Страница 2 из 26
Глава 1. 11 декабря
Дженни просунула голову в фартук, плотно завязала его на талии и разгладила складки. Позади нее стояла витрина со стеклянной передней панелью, заполненная пирожными, кишами, хлебом и выпечкой — всем, что она испекла сама.
Она выдохнула и тихонько рассмеялась.
7:59 утра. У нее получилось — пекарня наконец-то была готова к открытию.
Сделав последний очищающий выдох, она перевернула табличку на двери так, чтобы на ней было написано «Открыто», и поспешила за кассу, чтобы дождаться покупателей.
Она старалась смотреть на вещи реально: бизнес был новым, до Рождества оставалась всего неделя, да и на острове Солент она жила лишь несколько месяцев. Она не считала зазорным провести первую неделю, раздавая на городской площади бесплатные кусочки кекса на пробу; она была бы рада даже одной-единственной продаже за день.
Она постаралась подготовить выпечку, создающую праздничное настроение: печенье в форме оленя Рудольфа, пряный фруктовый кекс, традиционные пирожки с начинкой из сухофруктов и специй, а также партию из двадцати миниатюрных рулетов-«поленьев» — ради того, чтобы украсить их снежинками из сахарной пудры и фигурками малиновок из мастики, ей пришлось встать в пять утра.
8:05 утра. Пока никого.
«Кто-нибудь ведь что-нибудь да купит, правда?» — спросила она у Пип, своей спрингер-спаниелихи, сидевшей на лежанке в углу магазина. Та подняла взгляд на Дженни, радостно виляя хвостом.
Она прождала десять минут, нервно теребя пальцами. Даже работа в полиции никогда раньше не заставляла её так нервничать, но сейчас она чувствовала себя совершенно не в своей тарелке. Она решила почистить новенькие столешницы, просто чтобы создать видимость, будто у неё есть чем заняться, и занять руки.
Зазвенел колокольчик на дверях магазина, и она обернулась, когда до неё донёсся шум разговоров — в магазин ввалилась дюжина или даже больше жителей деревни, которые с энтузиазмом обсуждали ассортимент.
Она быстро снова спряталась за кассой.
Откуда они все взялись? Может, листовки, которые я разносила по почтовым ящикам на прошлой неделе, действительно сработали?
Но тут она увидела, кто их вводил внутрь — инспектор Реми Кокран, её новый друг и почти коллега. Хотя она ушла из детективной службы в Лондоне, несколько месяцев назад она помогла ему с расследованием дела об убийстве, пока его старший сержант находилась в декретном отпуске.
«Ой, посмотри на эти милые маленькие пирожки с мясным фаршем!» — сказала одна из жительниц деревни своей подруге. «Нам нужно купить дюжину, чтобы взять с собой на рождественскую вечеринку в викариат!»
«Уверена, новый викарий сама предоставит пирожки с мясным фаршем, Джун, — отчитала её подруга. — В конце концов, это она устраивает вечеринку».
«Но эти выглядят так аппетитно, Мириам!» — возразила Джун.
Дженни узнала этих двух женщин из окрестностей Уайтборна — Джун Сеттер, пенсионерку и председательницу Женского клуба островов Солент, и Мириам Карстон-Сколка, директрису частного дошкольного учреждения в Маркет-Яксли.
«Как насчёт того, чтобы я бесплатно упаковала вам несколько штук с собой?» — предложила Дженни. «А если они вам понравятся, вы всегда сможете зайти в другой день».
«Как мило с вашей стороны», — улыбнулась Джун, довольная таким предложением. «И я куплю еще буханку хлеба на закваске».
«Мне два киша с сыром и чесноком», — сказала Мириам. «И мини-рождественский рулет — мы можем отнести его викарию в качестве подарка на новоселье».
Джун одобрительно кивнула.
«У нас новый викарий?» — спросила Дженни, упаковывая заказ.
«В Оулвуде», — пояснила Джун. «Она для нас всех пока что загадка, правда, Мириам?» — добавила она, обращаясь к подруге.
«Полная загадка», — согласилась Мириам. «Но викариат в Оулвуде очень дорог нам, островитянам, ведь он такой старинный. Ежегодная рождественская вечеринка — замечательная традиция, и на неё собираются все жители острова. Она состоится в эту субботу, 16-го».
«Понятно», — кивнула Дженни, набирая сумму на кассе. «А приглашение открытое? Даже для, э-э… менее набожных».
«Конечно, приглашение открытое», — кивнула Джун, улыбнувшись Дженни с пониманием. «Никого не отказывают. Церковная община старается быть дружелюбной ко всем».
«Как мило», — сказала Дженни.
Она обслужила остальных покупателей, радуясь тому, что видит столько знакомых лиц со всего Уайтборна.
Когда все остальные ушли со своими покупками, остался только Реми, и она заметила, что он держит букет цветов.
«Собираешься на встречу с кем-то особенным?» — спросила она. «Может, я упакую тебе в коробку несколько моих роскошных кексов с тройным шоколадом?»
Он недоверчиво хмыкнул: «Цветы для тебя».
«О», — сказала она, чувствуя, как ее щеки становятся горячими. Ей не свойственно было теряться, но она не ожидала такого. «Это очень мило с твоей стороны».
«Чтобы поздравить тебя с открытием твоего дела», — пояснил он. «И в знак благодарности за то, что помогла мне раскрыть последнее дело. Сегодня убийцу приговорили, и собранные нами улики стали весомым доказательством. Для семьи жертвы это был момент, наполненный и радостью, и горечью».
Жертвой был строитель Дженни, Митчелл, человек, которого все в районе очень любили. Она была рада, что удалось привлечь убийцу к ответственности.
«Цветы — это очень мило с твоей стороны», — сказала Дженни. «Но помочь с делом — это самое меньшее, что я могла сделать, учитывая обстоятельства. Как дела у твоего детектива-сержанта?»
«Вообще-то, я только что навестила её и её малышку. Ей уже шесть месяцев, и она с каждым днём становится все больше», — улыбнулся Реми. «Девочка — Пегги».
«О, как мило», — сказала Дженни. — Так ты всё ещё один?
— Ещё три месяца, пока она не вернётся на работу, — ответил он.
— Ты знаешь, где меня найти, если понадоблюсь, — сказала Дженни.
— Удивлён, что ты не будешь слишком занята со всем этим, — заметил Реми.
— Ну, может быть… — сказала она, приподняв бровь. — Ты прав.
Она присела на корточки и стала рыться в шкафчике для посуды под столешницей, пока не нашла вазу, которую наполнила водой и поставила на полку за спиной.
«Это действительно самые красивые цветы», — заметила она, глубоко вдыхая их аромат. Он был пьянящим, как мед и мускус. «Ромашки?»