Страница 51 из 59
— Когда услыхали выстрелы, подумали, что привезли нам харчи,— говорил он.— Заплутали и стреляют, чтоб мы вышли к ним. А вот вышло, что это вы. Живем мы тут недалече, в землянке. Просили вот вашего чернявого,— кивнул он в сторону Раковского,— чтоб наказал начальству на прииске срочно доставить нам продукты и уголь принять. Может, хватит его заготавливать.
Мальчик все это время сидел молча, в той же позе и изредка равнодушно смотрел на меня.
От костра начал распространяться дразнящий запах. Наконец Раковский разложил мясо на брезент и приступил к дележке. Оба углежога тут же встали и деликатно сели в сторонке. От приглашения поесть вместе с нами они отказались. Когда же мы стали настаивать, старший объяснил, что им белку есть грешно — она похожа на крысу. Тогда Раковский предложил кедровку, но старик ответил, что все равно грешно — они варились вместе.
Поняв брезгливость или религиозный предрассудок углежогов, я насыпал им ягод, старик, поклонившись, взял, и они принялись ее есть.
Мы с большим аппетитом съели кедровок и белку. Мясо белки я ел впервые, а кедровок приходилось несколько раз и раньше. Темноватое мясо кедровок, похожее на куриное, слегка припахивало кедровыми орешками. Раковскому же был хорошо знаком и вкус беличьего мяса. В декабре 1928 года оно было единственной пищей первого отряда Первой Колымской геологоразведочной экспедиции и спасло их от голода.
Съев быстро ягоду, старик вернул миску, еще раз напомнил Раковскому о своей просьбе, и, простившись, они скрылись в лесу.
…Чуть забрезжил рассвет, и мы принялись поспешно одеваться и седлать лошадей. Наш дальнейший путь проходил также по бездорожью то верхом на лошадях, то пешком. Во второй половине третьего дня (после выезда с устья Среднекана) мы расстались. Раковский с Пакуловым свернули вправо — в приток Оротукана (тогда еще с неизвестным нам названием), я же продолжал двигаться вниз по долине Оротукана и прибыл в поселок, когда уже окна светились огнями.
…Дома меня ждала новость. Радостная от встречи Мария Яковлевна представила мне прибывших к нам на базу первых сотрудников ГГРУ: ими оказались геолог Елена Анатольевна Нечаева и ее коллектор Наталья Николаевна Билибина. Елену Анатольевну я видел впервые, а с Натальей Николаевной — дочерью профессора Горного института Николая Ильича Трушкова и сестрой Юрия Николаевича Трушкова (с которым два года мы работали совместно в Алданской экспедиции Геолкома и много лет — в Геологоразведочном управлении Дальстроя) мы были знакомы.
Обе они — и начальник, и коллектор — пышноволосые блондинки с серо-голубыми глазами, жизнерадостно настроенные, нетерпеливо рвались к деятельности. Для них все было ново. И пусть они прибыли осваивать суровый Север вместе с мужьями, но все же в числе первых, тогда еще немногих женщин.
Юрий Александрович в коротенькой записке, переданной с Натальей Николаевной, просил меня помочь с организацией партии Нечаевой — выделить все необходимое, проинструктировать, определить для них не очень отдаленный район, где бы они могли поработать до осени, не дублируя наши партии. Сообщал также, что недели через две отправляется сплавом на Среднекан, по пути остановится у нас на базе, чтобы познакомиться с результатами работы экспедиции.
Прочитав записку, я сказал женщинам, что все, о чем просит Юрий Александрович, я постараюсь выполнить. Единственно, может произойти задержка из-за прораба-поисковика. Наш прораб С. С. Дураков уехал и вернется лишь через несколько дней, другие еще не прибыли с полевых работ. И тут они обе враз сообщили, что им предложил свою помощь Иннокентий Иванович Галченко, тем более что ему самому нужно побывать в этих районах, поговорить об организации разведки зимой.
— Считайте, что вам повезло,— сказал я женщинам.— Галченко один из самых опытных и грамотных прорабов- поисковиков. Он познакомит вас с методикой поисков, при желании научит промывать пробы на лотке и, конечно, поможет с организацией партии, составлением заявок для получения снаряжения и продуктов.
Далее я посоветовал им, не теряя времени, завтра с утра начать подготовку к работе в одном из ближайших к нам районов — бассейне речки Медвежьей.
— Он был бегло исследован в прошлом году партией Вознесенского. Наступившие осенние дожди не позволили сделать это детальнее, но в нескольких пробах им были обнаружены мелкие золотинки.