Страница 143 из 190
Пожалуй, это не так уж непривычно. В конце концов, в облике дракона я тоже передвигаюсь на четырех конечностях. Я не обращаю внимания на следы от подошв, отпечатки пальцев ног и грязь на полу, на мрачный шепот и бормотание. Единственное, на чем я сосредотачиваюсь, — та, кого я вижу, подняв голову.
Они усадили ее на сцене, словно королеву. Ее анимы, включая Минни и за исключением Ракель и Коннора, стоят вокруг, а Коса замер по правую руку от нее. Я кривлюсь под тяжелым взглядом Сабрины. Ее запахом до сих пор насквозь пропитана одна из камер в поместье Дракос.
На Аурелии длинное синее платье без рукавов и с высоким воротом. Пальцы обхватывают края подлокотников, подбородок высоко поднят, и она смотрит на меня теми самыми синими глазами, которые навечно врезались в мою память.
Ей не хватает только короны.
Я немного прибавляю ходу и довольно быстро добираюсь до первого ряда, отрываю руки от пола и выставляю ногу вперед.
— Но-но! — прикрикивает на меня Дикарь, словно на бродячую псину, когда они с Клювом встают спиной к сцене, будто стражники. — Оставайся на коленях, предатель.
— Справедливо, — бормочу я, убирая ногу назад.
— О боже мой! — визжит Минни, указывая на Дикаря. — Юджин!
Аурелия ахает, и Юджин, вырвавшись из рук Дикаря, взлетает на сцену. Анимы начинают ворковать и плакать, обступив его. Когда каждая успевает его поцеловать, Аурелия прижимает его к груди. Но Юджин не желает там оставаться. Он спрыгивает со сцены, возвращается ко мне и замирает преданным часовым у моего плеча.
Дикарь раздраженно выдыхает. Анимы хмурятся, глядя на поведение петуха.
— Зачем ты пришел сюда? — спрашивает Коса своим характерным голосом, который легко разносится по комнате, где слышно даже падение иголки. — Какое право ты имеешь говорить с моей Региной?
— Возвращайся к своей семье, — огрызается Дикарь. — К тем, кого ты выбрал вместо нас.
Лайл рычит:
— К тем, кто набил тебе это клеймо, которое ты с такой гордостью носишь на руке.
Я перевожу взгляд на Аурелию, прислушиваясь к ней. Сердце ее бьется часто, хотя дыхание она сдерживает усилием воли, губы слегка приоткрыты. Мне не хватает ее каждый божий день.
— У меня нет никакого права, — говорю я ей. — Но я пришел сюда, чтобы попытаться искупить то, что совершил.
Как человеку искупить подобное? Как мне вернуть ее доверие после того, как я причинил ей такую сильную боль?
— Ничто на этой земле не сможет исправить содеянное мной, — продолжаю я. — Но я проведу вечность, пытаясь это сделать. И первый шаг — я отдаю себя в твои руки. — Я кошусь на Лайла через плечо. — Отдай ей то, что в сумке.
Лайл какое-то время пристально смотрит на меня. Он уже видел, что именно я предлагаю его Регине. Но я игнорирую его взгляд и снова поворачиваюсь к Аурелии. Она должна знать: я не бросаю слов на ветер.