Страница 30 из 82
Глава 11. Невидимки
Голова в тумане. Я помню, как Дэвид молча натягивает щит и подаёт мне свитер. Не проронив ни слова, выходим из-за гобелена и покидаем зал. Он не прикасается ко мне, не пытается взять за руку... И мне обидно, но я понимаю. Пытаюсь понять. Тереблю свой защитный амулет и отказываюсь от мыслей о воздействии. Мы оба знаем, что я могу, но поступать так сейчас бесчестно. Решаюсь спросить:
— Дэвид... Что теперь будет?
Тишина. И почти незаметно он ускоряет шаг, так, чтобы не пересечься взглядами.
— Дэвид? — не сдерживаясь, догоняю, хватая за рукав. — Нам нужно поговорить. Мы не обсудили в прошлый раз, но сейчас... После того, что произошло, — сбиваюсь, чувствуя себя униженной от того, что поднимаю этот разговор, бегу за ним.
Он тормозит так внезапно, что я практически врезаюсь в него и, отнимая руку, произносит, глядя мне в глаза:
— Скажи, пожалуйста, ты вообще там была?
— Что? — опешила я.
— Ты. Там. Была? — слова, злые и бессердечные, проникают в моё сознание, — Ты слышала то, что слышал я? Ты помнишь, для чего ты вообще пошла? Может, поговорим об этом?
— Дэвид... — шепчу я.
— Что ты вычленила из этого разговора?
— Что ты... Должен жениться на Софи.... — шепчу я.
— Идиотка! — рявкает Дэвид. — Фон во время их разговора! Про моих родителей!
Я вижу, как раздуваются жилы на шее и трескаются капилляры в глазах. И мне, чёрт возьми, впервые страшно. Не знаю, что происходит с моим лицом, но он отступает.
— Давай вернёмся... И я всё расскажу. По порядку.
Оставшийся путь мы проделываем молча. Оказавшись во временном пристанище Кьяры я падаю на кровать и кидаю:
— Мне нужно поспать.
Отворачиваюсь к стене и разглядываю шероховатую поверхность. Раньше стены Ашмора казались белыми и идеально ровными, но вблизи я вижу мелкие выбоины и волнистые впадины, а оттенок, скорее, грязно серый. Никогда этого не замечала.
***
— Решила не идти на остальные лекции, — Кьяру слышно до того, как она вошла в комнату. «Слишком неосторожна», подмечаю я про себя, пока девушку тараторит. — Взяла вам перекус. Кажется, местные повара скоро решат, что в нашем времени проблемы с едой...
Её смех сбивается, когда я медленно поворачиваюсь на кровати. Кьяра внимательно и, как мне показалось, осуждающе, смотрит на нас. Ничего не хочу знать — перебираю звенья цепочки на запястье. Интересно, можно ли наложить чары на чётки?..
— Что-то настолько серьёзное?
— Скорее, личное, — кидает Дэвид. — Если Мари решит рассказать что-то, думаю, ты узнаешь раньше меня.
— О себе я не узнала ровным счётом ничего, — слова, как плевки, вылетают сами. — А вот о Дэвиде я теперь точно знаю, что у него есть невеста... И Эшфорды об этом знают. И Дэвид, оказывается, знает, но забыл сообщить.
— Мари... — Девушка садится рядом и бережно массирует мне плечо. Внезапное движение прохладной ладони успокаивает. Магичит, запоздало поняла я, но волна гнева уже спала.
Движения оказались пассами. Кто-то упоминал о «телесной» магии — особое направление в целительстве — но я никогда вдавалась в подробности.
Мышцы, сжатые в комок, расслабились, тело обмякло и я сделала глубокий вдох.
Дэвид сухо оповестил, что будет занят до вечера. Мы с притихшей Кьярой не стали о чём-то спрашивать, спорить или предлагать помощь. В этих отношениях, резануло в голове, не надо обладать особенными силами, чтобы понять, когда ему требуется побыть одному.
— Ты на меня злишься? — неожиданно задаёт девушка вопрос и я вздрагиваю от её печального тона.
— За что?
— За то, что влезла без спроса в то, что касается тебя. — Кьяра сжимает подол мантии. — И теперь вы здесь, полезли меня спасать...
— Скорее, — я прислушиваюсь к себе, — мне грустно, что ты молчала. Не говорила, что знаешь о блокировке на экзамене и воспользовалась этим.
— Мари, ты была на море?
— Да, я жила в...
— Нет. Здесь, в Ашморе.
Отупело смотрю на неё, пытаясь осознать эту странную попытку сменить тему, которую она сама же подняла.
— Одевайся, давай прогуляемся. Тебе надо освежиться. И поговорим. — Кьяра кидает мантию и та оседает у моих ног.
— В это? — подхватываю пятернёй тяжёлую мантию и давлю смешок, рвущийся из горла. Больше всего нечто походило на старинное школьное пальто, оставшееся на память от одного из моих дедушек. Невнятный серо-коричневый оттенок, дубовая ткань, место которой в зимней робе, мужикам на стройке носить. Подклад из несчастных зверей — судя по размерам и потёртости, на утепление пошли кролики.
— В это, — смеётся Кьяра. — И можешь оставить амулеты, если хочешь быстрее прийти в себя. Никто на тебя сейчас, в ЭТОМ не обратит внимания.
— Даже не буду спрашивать, за что ты так со мной, — бормочу, натягивая... Предмет гардероба. Рукава, при солидной длине, заметно оголяют запястья. Ещё и запах...
— Почему ЭТО пахнет, как мой дедушка?
— Это униформа работников кухни. Ты думаешь, у нас как припасы появляются?
Припасы? Я была искренне уверена, что магическим образом.
— Почему-то я в целом об этом не задумывалась, — признаюсь я.
— Пойдём, пойдём. Расскажу заодно, почему за полгода ты даже не подумала выйти и прогуляться по побережью.
Всё это кажется мне странным, но я слишком выжата после утреннего рандеву.
***
Мы медленно идём по скалистому берегу, Кьяра подковыривает гальку кончиком ботинка. Осматриваюсь. За стенами академии я была один раз — только по прибытии — и за пять проведённых в Ашморе месяцев у меня не возникало такого желания.
— Это магия. Стены замка зачарованы, чтобы мы не бегали лишний раз на свидания или что-то в этом роде.
— Звучит как чушь. Для свиданий и в замке хватает мест.
— Ты проверила? — хихикает в ладошку девушка. — Я же вижу, что у вас что-то было.
— Было, — вздыхаю я. — Только это не важно. Для Дэвида не важно. Это был стресс, эмоции... Что-то животное.
— Что ты говорила о свадьбе?
— А... Ну, Дэвид у нас племенной жеребец. Его взяли для того, чтоб улучшить генофонд семьи.
— Ерунда, — отмахивается Кьяра, — он взрослый человек и никто не обяжет его жениться.
— Так-то оно так, но... Выходит, ревность Софи вполне имеет место быть. А я думала, что она извращенка.
— Это сейчас не важно, — перебивает она, — Что ещё было? Я не поверю, что ты зациклилась на этом.