Неподходящая.

- А ты хочешь, чтобы он с отчаянья один туда потащился? Ианну вон кот не бросил! И не прогадал, что бы мы без неё в Нархе, например, делали? А я Зариэля не брошу!

- Ой, да делай, что хочешь! - Вилайна резко отвернулась, - Но если пацану оторвут голову, это будет исключительно на твоей совести!

Я в разговор не вмешивалась, но отлично понимала обоих - и Вилайну, и Рахада. Волочь беспомощного подростка по маршруту шестой категории сложности - действительно сущее безумие, да к тому же и страшные "садовники" могут снова разыскать нас в любой момент. Но у Рахада - кровоточащая рана в душе на месте памяти о матери. Незаживающая. И бедняга Зариэль, сам не зная того, одним существованием своим в ней поковырялся. Я ведь тоже, если совсем честно, завидую любому, у кого искренне получается маму любить. Вот так же по-доброму завидую. А ещё подлое воображение помимо воли нарисовало мне Пашку на месте этого незадачливого Зариэля. И я не знаю, чему была бы больше не рада - тому, что сына взяли бы с собой в Хинатту или ровно наоборот.

Кроме этой ссоры наше путешествие ничему не омрачалось. Солнце ушло спать за тростниковой стеной, сумерки загустевали, величественно меняя цвет с нежного аквамаринового на гуашево-чëрный. Речка выплеснула нас в объятия широкой неторопливой Гиранны. Юркие судëнышки береговой охраны басовито перекрикивались гудками где-то вдалеке, но на противоположный от АЭС берег внимания не обращали. Скоро величественно проплыла перед моими глазами и станция, увитая ожерельями разноцветных огней. Хищно блестели металлические кружева вышек и кранов, золотились в свете прожекторов массивные каменные туши градирен. Здания цехов и блоков здесь были облицованы каким-то серебристым металлом, и в свете ночных огней переливались, как огромные ëлочные игрушки. По давно укоренившейся привычке сравнивать все новые встреченные мной АЭС с несравненной Поющей, я присвоила Ралине бесспорное второе место в личном мысленном конкурсе красоты. Когда последние станционные сооружения остались далеко позади, мы осторожно пересекли Гиранну и без проблем отыскали камень, похожий на ботинок. Белоснежный, он мягко искрился по местными незнакомыми звëздами.

Белую Дорогу здесь, как и на том берегу, отмечали только кочки и кустики муравы, торчащие из тëплой воды. Тëмные тростники таинственно шуршали и казались фантастическим лесом. Мелодично, словно флейты, пересвистывались какие-то ночные птицы. Летучие мыши чертили траектории над нашими головами. Уютную Ралинскую Зону до слëз жаль было покидать.

- Мы с Пашкой сюда приедем, - тихо пообещала я котику, которого несла на руках, - Когда всё будет хорошо. Всё вместе приедем. Лодку большую арендуем или купим, ты научишь меня рыбу ловить. Научишь же?

- Научу! - муркнул инспектор-аналитик, блаженно щуря глаза.

Вскоре мне пришлось спустить с рук кота и полностью сосредоточиться на Дороге. Она плавно, но неуклонно поднималась. Под ноги всё чаще попадались камушки. Постепенно воздух перестал пахнуть теплом и водой, отчëтливо потянуло горечью, и Рахад велел нам надевать СИЗы. Зариэлю одолжила свою запасную маску доктор Кон. Ещё через несколько десятков шагов Рахад сверился с риновской картой и мы соступили с Белой Дороги.

Здесь тоже была ночь. Зловещая, подсвеченная у горизонта недобрым багрово-рыжим сиянием. Там и сям высились чëрные пологие холмы или терриконы, рыхлые, явно сложенные из чего-то разнородного. Кое-где из них сочился дым.

- Ну ни хрена себе выжженная земля! - вырвалось у меня, - Не думала, что вся Хинатта - это какая-то свалка.

- Рино её как-то так и описывал, - "успокоила" Вилайна, - Здесь же катастрофа произошла.

- А что именно за катастрофа, он говорил? - мне было жутко не по себе, - Надеюсь, хоть не радиационная?

- Скорее, ноосферическая. Станция ушла в какое-то закрытое суб-измерение, а её окрестности превратились вот в такое. Что конкретно случилось и почему, увы, пока что никто из учëных не знает.

- А как же местные жители?

- Эвакуировались. Или деградировали чуть ли не до первобытности. Так что силовые поля не выключаем.

- Зато аномалий тут раз-два и обчëлся, - попытался сделать из лимона лимонад наш выживальщик, - Станция-то ушла, и силы на их поддержку Зоне почти не даëт. Так что у нас тут практически обычный, так сказать, беззоновый кусок мира, только очень гадкий.

- К счастью, мы здесь ненадолго - бункер найдëм, и сразу телепортом домой в Миссу! - приободрилась Вилайна.

- И маму! - напомнил Зариэль.

- И маму! Ты же её личный ноосферический рисунок хорошо помнишь?

- И помню, и сканировать даже на ходу умею! - заверил парень, - Только пойдëмте быстрее, очень уж неприятно тут!

- Слушайте, товарищи! - не особо, конечно, надеясь на успех, подала голос я, - А может, если здесь аномалий мало, всё же попробуем телепортироваться поближе к бункеру? Как-то совсем не хочется через это вот всё тащиться! Рахад, у тебя же точная координатная привязка есть? Именно на бункер, не на Зону в целом?

Рахад, закусив губу, думал невыносимо долгие несколько минут. Оглядывался. Зачем-то колупал каменистый грунт куском ботинка. Что-то прикидывал. И наконец, к огромному моему облегчению, улыбнулся и махнул рукой.

- А давайте рискнём! Самому, честно говоря, не хочется, через эту вонючую преисподнюю ползти! К тому же, местные наверняка на нас нападать будут, вреда, конечно, не причинят, но расстреливать этих бедолаг противно. Уговорила, Ианна, строим портал!

- Господин Рахад, простите, то-есть, прости! - Зариэль робко потянул сталкера за рукав, - А координата точно правильная? А то собъëтся же ваш портал - и всё!

Антарец похлопал мальчика по плечу.

- Правильная. Правильнее не бывает!

- Это хорошо! - довольно улыбнулся подросток, - Очень хорошо!

Мне на миг показалось, что в его глазах сверкнуло злое торжество. Чего только не примерещится в неверном, действительно преисподнем этом зловещем свете! Хорошо, что Рахад всё-таки согласился воспользоваться порталом, ползая пешком по этой геенне, мы за пару часом все тут с ума сойдëм!