Пираты тридцатого века

Глава 7

Интеллект молчал. Боровски, подождав минуту, махнул отрешённо и скомандовал:

— Юра, наладь связь с эсминцем... Если это возможно.

Васнецов попытался, хотя и путался в новом интерфейсе управления системами.

— Попробую найти активную антенну на «Стерегущем», — и раздраженно попросил. — Яна, помоги, пожалуйста.

Послышался вздох, будто интеллект согласился на помощь через силу.

— Командир, вы всё равно не успеете. Энергия системы их жизнеобеспечения иссякнет до подлёта «Ястреба».

— Сколько нам до них на полной мощности планетарных двигателей?

— Около часа по корабельному времени. Может, чуть больше...

— Время остановки их системы жизнеобеспечения?

— Минут сорок...

Боровски вспомнил, как он остался на безжизненном корабле. Это было страшно. Хронометр скафандра отсчитывал секунды до полной разрядки батарей, а он тупо смотрел на время и ждал... чуда.

— Юра, связь!..

Васнецов ответил спустя секунду:

— Командир, связь со «Стерегущим» установлена! У них антенна болтается, того и гляди — оторвётся.

Алекс благодарно кивнул Васнецову.

— Айзек, это Боровски... Как мня слышите? — он попытался докричаться до «Стерегущего».

Ответом было удивленное молчание, но потом эфир взорвался.

— Алекс!.. Сэр, вы меня услышали?! Вы спаслись! У вас транспорт на ходу?!

— Айзек, успокойся. Мы почти рядом, но тебе нужно потерпеть. Сколько вас на эсминце?

— Одиннадцать! Мы долго не протянем! — кричал Ковальский.

— Айзек, мы подойдём через час. Может, чуть больше. Заряжайте скафандры и выходите на обшивку. Как меня понял, лейтенант?!

— Вас понял, сэр!

Не то, чтобы Ковальский обрадовался такому решению, но понимал, что при потере энергии корабль просто не сможет открыть шлюзы для выхода. Ждать час на обшивке израненного звездолёта было опасно, но другого решения для спасения Боровски не нашёл.

— Яна, курс на «Стерегущий», — скомандовал Алекс. — Выбери траекторию максимального сближения. Экипажу приготовиться к перегрузкам. Начинаю отсчёт до включения полной мощности планетарных двигателей, — и тихо добавил. — Посмотрим, на что способен наш «Ястреб».

Перегрузка была не слишком заметна. Компенсаторы силового поля корабля даже не работали в нормальном режиме. «Ястреб» мог развить скорость на планетарных двигателях более высокую, но Боровски счёл уместным не рисковать — всё-таки, корабль был недостаточно изучен. Поэтому, выбрав крейсерский режим в две с половиной тысячи километров в секунду, Алекс мог наблюдать и оценивать не только действия интеллекта, но и поведение самого звездолёта.

«Ястреб» подошёл к «Стерегущему», осветив разбитый эсминец лучами бортовых прожекторов.

— Вон они! — показал Васнецов в изображение «Стерегущего» на боковом экране командного пункта. — Сейчас поищу частоту для переговоров.

Эсминец представлял собой жалкое зрелище — обшивка изодрана абордажными зарядами, из многочисленных трещин парило, а вокруг корабля «плавали» мертвые тела в скафандрах.

— Зачем пираты брали эсминец на абордаж? — удивился Аль-Бади.

— У них не было другого выхода, — ответил Васнецов. — Корабли этого класса живучи и с хорошим вооружением. А пиратам был необходим тот транспорт, который охранялся «Стерегущим». Смотри сколько обломков вокруг... Эсминец неплохо огрызался.

— И как они столько продержались на израненном корабле с отключённой энергосистемой? — продолжал удивляться Имрек.

Юра порывисто усмехнулся.

— Ты плохо изучал конструкции таких кораблей, Имри. А ещё и был главным канониром крепости...

— И что я там не усмотрел? — немного обиделся Аль-Бади.

— Они держались на энергии орудийных накопителей, — ответил Васнецов. — На этих эсминцах такая же трехконтурная подпитка, как на «Ястребе».

— А почему русские не послали пару таких кораблей? Или три?.. Если груз был такой ценный.

— Конвойный флот у русских не такой многочисленный...

Васнецов, наконец, нашёл радиочастоту скафандров людей, повисших на обшивке «Стерегущего». В центральном посту «Ястреба» неслось из динамиков:

— Что за хрень повисла над нами?!

— Ух ты!

— Это инопланетяне, Айзек?!

— Лейтенант, ты кого позвал к нам на помощь?!

Боровски невольно улыбнулся, хотя было не до веселья. Алексу надо было выполнить очень сложный манёвр — подойти к эсминцу на расстояние в двести метров, чтобы по спущенному фалу люди смогли спуститься в шлюз "Ястреба" .Управление звездолётом было весьма чувствительно к малейшему отклонению мощности двигателей, а ведь ещё надо не только удерживать расстояние, но и высоту — «Ястреб» должен висеть неподвижно чуть ниже эсминца.

— Айзек, я над тобой, — сообщил Боровски лейтенанту. — Буду принимать вашу команду на верхний шлюз. Приготовьтесь.

— Сэр, мы видим только неизвестный звездолёт! — отозвался Ковальский.

— Это мой звездолёт, Айзек. Не паникуй.

Мелкими импульсами из тормозных и поворотных дюз, Боровски старался занять выгодную для перехода на «Ястреб» позицию. Алекс взмок от напряжения, но ему удалось подвести звездолёт к «Стерегущему»

— Имрек, готовь верхний шлюз и фал. Проконтролируй переход, — скомандовал он. — Яна, помоги ему.

— Не понимаю, зачем выполнять столь сложный манёвр, рискуя кораблём? — вдруг закапризничал интеллект. — На «Ястребе» есть устройство силового луча. Если на повреждённом корабле обозначат своё местонахождение, я аккуратно переброшу людей в верхний шлюз без опасных маневров и рискованного сближения.

— Твою мать! — выругался Алекс. — А что ты раньше молчала?! И как они обозначат свое местонахождение? Рукой помашут?!

Свет на КП «Ястреба» вдруг мелко замигал. Васнецов удивлённо взглянул на потолок, да Аль-Бади, собравшийся уже было спешить к шлюзу, остановился.

Боровски переключился на канал связи с лейтенантом.

— Айзек, я сейчас погашу прожекторы, а ты со своими людьми, включите фонари на гермошлемах. Понятно, что энергия будет уходить, но потерпи. Просто сделай так, как я сказал.

— Понял вас, — с легким недоверием к происходящему сказал Ковальский.

— Яна, отключи прожекторы, — приказал Боровски. — И прекрати, наконец, мигать. Раздражает. Имрек, ты чего застыл? Давай к шлюзу...

— Есть, командир, — пожал плечами Аль-Бади и вышел из КП.

Увидев на мониторе одиннадцать огоньков на едва различимой обшивке эсминца, Алекс нервно потребовал:

— Яна, начинай переброску.