Сумерки

Глава 9 Гипотеза

– Можно еще один вопрос? – попросила я, с опаской глядя на мелькающие вдоль обочины деревья. Мне казалось, что Эдвард едет слишком быстро и почти не следит за дорогой.

Он вздохнул.

– Один, – разрешил он и настороженно поджал губы.

– Слушай… а как ты понял, что я не заходила в книжный, а сразу отправилась на юг?

Раздумывая, он отвел глаза.

– Мне казалось, мы теперь откровенны друг с другом, – буркнула я.

Он сдержал улыбку.

– Ну хорошо: я следовал за тобой по запаху.

Он устремил взгляд на дорогу, а я тем временем успела состроить гримасу. С ответом я не нашлась, но постаралась взять его слова на заметку, чтобы позже обдумать как следует. Сейчас, когда он наконец-то удостоил меня объяснениями, я хотела узнать как можно больше.

– Ты так и не ответил на один из моих первых вопросов… – Я попыталась выиграть время.

– Какой? – недовольно спросил он.

– Как ты читаешь мысли? Ты можешь прочитать мысли любого человека, где бы он ни был? Как ты это делаешь? А остальные в твоей семье?.. – Я чувствовала себя по-дурацки, спрашивая о том, во что сама ни капельки не верила.

– Это уже не один вопрос, – заметил он.

Я в ожидании смотрела на него.

– Нет, так умею только я. Но не всегда и не везде. Я должен достаточно хорошо знать человека, которого читаю. Чем лучше знаком мне чей-то… «голос», тем больше расстояние, с которого я могу расслышать его. Но все равно это расстояние не превышает нескольких километров. – Он помолчал. – Это все равно что находиться в огромном зале, полном людей, которые говорят все разом. Голоса на заднем плане сливаются в гул. Иногда мне удается сосредоточиться на одном из них, но лишь в том случае, если этот человек мыслит ясно.

Так что обычно я отключаюсь от этого гула – порой он здорово отвлекает. И потом, так проще казаться нормальным. – Эдвард нахмурился. – Мне постоянно приходится следить за тем, чтобы отвечать не на мысли, а на слова, которые произносит мой собеседник.

– Как думаешь, почему ты не слышишь мои мысли? – полюбопытствовала я.

Он ответил загадочным взглядом.

– Не знаю, – пробормотал он. – Могу лишь предположить, что твой разум работает не так, как у всех. Как будто ты мыслишь на длинных волнах, а я способен принимать только ультракороткие. – Вдруг развеселившись, он усмехнулся.

– Мои мозги работают неправильно? Значит, я урод? – Его слова задели меня больнее, чем следовало ожидать – вероятно, потому, что предположение попало не в бровь, а в глаз. Я всегда подозревала то же самое, и теперь, когда мои предположения подтвердились, расстроилась.

– Не знаю, почему ты считаешь себя уродом. – Он рассмеялся. – Ведь голоса в голове у меня, да и то лишь гипотетически… – Его лицо снова стало непроницаемым. – И мы снова вернулись к разговору о тебе.

Я вздохнула. С чего начать?

– А мне казалось, мы теперь откровенны друг с другом, – мягко напомнил он.

Пытаясь подобрать слова, я впервые за все время отвела взгляд от его лица и случайно посмотрела на спидометр.

– Господи, сбавь скорость! – закричала я.

– В чем дело? – удивился он, но скорость не сбросил.

– Ты гонишь под сто шестьдесят километров в час! – Я снова сорвалась на крик, бросила перепуганный взгляд в окно, но было так темно, что я мало что увидела – только длинный лоскут шоссе в голубоватом свете фар. По обе стороны от шоссе высился черный лес, и при скорости, с которой мы неслись, этот лес казался сплошной стеной.

– Успокойся, Белла. – Он закатил глаза, но не притормозил.

– Хочешь, чтобы мы разбились?

– Мы не разобьемся.

Я попыталась понизить голос.

– Куда ты так спешишь?

– Я всегда так езжу. – Он повернулся ко мне и усмехнулся.

– На дорогу смотри!

– Белла, я ни разу не попадал в аварию, меня никогда даже не штрафовали. – Он ухмыльнулся и постучал себя по лбу. – У меня здесь антирадар.

