Девочка-ромашка вышла на охоту

Я — Паола Солар, лучший кризис-менеджер семьи Верони. Повелись на облик вчерашней студентки, милую улыбку и наивный взгляд девочки-ромашки? Что ж, в другой раз будете умнее. Если «другой раз» у вас будет, конечно.

Очередное дело начинается со штурма офиса клиента ксеносами, продолжается похищением и заканчивается романтикой?! А вот это уже совсем неожиданно! Но нерабочие отношения – только после победного завершения дела!

Алла Гореликова

ГЛАВА 1. Девочка-ромашка и фронт работ

ГЛАВА 2. Досье на Роосса Ринтани

ГЛАВА 3. Мужчина не моей мечты и его большие проблемы

Конец ознакомительного фрагмента.

Алла Гореликова

Девочка-ромашка вышла на охоту

ГЛАВА 1. Девочка-ромашка и фронт работ

«У вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление». Истина, проверенная тысячелетиями. Вот только мало кто о ней помнит в повседневной жизни.

Я — помню. Поэтому мой образ продуман до мелочей. Милая, нежная, безобидная. В меру серьезная в рабочее время и в меру легкомысленная в жизни. Достаточно компетентная, чтобы доверить сложное дело, но точно не настолько, чтобы опасаться в итоге выпустить это дело из-под контроля.

Портфолио соответствует образу. Полтора десятка вытащенных из долговой ямы, оптимизированных, частично перепрофилированных и просто «доведенных до ума» предприятий, каждое из которых сегодня процветает и приносит прибыли. Процветание легко проверяется общедоступными сведениями. А то, что при этом немного изменился состав владельцев… простите, но никто никому руки не выкручивал, паяльником нужные подписи не выбивал и жизнями близких не шантажировал. Всего лишь убедили, что с Верони прибылей будет больше, гораздо больше, чем без них. В конце концов, Верони — уважаемая семья с полезными связями, солидными капиталами, социальным влиянием и желанием помогать тем, кто достоин помощи. И если на последнем пункте вы улыбнулись, то зря: Райала не тот мир, где многие желают помогать ближнему своему, пусть даже и с выгодой для себя.

Ну а те полторы сотни, что в портфолио не попали… Кому надо — тот знает. В определенных кругах даже шутка ходит: «Сам пришел к Паоле — спишь крепко, Паола пришла к тебе — спишь спокойно». В том самом смысле, да. «Спи спокойно, тебя уже отпели».

И вот представьте — идет такая девочка-ромашка, лет двадцати трех-четырех на вид, волосы ветерком растрепаны, улыбка ясная, брючки в обтяжку, приталенный пиджачок нараспашку… В общем, самый что ни на есть нормальный вид для центрального бульвара или городского парка. Только вокруг — не парк и не бульвар, а громыхающий и лязгающий цех металлообработки. Крепкие мужики в спецовках, огромные стальные болванки, плывущие на гравикранах то вверх, то вниз, запах нагретого металла и машинного масла, стальная стружка под ногами и вспышки плазменной сварки над головой.

Я ощущала вспышки интереса, направленные в мою сторону, но такие… без огонька, что называется. Ну идет какая-то фифа и идет. Красивая, но не до нее. Как-то так.

— Ты, …! Кто еще такая, …? Какого … здесь шатаешься?! Это, … …, тебе что, … … проспект, …?! … … …?!!! — о-о, а вот в этой тираде огонька хватило бы на три пожара и один выстрел крейсера главным калибром! Я сверилась с таймером и уточнила, глядя в укрытые защитными очками глаза коренастого потрепанного жизнью мужчины, которого моя база данных определила как Сандро Бенноле, старшего дневной смены на участке производства дюз корпорации «Р-Металл»:

— Девятнадцать минут.

— Что, …?! … … …!!! …, ты мне еще федеральное время, … …, доложи, …!

Вчерашняя сизая щетина, глаза с алой сеткой лопнувших сосудов, перебитый нос и характерный след от полицейского плазгана через левую щеку наискось. А ведь мог бы подправить и здоровье, и внешность, денег у него достаточно. Пьет крайне мало, хотя по виду не скажешь, не курит, наркотиками не балуется, даже легкими, всех вредных привычек — любит азартно поболеть на гонках, но со ставками не связывается. Чисто спортивный интерес. Ну и ввязаться в драку по ходу, это для него вообще святое.

Стаж работы в «Р-Металл» — три с половиной года. До того — пять лет отсидки за мелкий грабеж. Обычное, в принципе, дело для неблагополучных районов Райалы, вот только, по сведениям Верони, эти пять лет — целиком и полностью заслуга Роосса Ринтани. На которого Бенноле работал тогда «неофициально», и дела его были куда как серьезнее мелкого грабежа. Если бы не сел по мелочевке, с почти стопроцентной вероятностью попал бы под большую чистку и заполучил «вышку».

Не женат, постоянных любовниц не заводит из принципа, двух внебрачных сыновей от двух разных женщин обеспечивал до совершеннолетия и ни днем дольше, с одним продолжает поддерживать контакт, другой его знать не хочет.

Короче говоря, персонаж интересный, а в определенных обстоятельствах еще и крайне полезный.

— Я говорю, что уже девятнадцать минут здесь, как вы точно подметили, «шатаюсь». И хоть бы кто насторожился. Паола Солар, — представилась, на какое-то мгновение опередив очередной взрыв ругани. — У меня назначена встреча с господином Ринтани.

— Ну так и иди, …, к Ринтани, … … …!!! — вызверился Бенноле. — Или ты, … …, решила, что его кабинет торчит как … … посередке горячего цеха?

— Конечно, нет, мастер Бенноле, — я легко улыбнулась. — Но я должна хотя бы приблизительно понять масштаб проблем, прежде чем назначать цену. А отвратительная работа службы охраны — это, безусловно, не самая мелкая проблема.

— Кто ты, …, такая?!

Вот так дела, он что, после отсидки новый чип себе не поставил? Или принципиально не хочет отрывать босса от дел по такому пустяку, как подозрительная девица в цеху?

— Паола Солар, — повторила я. И добавила, чтобы окончательно прояснить для него ситуацию: —Кризис-менеджер семьи Верони. Господин Ринтани связался с моим боссом и попросил об услуге. Босс прислал меня. Я захотела осмотреться перед собеседованием.

— Осмотрелась, …? Контора там, … … …, а здесь, …, без каски ходить опасно. Мало ли что, …, сверху уронят, — Бенноле сбавил тон до почти доброжелательного: кто такая Паола Солар, он явно знать не знал, но рассердить кого-то из Верони — без вариантов дурная примета. А вот сдабривать фразы нецензурными словечками не перестал. Похоже, в его речи они играли почетную роль смазки, без которой — пробуксовка и ступор.