Зарождение

Трейс запустил пальцы в свои волосы и отступил от меня, из-за чего мой разум тут же пронзили десяток кинжалов. То, что я испытывала в начале этой ночи, было несравнимо с адом, через который я проходила теперь. Похоже, чем дольше ты сопротивляешься внушению, тем болезненнее отдача.

— Трейс! — выкрикнула я от боли.

— Чёрт, прости. — Он тут же бросился обратно ко мне, стараясь прижаться максимально тесно, насколько вообще позволяют законы физики. — Габриэль? — поторопил он, резко передумав возражать.

— Да. Конечно. Сейчас. — Габриэль кивнул, хотя ни в его движениях, ни в его взгляде, ни в его интонации не было ни намёка на уверенность. Он казался нервным, неуверенным и, честно говоря, испуганным. Скорее всего, из-за того, что он своего рода девственник в вопросах кровных уз. — В этот раз я должен буду выпить твоей крови, — предупредил он. Его глаза были полны сожаления.

— В этот раз? — заострил внимание Трейс, переводя взгляд с него на меня и обратно. — Ты уже делала это с ним раньше?

Он посмотрел на меня так, словно я призналась, что переспала с тремя тысячами Воскрешённых от нефиг делать.

— Всего раз… после завесы. Мне нужно было поскорее прийти в себя. Он пошёл мне навстречу, — пояснила я, стараясь направить весь гнев Трейса на себя. — Очень неохотно, должна заметить.

На упоминании завесы Трейс чуть смягчился. Он помнит, в каком жутком состоянии я тогда вернулась. И знает, что меня сейчас не было бы здесь, если бы не регулярные вливания вампирской крови Доминика.

— Ладно, — сказал он, крепче обхватывая меня руками. — Давайте уже просто сделаем это поскорее.

Габриэль кивнул и сделал маленький шаг ко мне, но затем засомневался. Как будто не понимал, как ему лучше встать. Такими темпами до утра мы точно отсюда не выйдем.

— Может, оставить вас наедине? — спросил Бен, уже неловко стоя у двери с ноутбуком под мышкой. По нему видно было, что его смущало всё происходящее, и его можно понять. Он перевёртыш, мало знакомый с миром Воскрешённых, тем более с таким аспектом, как кровные узы.

В этом отношении я уникальный анаким.

— Можешь подождать наверху, — сказал Трейс, намеренно не присоединяясь к нему. Хорошо, потому что я ни на секунду не готова его отпустить. — Мы позовём тебя, когда закончим.

С огромным облегчением на лице Бен развернулся, чтобы уйти.

— Но нам ещё понадобятся ключи, — выкрикнула я и нарочито погремела цепями.

— А, да. Логично, — смущённо откликнулся Бен и вытащил связку ключей из кармана. — Удачи, Джем. Очень надеюсь, что это сработает, — добавил он и бросил ключи Трейсу, перед тем как выйти из подвала.

Трейс с лёгкостью поймал связку ключей и начал высвобождать мои руки, пока Габриэль пытался подойти ближе ко мне. Ключевое слово — пытался. Никогда ещё не видела его настолько нерешительным и неуверенным в себе. Таким неловким и неуклюжим.

Он реально готов выйти из зоны комфорта ради меня. Надо будет как-нибудь отблагодарить его потом за это.

Желая чуть облегчить ему задачу, я протянула к нему руку, едва Трейс снял кандалы, и повернула запястьем вверх. Главным образом, потому что Габриэль ни за что не станет кусать шею, потому что это слишком интимно, а он слишком застенчив.

— Как только будешь готов.

Он долго пялился на моё запястье.

— Может, лучше не кусать, а просто пустить кровь? — предложил Габриэль, всё ещё держась на расстоянии от меня и не предпринимая ни малейших попыток коснуться моей руки.

— В каком смысле пустить кровь? — сощурив глаза, спросил Трейс.

— Всё очень просто, правда. Мы сделаем крошечный надрез на её запястье, нальём в чашку или любой другой сосуд и затем я выпью из него, — пояснил Габриэль холодным, отстранённым голосом. — Так мы избежим прямого контакта и всех связанных рисков.

— Рисков? — уточнил Трейс, но в этот момент я сказала:

— Да к чему эти лишние телодвижения! — закричала я, обхватив обеими руками талию Трейса. — Мы теряем время, а я уже хочу домой.

Взгляд Трейса метнулся ко мне и смягчился.

— Я вынужден настаивать, — продолжил Габриэль, наморщив лоб. — Честно говоря, я никогда раньше этого не делал и не уверен, как правильно к этому подступиться.

Подступиться? Он говорит так, будто мы собираемся пересаживать ему одно из моих лёгких.

— Это всего-навсего кровь, Габриэль. Уверена, ты сможешь потерпеть тридцать секунд.

— Дело не в том, чтобы потерпеть, Джемма, — угрюмо ответил он. — Я не знаю, смогу ли остановиться.

Ох… эм, ну… Мда. Я оглянулась на Трейса, на лице которого был написан неприкрытый ужас, а затем на Габриэля, который был в ещё большем ужасе. Переводя взгляд с одного на другого, я чувствовала, как вся моя уверенность улетучивается на фиг.

— В чашку, значит?

17. СВЕЖАЯ КРОВЬ

Получив от Бена небольшой стакан и стерильный нож, я сделала крошечный надрез в центре ладони и затем сжала кулак, позволив крови стечь в ёмкость. Закончив, я посмотрела на Габриэля и Трейса, который всё ещё стоял вплотную ко мне, обхватив обеими руками, и сморщила нос. Один выглядел так, будто всё происходящее вызывает у него лишь омерзение, второй — словно жалел, что вообще ответил на злополучный звонок.

Сомнения закрались в мою душу.

— Если ты против, мы можем этого не делать, — сказала я Габриэлю, глядя на побелевшие костяшки его руки, в которой он держал стакан с моей кровью. — Найдём какой-нибудь другой выход.

— Какой другой? — отозвался он. В его глазах бушевала буря, способная потопить целый корабль.

Чем дольше я разглядывала его — эти глаза, полные сомнений, эти бисерины пота на лбу, эту сжатую челюсть, эти напряжённые пальцы, — тем больше мне казалось, что я совершаю нечто очень, очень плохое по отношению к своему другу. Как будто я ставлю свои интересы превыше его благосостояния, заставляя его делать то, что ему не нравится. От одной только мысли об этом я почувствовала себя отвратительно.

— Например, отправиться к Доминику… и обезвредить его до тех пор, пока мы решим его проблему с эмоциями, — предложила я первое, что пришло на ум. Но едва слова сорвались с моего языка, мне даже понравилась эта идея. Это вполне возможное, пусть и временное решение. — Пока он не будет ни жив, ни мёртв, внушение перестанет действовать, а у нас появится время придумать, как вернуть его эмоции.

— Звучит как не самая плохая идея, — отметил Трейс, подвигав челюстью из стороны в сторону.

Габриэль категорично замотал головой.