Страница 89 из 190
Рыча в знак несогласия, я ставлю ее в ванну и залезаю следом.
— Никакие драконы не могут приближаться к моему сокровищу. Мне плевать, кто они. — Я включаю душ, вставая под струю, чтобы помыться самому.
— А как насчет твоего отца?
Моя сила вспыхивает, как солнечная вспышка.
— Горячо, горячо, горячо! — Она пытается сбежать из ванны, когда вода нагревается, но я притягиваю ее обратно и немедленно отзываю магию.
— Прости, моя драгоценность. Не говори о других самцах в моем присутствии.
Она отфыркивается под душем, прежде чем положить свои маленькие ладони мне на грудь и оттолкнуть.
— Как долго это продлится? — спрашивает она, вытирая воду с глаз. — Дни? Или недели?
Я быстро намыливаюсь, пока она отвлечена.
— О чем ты?
— Об этом! — Она жестикулирует в мою сторону, сверкая глазами.
— Черт, — говорю я. — Я забыл про еду. Она была у порога. — Я посылаю Олли еще один мысленный приказ принести нам еще. — Я должен накормить тебя.
— Ты игнорируешь мой вопрос?
Взяв ее за плечи, я разворачиваю нас так, чтобы мы поменялись местами, и беру кусок мыла.
— Я не хочу повредить твою кожу, просто быстро помою.
— Ты не можешь больше трогать меня между ног, — говорит она, глаза становятся жесткими, когда она пытается изобразить гнев. Вместо этого это выглядит очаровательно. — Или здесь. — Она указывает на свою грудь, соски затвердели от прохладного воздуха.
— Почему? Я не могу оставить их без внимания. — Иногда драгоценности не знают, что для них лучше. — Каждая часть должна быть отполирована до блеска.
— Я человек, а не драгоценный камень!
— Нет, ты кое-что получше. — Я растираю мыло в ладонях, откладываю его и бережно мою ее грудь руками.
Она стонет.
— О, Богиня, это же ненормально.
— Почему тогда это ощущается таким правильным? — рычу я, проводя ладонями по ее соскам. Меня охватывает желание такой силы, что оно вытесняет все остальное из головы. Я наклоняюсь и беру сосок в рот.
— Я должен заботиться о тебе во всем, — бормочу я, обволакивая языком ее сладкую, чувствительную плоть. — Я должен лелеять тебя.
Я опускаюсь на колени, закидывая ее ногу себе на плечо.
— А эта часть говорит мне, что она нуждается во мне. — Я ныряю между ее ног, мой рот накрывает ее лоно. Она вскрикивает, дергая мои мокрые волосы одной рукой и упираясь другой в кафель душевой.
Иногда полировка должна выполняться ртом и языком. Я вожу языком по ней, прислушиваясь к каждому движению и звуку ее тела, потому что это питает меня. Ее внутренние губы — десерт для моего языка, и я смакую их, медленно, полностью. Мои губы находят набухший бутон прямо наверху, маяк ее удовольствия. Я нежно всасываю его, и она выгибается в мой рот, вскрикивая. Я ухмыляюсь в ее сокровенное место, работая над этим бутоном, пока ее мышцы не сжимаются вокруг меня.
Я провожу рукой по внутренней стороне бедра, и когда я покрываю пальцы ее влагой, она вздрагивает.
— Здесь, — говорю я, потому что она должна понимать, насколько это важно. — Я должен позаботиться об этом.
— Это уже слишком, — говорит она. — Мы не можем.
Я убираю рот и руки, полностью отпуская ее, чтобы изучить ее лицо и тело.
— Разве это не хорошо, моя драгоценность? Похоже, тебе это нравится.
— Да, но… — говорит она, губы приоткрыты, она тяжело дышит. Я облизываю ее киску длинным медленным движением. — О, Богиня, не останавливайся.
С радостью я снова овладеваю ею, пожирая ее ртом, одновременно стимулируя вход пальцем. Она всхлипывает, произнося череду просьб и призывая Богиню, а затем, по какой-то причине, «помоги», и я помогаю ей, проникая в самый центр.
Она вскрикивает, и я ввожу палец глубже. Я встречаю поток жидкости, который сразу же слизываю, облизывая ее клитор все быстрее и быстрее. Она стонет, и я ласкаю ее внутри, в медленном, ленивом ритме, который расслабляет ее мышцы. Мне приходится поддерживать ее, пока она всхлипывает. Ухмыляясь в ее киску, я работаю со своей прекрасной драгоценностью, массируя, вылизывая и пробуя на вкус, пока она не кричит, полностью расслабляясь и чуть не падая мне на лицо.
Мой член тверд и пульсирует, умоляя об освобождении, но я должен убедиться, что мое самое драгоценное сокровище удовлетворено первым.
— Хорошая драгоценность, — говорю я, подхватывая ее на руки и выходя из душа. — Очень хорошо сделано.
— Я или ты? — говорит она, веки опускаются.
Что-то первобытное во мне ревет от удовлетворения. Работа сделана хорошо. Сокровище под надежным присмотром. Улыбаясь, я опускаю ее на пол, тщательно вытираю и несу обратно в постель. Наша еда уже здесь, поэтому я быстро забираю два подноса. Снаружи никого нет, когда я открываю дверь, но там есть запрос на связь от другого дракона.
У тебя три дня, Ксандер, —
тягуче произносит мой отец у меня в голове.
— Три дня, прежде чем ты столкнешься с последствиями. Будь готов.
Угроза
моему
сокровищу?
Моей
собственности?
Рев в моей голове ужасающ, он сотрясает комнату вокруг меня.