжимая ключи, и понимала: я от своей обиды, злости, совсем свихнулась.
Так все же нельзя...
Куда они его повезли, в лес закапывать?
Судорожно нашарила телефон в кармане и набрала Дагаева. Он ответил после первого гудка, в
своей самоуверенной манере пробасил:
— Соскучилась уже, пышка моя?
— Дагаев, а ты не перегибаешь? — выпалила, садясь в машину. — Только что на моих глазах
Антона забрали твои бандиты. Что с ним будет?
— Ничего страшного, — он говорил лениво, но в голосе проступил металл. — Он накосячил – он
ответит. Ты же сама хотела вернуть своё имущество? Я верну. Прямо сейчас занимаюсь этим
вопросом. Что ты так за него переживаешь, Малышкина? Любишь до сих пор?
Я молчала. Потому что не знала, что ответить.
Не люблю я его, конечно.
Еще не хватало, после такого!
Но и мучений ему не желаю, и чтобы его убивали не хочу!
— Не отвечай, — сказал Дагаев, не дождавшись. — Я всё понял. Но договор есть договор. Я уже
выполняю свою часть. Твоя очередь. У твоего дома ждёт курьер. Он привёз тебе наряд. Вечером
у нас встреча с важными партнёрами. Не опаздывай, пышка.
— Ты что сам платье мне купил? Дагаев...
— До вечера, Малышкина.
Он отключился.
Я чертыхнулась.
Ещё раз.
Посмотрела на клинику и спохватилась, что так и не оформила отгулы, и пришлось вернуться.
Мысли путались: Антон, Дагаев, чёрная Газель с бугаями...
Но я все равно не верю, что бывший одноклассник способен на жесткие меры, тем более, и
повод-то мелкий, это просто моя буйная фантазия разыгралась, никто не закопает Антона в
лесу...
А доворор есть договор, Дагаев прав.
Поэтому к вечеру я надела изумрудное, легкое, струящееся платье, которое привез курьер.
Поначалу хотела отказаться, поспорить, что не надо мне его подарков, пусть сам носит, а я
сама в состоянии купить себе одежду, но когда увидела эту тонкую ткань, когда потрогала
шелк, что под ладонью скользил – не устояла.
Ладно.
Сегодня буду только я, красная помада, туфли на шпильке и этот изумрудный шелк.
По дороге в ресторан я прокручивала в голове наши условия. Три вечера. Три ночи. Я — его
спутница на публике, живое доказательство, что у Дагаева есть серьёзные отношения и любимая
женщина, и с ним можно вести дела. Он взамен — решает мои проблемы. Коллекторы, украденные
вещи, Антон с его долгами. Всё честно.
Всё по-взрослому.
Только почему мне кажется, что я продала душу дьяволу, а он только что купил её за
бесценок?
Ресторан оказался тем же, где мы обедали. Белые скатерти, живая музыка, швейцар у входа.
Дагаев ждал в холле — в чёрном костюме, с расстёгнутым воротом рубашки, без галстука. Волосы
зачёсаны назад, глаза сверкают.
Увидел меня — и замер.
На секунду.
Потом хищно, неотразимо усмехнулся.
— Малышкина, — он окинул меня оценивающим мужским взглядом от туфель до причёски. — А ты