Страница 2 из 20
Глава 2
Холод пробирает до костей.
Нет, это даже не холод - это что-то живое, злобное существо, которое вгрызается в тело тысячей ледяных зубов. Я иду по обочине, обхватив себя руками, и каждый шаг дается все труднее.
Тонкая куртка - еще недавно такая стильная, идеально подобранная к платью - теперь кажется насмешкой. Издевательством. Предательством.
Какой же глупой идеей было это платье.
Серебристая ткань, расшитая пайетками, облепила бедра, и ветер задувает под нее с такой силой, словно нарочно пытается заморозить меня насмерть. Ноги... Господи, мои ноги. Я уже почти не чувствую их. Сначала был холод, потом - жжение, а теперь - онемение, тупое и пугающее.
Каблуки - тонкие шпильки, в которых я так эффектно смотрелась на танцполе - скользят по утоптанному снегу, и я уже дважды чуть не упала.
Снежинки бьют в лицо, забиваются в глаза, в рот. Я щурюсь, пытаясь разглядеть дорогу впереди, но вижу только белую мглу и смутные очертания деревьев по бокам.
«Вовка вернется», - говорю я себе, и собственный голос звучит странно в этой ватной тишине снегопада.
«Он всегда возвращается. Поорет, покрутится где-нибудь, остынет и вернется. Так было сто раз».
Оборачиваюсь, вглядываясь в темноту позади. Там, где должна появиться его машина. Там, откуда должен прийти свет фар, разрезая метель.
Ничего.
Только снег, снег и еще раз снег.
Минуты тянутся, как жвачка. Или как века. Я уже не понимаю, сколько времени прошло: - ПЯТЬ минут? Двадцать? Час? Без телефона я потеряла всякое ощущение времени. Иду и иду, переставляя ноги, как заведенная кукла, и с каждым шагом надежда тает, как снежинка на ладони.
Он не вернется.
Эта мысль пробивается сквозь защитную стену отрицания, и я чувствую, как что-то сжимается в груди. Не вернется. На этот раз - нет. Я видела его глаза перед тем, как он уехал. В них было что-то окончательное. Что-то сломанное.
Может, это и к лучшему упрямо думаю я. Может, так и надо было. Мы все равно только мучили друг друга последние месяцы. Он со своей ревностью, я со своим упрямством..
Но черт возьми, он мог бы выбрать для разрыва место потеплее!
Снег валит все сильнее. Теперь это уже не снегопад - это настоящая метель. Хлопья летят не сверху вниз, а со всех сторон сразу, закручиваясь в безумном танце. Мои следы исчезают почти мгновенно, заметаемые белым пухом. Если бы я решила вернуться - я бы уже не нашла дорогу.
Останавливаюсь, судорожно выдергиваю телефон из кармана. Пальцы не слушаются, красные и опухшие от холода. Жму на кнопку включения, молясь всем богам сразу.
Экран вспыхивает. Значок батареи - красный, мигающий.
- Ну давай, - шепчу я. - Давай, пожалуйста, только один звонок...
Телефон мигает еще раз - почти издевательски - и гаснет. Окончательно и бесповоротно.
- Чертова зарядка! - вырывается из моего горла что-то среднее между криком и всхлипом.
- Чертов телефон! Чертова ночь!
Швыряю бесполезный кусок пластика и стекла обратно в карман. Руки трясутся - не знаю, от холода или от подступающей истерики. Наверное, от всего сразу.
Оглядываюсь по сторонам, пытаясь оценить ситуацию. Слева - лес. Черный, молчаливый, неприветливый. Сосны и ели стоят плотной стеной, их ветви сгибаются под тяжестью снега. Туда соваться нельзя - я не настолько глупа. Справа - тоже лес, такой же мрачный. Впереди и позади - шоссе, исчезающее в белой мгле.
Но где-то вдали, за деревьями справа, мерцают огоньки. Теплые, желтоватые. Признаки жизни.
Признаки людей, тепла, спасения.
Паника подкрадывается тихо, как кошка. Я чувствую ее - холодные лапки страха, перебирающие по позвоночнику. Голос в голове начинает нашептывать: «Ты замерзнешь. Ты не дойдешь. Тебя найдут утром, окоченевшую, занесенную снегом...»
- говорю я вслух, и звук собственного голоса немного отрезвляет. - Нет, нет, нет. Я сильная. Я справлюсь. Я всегда справляюсь.
Делаю глубокий вдох. Морозный воздух обжигает легкие, но проясняет голову. Так. Думай, Ксю.
Ты не беспомощная принцесса из сказки. Ты выросла в районе, где нюни распускать было опасно для здоровья. Ты пережила развод родителей в четырнадцать, переезд в чужой город в восемнадцать, разорение в двадцать два. Ты справишься с какой-то метелью.
Вдруг замечаю впереди - там, где шоссе делает поворот - просвет между деревьями. И за НИМ….. Да! Огни. Много огней. Похоже на поселок.
Сердце подпрыгивает в груди.
Ускоряю шаг, насколько позволяют чертовы каблуки и онемевшие ноги. Снег скрипит, ветер воет, но я иду, иду, иду - как заведенная, как одержимая. Огни становятся ближе, ярче. Я уже различаю очертания домов.
И это не деревенские избушки, понимаю я с удивлением. Это... Это что-то совсем другое.
Дачный поселок. Но не из тех, куда ездят бабушки выращивать помидоры. Нет, это из тех, что показывают в журналах про красивую жизнь. Высокие заборы - каменные, кирпичные, с коваными элементами. Большие дома за ними, настоящие особняки в два-три этажа. Фонари вдоль расчищенных дорожек.
«Элитный коттеджный поселок», - всплывает в голове название из рекламных буклетов. Я видела такие, когда мечтала о другой жизни.
- Там точно кто-то есть, - бормочу себе под нос, и зубы стучат так, что слова получаются невнятными.
- Новый год же. Люди празднуют. Подзаряжу телефон... вызову такси... и уеду. Все просто