Страница 70 из 82
До легендарного лабиринта Конкорда мы шли молча. Я вспоминала все, что о нем рассказывал куратор. Раньше здесь даже посвящения первокурсников проходили, но когда обнаружился разлом и из застенья повалили демоны, это место стало запретным. Прошли годы. С появлением орфеонов все изменилось. Драконы перестали воевать с тварями и научились ими управлять. Адриан был первым, кто понял, как применять магию четырех стихий во благо страны. Это он с разрешения короля запустил экспериментальную программу по вшиванию рун в драконов. Первым его подопытным был Горраш, который впоследствии и возглавил элитный факультет. Теперь успешно выпускает орфеонов, что стоят на страже разломов Ароны. Мой великолепный истинный теперь один из них. Я испытывала благоговейный трепет, участвуя в таком важном для всего Диона деле.
У каменной арки входа в лабиринт уже собрались все сокурсники под предводительством магистра.
— Без опозданий Визави и Терра не могут, — окатил нас куратор недовольным взглядом.
— У них всегда много дел, магистр, — хихикнул Роберт.
— Не завидуй, — брякнул Тоби и потянул меня на себя.
— Хватит болтовни! Все за мной, — Элиас махнул рукой и повел нас вглубь лабиринта.
Я здесь раньше не была, поэтому внимательно все разглядывала, прижимаясь к Тобиасу. Высокие, испещренные рисунками древних рун стены, давили. Жутковатое ощущение чего-то опасного не покидало. Казалось, что за кустом очередного поворота прячется нечто темное. Давно я ничего подобного не испытывала. В подземелье Белого замка почему-то не так страшно.
Мы подошли к центру лабиринта и остановились у светящегося руническими символами входа. Горраш очертил арку рукой и впереди появился темный провал с каменной лестницей вниз. Проход довольно узкий, поэтому пришлось спускаться строем, но я хоть и плелась сзади Тоби, руки его все равно не отпускала.
Куратор и другие орфеоны призвали магию огня, чтобы осветить путь в тоннеле. И вскоре мы оказались в огромной, впечатляющей лаботарии. Я рот раскрыла, разглядывая оборудование и реторты, магические сплавы и редкие кристаллы, что мерцали на металлических стойках. Даже лаборатория Адриана, в которой я недавно хозяйничала, не сравнится по масштабу с этой.
— Невероятно, — вырвалось у меня невольно.
Руки чесались все здесь потрогать и провести испытание с демонической магией, что алела темными нитями в колбах. А еще я засмотрелась на крохотные руны, что парили за защитной магической сеткой. Это их вшивают в плоть драконам.
— О, да! Здесь и рождаются орфеоны, — с улыбкой взглянул на меня Горраш и толкнул вперед массивную дверь в конце помещения.
Мы вышли в еще один большой каменный зал, где одна из стен была черной с мерцающими оранжевыми прожилками, будто живая лава по ней текла.
— Открываем разлом, парни. Это гораздо легче, чем потом его сшивать. До этого мы еще не скоро дойдем. Подходим по-одному. Каждый должен правильно раскроить почву. Тобиас, — куратор пригласил жестом Тоби. — Отлепись ненадолго от девочки, — он усмехнулся и указал взглядом на наши сплетенные пальцы.
Визави сжал зубы и остался стоять недвижимо. Перевел на меня умоляющий взгляд.
— Никуда не отходи и ничего не трогай, Ти. Роб, — кивнул одногруппнику, — присмотри. Головой отвечаешь.
Парень сразу подошел ко мне и застыл рядом гранитной статуей.
— Соберись, Тобиас, хочешь, я ее за руку подержу? — подшучивал куратор.
— Идите вы… — он потер ладони между собой, вызывая фиолетовые молнии, — быстрее начнем, быстрее свалим из этого места.
Оглянулся на меня, надолго задержал взгляд. Я ему улыбнулась и, прижав ладонь к груди, прошептала, что люблю.
— Вы меня когда-нибудь доконаете! Визави! Открывай разлом. Проведем испытание на демонах и закончим на сегодня, — раздраженно закатил глаза Горраш.
Тобиас разорвал наши взгляды, так и не ответив, расставил ноги и запустил первую нить. Земля затрещала от магии и раскололась. Стена запульсировала тусклым багровым светом. Края провала почернели, будто опаленные не огнем, а самой тьмой. Камень крошился в пепел под потоками фиолетовой силы дракона. Воздух над разломом задрожал, искажая очертания Тоби. Потянуло серой и железом.
Почва продолжала медленно расходиться, разевая пасть, из которой клубами выходила мгла.
Заскользили черные тени, у которых глаза горели, как угли.
Я невольно отшатнулась и спряталась за спиной Роберта. Никогда не видела ничего подобного в разломах. Обычно демоны сразу выстраивались в ряд под гипнозом магии орфеона.
— Стой! — закричал куратор и воздушным потоком отбросил Тобиаса от разлома. Развел руками и пространство заискрило фиолетовыми молниями.
Роб машинально обхватил меня сзади руками.
Сердце ухнуло в пятки, когда черные тени, минуя защитную сеть Горраша, вырвались наружу.
Тобиас выпрямился, дернулся ко мне, но его вновь отшвырнуло, теперь уже черной вспышкой, что вылетела из разлома. Парень ударился спиной о каменную стену, но тут же вскочил и побежал ко мне.
Да только теперь между нами оказался черный разрыв.
Другие орфеоны перехватывали вылетающие из тьмы сгустки, но их отшвыривало и оглушало.
Горраша сбила с ног волна, будто из топленой смолы. Так он в ней и завяз.
Роберт остался по эту сторону со мной, прикрывал меня и держал руки с магией наготове.
— Убегай из лаборатории, Тэя! — бросил он через плечо.
Тобиас отчаянно пробирался сквозь разлом, но тот стремительно расширялся, выпуская новые и новые тени.
— Ти! — заорал он, прыгая с разбега через пропасть и на лету выпуская крылья. Здесь слишком низко для подобного маневра.
— Тоби! — я направила огненный шар в тень, что с шипением неслась на Роба, но магия рассыпалась бесполезными искрами.
Я отскочила в сторону двери, что вела в лабораторию, не сводя взгляда с приближающегося ко мне Тобиаса. Потянулась к нему, выпустила ледяные нити, чтобы зацепиться за парня, но и она развеялась прахом.
Дверь вынесло мощным черным сгустком, и помещение погрузилось в кромешную тьму. Лишь редкие фиолетовые вспышки возникали в воздухе и тут же потухали. Я растерялась и оторопела.
За спиной из лаборатории раздавался грохот. Во всем этом хаосе я пыталась нащупать своего Тоби, но не находила его.
Вдруг поясницу прошило неимоверно дикой болью, от которой я закричала не своим голосом и в мгновение потеряла сознание.