Страница 27 из 65
На следующее утро, сразу после рассвета, я сел в джип вместе с Дианой, а Сабелия и Так сели в "Страйкер. - Мы загрузили его патронами калибра .50 и перезарядили гранатометы, а также взяли с собой два противотанковых комплекса AT4. Пока нас не будет, Джимми будет контролировать заправку и техническое обслуживание остальных "Страйкеров.
Мы вчетвером кратко попрощались и выехали.
Если бы я знал, что произойдет, эти прощания были бы гораздо длиннее.
Пулемет M2
Тип: калибр 50
Дальность поражения: 2000 ярдов
Темп стрельбы: 450 выстрелов в минуту
ГОРОДСКИЕ БОИ
Мы мчались по Южному Бродвею в Бронксе, направляясь к Западной 228-й улице, и вскоре я начал нервничать. По-настоящему нервничать. Это был тот же маршрут, по которому мы ехали к Кингсбридж-авеню, когда освобождали девочек из лагеря ARM - который, честно говоря, не был лагерем в полном смысле этого слова, а представлял собой комплекс католических школ, выполнявший ту же функцию.
Как бы то ни было, мы снова оказались здесь.
Автомобильное кладбище.
Как и раньше, движение сильно замедлилось, как только мы пересекли парквей Генри Хадсона, потому что там было просто море разбитых машин, автобусов, такси и грузовиков. Проспекты были забиты ими до отказа. Они были сожжены, взорваны, изрешечены пулями, опрокинуты и сбиты друг с другом в горки из смятой стали. Кто-то прошел здесь и проложил путь бульдозером, нагромождая машины друг на друга. Вся эта искореженная металлическая груда возвышалась по обе стороны от нас, словно крепостные валы. Мы ехали по разбитому стеклу и разбросанным костям; стаи зомби выходили нам навстречу, но мы сбивали их с дороги и просто продолжали ехать. Район за районом мы снова и снова видели одно и то же: снесенные здания, кварталы домов, сгоревшие до черных руин, огромные бомбовые воронки на улицах, обломки, возвышающиеся огромными холмами и кучами. Это напоминало Лондон после бомбардировок, и я не думаю, что преувеличиваю.
Мы видели десятки военных машин, сгоревших до каркаса, получивших прямые попадания из гранатометов и ракет "воздух-земля. - На этих улицах в конце войны велись ожесточенные сражения. Люди гибли массово. Армия и Национальная гвардия вели кровопролитные войны с ARM и бесчисленными другими ополченцами, оставив после себя кладбище из искореженного металла и сотни обугленных и разорванных на куски трупов.
Запах был лишь чуть менее отвратительным, чем в прошлый раз.
Большинство тел разложились до состояния скелетов... то есть те, которые не восстали и не ушли.
- Почему-то, - сказала Диана, пока я вел машину, - я никогда не думала, что снова сюда вернусь. Боже, у меня по поводу этого действительно плохое предчувствие. Прошлой ночью мне приснился очень странный сон.
Я не вздохнул, хотя очень хотелось. Диана любила рассказывать о своих снах. Для нее это было не просто сны, а видения, пророчества. Она увлекалась всей этой "нью-эйджевой" ерундой, так что, наверное, это и неудивительно. Но именно в этот момент, учитывая, где мы находились, чем занимались и какие ужасные опасности поджидали нас со всех сторон, я просто не хотел об этом слышать.
Не то чтобы у меня был выбор, заметьте.
Она зажгла сигарету. - Послушай-ка. Мне приснилось, что я была в городе, и повсюду были мертвецы - столько зомби, сколько я никогда раньше не видела. Они наступали со всех сторон, а я бежала, бежала, бежала. Потом все стало каким-то странным и туманным. Думаю, я забыла большую часть, но кое-что все же помню. Помню, что меня схватили какие-то люди - и не просто люди, а какие-то по-настоящему извращенные типы, увлеченные какой-то жуткой фигней, о которой моя личность во сне знала, но отказывалась даже думать, понимаешь? Они держали меня в плену или что-то в этом роде и заставляли делать то, чего я не хотела, но если бы я этого не сделала, они бы меня убили. Потом началась какая-то грандиозная битва, и я увидела, как возвышается башня, действительно огромная башня, и именно там и развернулась настоящая битва.
- Звучит неплохо.
Она рассмеялась. - Ты такой дипломатичный, Стив. Вот что мне в тебе нравится. Ты думаешь о многом, но никогда не высказываешь это вслух. Ладно. Я тебе прощаю. Скажи, о чем думаешь. Я не обижусь.
- Я ничего не думаю.
- Конечно, думаешь. Ты думаешь, что я сошла с ума, настоящая психичка, у которой мозг сгорел от слишком большого количества косяков. И, эй, ты, наверное, прав, но это не значит, что я неправа, и это не значит, что то, о чем я вижу сны, рано или поздно не сбудется, потому что это всегда сбывается.
Что я мог на это ответить?
Мой рациональный ум подсказывал мне, что это всего лишь чушь, на которую не стоит обращать внимания. С другой стороны, ну, мой рациональный ум действительно прошел через суровые испытания. За последние несколько месяцев его не раз подвергали жестоким испытаниям, и он дошел до того, что был готов рассмотреть любую версию. Диана верила, что пророческие сны передаются по наследству в ее семье. У нее они были. У ее матери тоже. У Рики их не было, но она была исключением. У остальных - да. Я был агностиком практически во всем, потому что, наверное, считал, что так жить гораздо проще - ты не привязан ни к одной системе верований, но при этом твой ум всегда открыт. Я делал вид, словно не верю ни в какую эту чушь про сны, но, возможно, это было потому, что она меня беспокоила. Сама идея таких вещей пугала меня до смерти. И я достаточно взрослый, чтобы это признать.
Я знал, что теперь, когда Диана снова заговорила о своих снах, она не оставит эту тему. Мы вот-вот должны были ввязаться в одну из наших дискуссий на эту тему. И так бы и было.
Но произошло нечто.
Кто-то начал обстреливать нас.
Мелкокалиберным оружием. Ничего такого, о чем стоило бы сильно беспокоиться. Для брони "Страйкера" это было не больше, чем укусы комаров. Я не особо беспокоился и за джип, потому что Так прикрутил стальные панели к кузову и окнам. Открытым оставалось только лобовое стекло, а оно было из пуленепробиваемого поликарбоната.
Тем не менее... пули, которые время от времени обрушивались на нас, мне не нравились. Они с грохотом отскакивали от брони джипа, и я просто ждал, когда одна из них пробьет колесо. Стрелки прятались за валом разбитых машин. Не знаю, к чему они клонили; ни за что на свете они не смогли бы остановить ни одну из машин. Я решил, что это, скорее всего, просто какие-то ополченцы или идиоты-выживальщики, у которых слишком много свободного времени.