Зарождение

Я подавила всхлип и притянула ноги к груди, понимая, что не переживу ещё одного голодного вампира. Уж точно не Габриэля, который совершенно не контролирует свою жажду крови.

Он резко повернул голову, словно услышал что-то вдалеке, а затем прыгнул в ту же самую сторону, где исчез его брат.

Звуки брачного сезона насекомых — единственное, что нарушало тишину. Моё внимание скакало между окружающими деревьями и моим полуголым окровавленным телом. Я была одна, серьёзно ранена и до смерти напугана.

Пошарилась по карманам в поисках телефона, чтобы позвать кого-нибудь на помощь, но осознала, что оставила его в машине. Как и сумку, и ключи, и куртку, и оружие. Уровень моей предусмотрительности просто зашкаливает.

Я сидела так ещё некоторое время, слабая и потерянная, пыталась понять, как я вообще до такого докатилась. В ночи раздался жуткий вопль. Я выпрямила спину.

Что будет, если Доминик вернётся?

А если Габриэль?

Я уже и не знаю, кого боюсь больше. Лишь в одном уверена: нужно поскорее вернуться к машине и запереться внутри. Не то чтобы закрытая дверь может остановить Воскрешённого…

Вернув задранную до талии юбку на место (к счастью, до нижнего белья Доминик не добрался), я оглянулась по сторонам в поисках чего-то, чем можно смыть кровь. Не хватало ещё идти по лесу, оставляя за собой кровавый след. Особенно если здесь водятся волки.

После нескольких неудачных попыток вытереться сухими листьями, я взяла низ своей порванной рубашки и использовала его, чтобы убрать лишнюю кровь. Шею обожгло болью, когда я коснулась тканью открытой раны. Я не успела до конца исцелиться с прошлого раза, как Доминик проделал во мне новые дырки, словно я его личная подушечка для иголок. Будь ты проклят, бессердечный ублюдок.

Опираясь о ствол дерева, я попыталась медленно подняться на ноги, но где-то на середине попытки передо мной внезапно появился Габриэль. Его рот и подбородок были измазаны в крови.

Моё сердце пропустило удар. От страха я выпрямилась быстрее, но тут же потеряла равновесие и упала на землю.

30. ДАЛЕКО ОТ ДОМА

Как только сердце вспомнило своё назначение, оно взялось за работу с такой силой, что едва не пробило грудную клетку. Меня всю трясло, от макушки до пят. Я посмотрела вверх на Габриэля. В его тёмные глаза, с очень, очень широкими зрачками.

Подняв ладони, он осторожно шагнул ближе.

— Я не причиню тебе вреда, Джемма. Я только что поел, — сказал он, мотнув головой в сторону леса. Показал свои руки, подтверждая, что он безоружен. Затем медленно снял с себя чёрную кожаную куртку.

Я следила за каждым его движением, не моргая. Сердце ещё не готово было ему доверять.

Габриэль сделал ещё один маленький шажок ко мне и протянул куртку.

Первым порывом было отказаться, заявить, что не приму ничего от клыкастого порождения ночи, но затем вспомнила, что стою не особо прикрытая.

Схватила куртку и быстро накинула на себя, продолжая наблюдать за Габриэлем на случай, если он решит наброситься, пока у меня заняты руки. Придерживаясь за ствол дерева, я неуклюже поднялась. Свободной рукой прикрывала грудь курткой.

— Ты в порядке? — спросил Габриэль. Его голос звучал мягко, прямо как в день нашего знакомства.

— Нет, не в порядке, — призналась я. Мой голос дрожал так же, как и колени. — Мне нужно вернуться к машине. Вот когда сяду машину, тогда буду в порядке.

Он хмуро смотрел на меня несколько секунд, после чего кивнул.

— Идём. Нам в ту сторону.

Я не спешила идти за ним. Хотела убедиться, что он ведёт меня в нужном направлении, а не пытается завести дальше в лес. Но сориентировавшись, что трасса должна быть именной в той стороне, я оттолкнулась от дерева и пошла за Габриэлем.

Никто из нас не проронил ни слова, пока мы шли через густой лес. Листья хрустели под нашими ногами. Какие-то животные перекрикивались друг с другом неподалёку. Боясь представить, кто может обитать в этом месте, я ускорилась и доковыляла до Габриэля. Нервы уже ни к чёрту.

Он скосил на меня взгляд, но ничего не сказал. Вообще ничего. Честно говоря, я даже не уверена, дышит ли он, настолько он тихий. Снова посмотрела на него, пытаясь понять, есть ли какое-то движение в груди.

Его челюсти было плотно сжаты, тело напряжено до предела, лишь ноги двигались. Он не дышал — возможно, чтобы случайно не вдохнуть мой запах. Я подозревала, что одной несчастной зверушки было недостаточно, чтобы полностью заглушить желание выпить ещё моей крови.

Не знаю, возможно ли это в принципе.

Но как бы меня ни напрягали эти мысли, я была невероятно благодарна Габриэлю за своевременное появление. Боюсь представить, что было бы, не приди он на помощь. Его как будто сама судьба послала ко мне.

Или же это не случайность?

— Как ты нас нашёл? — тихо спросила я, только сейчас задумавшись об этом. Глубоко внутри я уже догадывалась, но всё же хотела узнать наверняка.

— Я был неподалёку, — расплывчато произнёс Габриэль, отводя взгляд.

— Ты следил за Домиником… или мной?

Он не стал отвечать. То ли не хотел, то ли не мог признаться в этом вслух.

— За мной, — догадалась я и опустила голову, не зная, как на это реагировать. Внутри поднялось слишком много мыслей и эмоций, аж голова закружилась. — Мне стоит тебя бояться, Габриэль?

Он остановился и развернулся ко мне. В его глазах было столько грусти и сожаления, что больно было смотреть.

— Я не хочу, чтобы ты меня боялась, Джемма.

Я печально кивнула — не только потому что тоже не хочу его бояться, но и потому что это не было чётким «нет».

Остаток пути мы прошли молча, ни один из нас не обращался к другому. В какой-то момент я заметила слабый свет фонарей вдалеке и поняла, что мы уже близко.

— Нам нужно как-то с ним разобраться, пока не стало поздно, — сказал он, отодвигая ветку, чтобы меня не задело. Хотя какая разница? Я и так вся в синяках и царапинах.

— Знаю, — откликнулась я, внимательно глядя на дорогу, чтобы убедиться, что Доминика там нет. Облегчённо выдохнув, я вышла из леса и поковыляла к машине.

— Это не обязательно должна сделать ты, — продолжил Габриэль, открывая дверь с водительской стороны, и помог мне сесть. — Я могу взять этот вопрос на себя, если нужно.

Я посмотрела в его глаза. Его добрые, тёплые глаза, нормального зелёного цвета.

— Это должна сделать я. Он не сдастся без борьбы, а я не хочу рисковать тобой.

Он вполне может убить собственного брата, чисто чтобы причинить мне ещё больше боли.