– Кошмар, – кипела я. – Ты забыл, что Чарли полицейский? Меня приучили соблюдать правила дорожного движения. И потом, если твой «вольво» обмотается кренделем вокруг дерева, – тебе-то что, отряхнулся и пошел дальше!

– Возможно, – согласился он с коротким жестким смешком. – А ты так не сможешь. – Он вздохнул, и я с облегчением увидела, как стрелка медленно опустилась к ста тридцати километрам. – Довольна?

– Почти.

– Не выношу медленной езды, – пробурчал он.

– По-твоему, это медленно?!

– Довольно разговоров о том, как я вожу машину, – отрезал он. – Я все еще жду рассказа о твоей новой гипотезе.

Я прикусила губу. Взгляд его медовых глаз, обращенный на меня, вдруг смягчился.

– Я не буду смеяться, – пообещал он.

– Я больше опасаюсь, что ты рассердишься.

– Все так плохо?

– В общем, да.

Он ждал. Я изучала собственные руки, поэтому не видела его лица.

– Начинай. – Голос Эдварда звучал спокойно.

– Я не знаю, с чего начать, – призналась я.

– С начала. Ты говорила, что твоя фантазия тут ни при чем.

– Верно.

– Тогда что же навело тебя на эту мысль – книга? Фильм? – пытался угадать он.

– Нет, то, что случилось в субботу на побережье. – Я рискнула посмотреть ему в лицо. Он выглядел озадаченным. – Там я встретилась с давним знакомым – Джейкобом Блэком, – продолжала я. – Чарли дружил с его отцом, когда я была еще маленькой.

Эдвард по-прежнему ничего не понимал.

– Отец Джейкоба – один из старейшин племени квилетов, – нерешительно добавила я. Озадаченное выражение словно приросло к лицу Эдварда. – Мы пошли прогуляться… – О том, как я обманом вытянула из Джейкоба правду, я умолчала. – Он рассказывал мне старые легенды, хотел напугать, наверное. Одна из них была про… – Я замялась.

– Продолжай.

– Про вампиров. – Сама не заметив, я вдруг перешла на шепот. На Эдварда я старалась не смотреть, но видела, как судорожно сжались на руле его пальцы.

– И ты сразу вспомнила про меня? – Он все еще был спокоен.

– Нет. Он… упомянул твою семью.

Он молчал, глядя на дорогу.

Я вдруг встревожилась и попыталась защитить Джейкоба.

– Сам он считает это глупыми суевериями, – поспешно добавила я. – Он и не рассчитывал, что я в них поверю. – Оправдание показалось мне недостаточным, и пришлось признаться: – Это я виновата, я вынудила его рассказать мне эту легенду.

– Почему?

– Лорен удивлялась, почему ты не поехал с нами – хотела мне досадить. А парень постарше, тоже индеец, сказал, что в резервации ваша семья не появляется, но таким тоном, словно вкладывал в эти слова какой-то особый смысл. Вот я и предложила Джейкобу пройтись, чтобы выяснить у него, в чем дело, – созналась я, повесив голову.

Вдруг он расхохотался, напугав меня. Я уставилась на него: он продолжал смеяться, но в глазах плескалась ярость.

– И как же ты это выяснила? – спросил он.

– Попробовала пофлиртовать с ним – сама не ожидала, что получится. – Мне и сейчас не верилось, когда я вспоминала об этом.

– Хотел бы я на это посмотреть. – Он недобро хмыкнул. – А еще меня обвиняла, будто я ослепляю людей! Бедный Джейкоб Блэк.

Я вспыхнула и уставилась в темноту за окном.

– И что же было потом? – спросил он немного погодя.

– Я полезла искать информацию в Интернете.

– И он подтвердил твои догадки? – Голос Эдварда звучал почти равнодушно, но пальцы с силой сжимались на руле.

– Нет. Ничего не совпало. Почти все, что нашлось, выглядело глупо. И… – Я осеклась.

– Что?

– Я решила, что все это не имеет значения.

– Не имеет значения?

Услышав, каким тоном он задал этот вопрос, я обернулась: наконец мне удалось пробить броню его спокойствия. Выражение на лице Эдварда было скептическим, но лишь с легким оттенком гнева, которого я боялась.