Страница 27 из 82
Глава 18
Набухался.
В дрободан.
Руку кое-как перевязал, девицу в кустах и оставил, перебросив на какого-то пьяного альена.
Сам вернулся в отцовские старые покои и до утра разговаривал с цветами.
Херово было, пиздец.
Меня словно вывернули, прошлись теркой и натянули кожу обратно.
От дешевого пойла и опухшей рожи, надо было же вовремя к лекарю сходить, утром я встать не смог.
Валялся на диване в окружении своих цветочков и тупо пялился в потолок.
Чиан притащил мне еду, хоть кто-то обо мне беспокоится, и мимоходом сказал, что первокурсники альены завтра возвращаются из похода, у них был выезд в Эртин с дружественным визитом.
Значит, с ними и она вернется, моя отдушина.
— Хоть что-то хорошее… Этой… Тэе Терре, племяшке Адриана, не говори, где я.
— А что так?
— Не спрашивай, — я набросился на бульон и сделал вид, что очень голоден.
— Да ей не скучно без тебя, не переживай, — старик Чиан — сама простота, — все с принцем бегает.
— С-сука! — я хряпнул по столу и чуть не перевернул миску с супом. Стиснул до дикой боли зубы. — Пусть. Мне нет до этого дела.
— Ага, на лице это дело как раз и отображается. Лекаря прислать?
— Чтобы матери доложили? — я качнул головой. — Не надо. Я еще побуду здесь, подумаю.
После ухода Чиана я не находил себе места. Неужели она теперь с ним?
Не допущу!
А что я могу? Бегать, как за Лирой, много лет, а потом оказаться ненужным? Она ведь из-за нас с Рином из страны уехала, так ей было неприятно.
Не стал больше сидеть у себя, вернулся в орфеонские покои. Прошел мимо белой комнаты с приоткрытой дверью и даже не глянул.
Как эти чувства в себе убить? Как вытащить из тела эту тягу? А если отказаться от курса? От четвертой стихии. Взять и бросить затею синергии, пусть Тэя сама со своим огнем разбирается.
Собрал чемодан, переоделся в черную форму альенов и вышел в гостиную.
Огня во мне почти не осталось, лед быстро вымещал теплую магию Тэи, и до встречи с куратором ее бы не осталось и капли.
Но встреча не состоится.
Касаться девушки, лопаться от возбуждения, унижаться на глазах учителя я больше не буду.
— Переодевайся, Нира, я снаружи подожду, — послышался голос из ее покоев, и принц вышел в гостиную, закрыл за собой дверь.
На роже уже ни следа от драки. Успели подлечить. Он победоносно усмехнулся, когда меня увидел.
Я молча ушел, не сказав и слова.
Поднялся к отцу и сходу ввалился в его кабинет.
— Я не могу на орфеонском больше учиться.
Папа откинулся на спинку, отложил документы, которые изучал, и дернул бровью, явно в удивлении от того, как я выгляжу.
— И что же пошло не так?
— Все. — Я сел. Будто на гвозди. Встал. Пошел к окну, развернулся к отцу лицом и спрятал разбитую руку в карман, распухла — зараза. — Элиас доложил, что случилось на синергии?
Папа сдержанно кивнул. Насмехаться он не станет, но мне самому неприятно. Нет, приятно, конечно, но сама суть…
Я видел, что лицо папы сосредоточенно, он прекрасно считывает все мои эмоции в такие моменты. Любую ложь опознает.
— Я просто не хочу.
— О как?
— Да.
— Садись, Тоби, поговорим.
— Не хочу. Просто подпиши приказ, верни меня на альенский курс.
Он потер подбородок, покачал им немного, глаза опасно блеснули.
— Ты считаешь, что Конкорд — это детские игрушки?
— Я так не считаю.
— Что можно бегать с курса на курс, а потом обратно?
Я отвернулся в окно. А папа продолжал:
— Синергия — всегда нечто магическое и древнее, всегда вызывает яркие чувства и ощущения. Вспомни дядю Ардена и Микаэллу. Или Николаса и Морайну.
Вот не надо мне эти примеры! Я в эти сказки с истинными парами не верю давно. Сколько лет их не случалось в стенах Конкорда? А связи. Единицы не считаются.
— Я не хочу с ней быть. Терра не мой выбор. Точка. Тэя мне неприятна. Я лучше буду альеном, чем испытывать искусственную тягу к той, что мне не мила.
Тем более, после Рина она мне не нужна. Одна мысль тяготила, что он касался ее тела.
Я сейчас нахуй разнесу все, что под руку попадется, как раз и резерв ледяной магии полон и огненной немного осталось.
— А Тэйнира, что думает об этом?
— Мне насрать, если честно, — отрезал я, сжав руки. — Подписывай.
— Давай так: три недели позанимаетесь с девочкой, походите вместе на занятия и тренировки… Если попросишь снова через этот срок, я переведу тебя обратно. А сейчас возвращайся в выделенные апартаменты и попытайся вести себя с девушкой более сдержанно, а не как обычно. Присмотрись. Вдруг не все так плохо. Она ведь хорошая девушка, из приличной семьи, талантливая и смышленая, а мощь… одна мощь чего стоит.
Знал бы он, как у меня в груди сейчас ноет, не топтался бы по ране и не рассказывал, какая Тэя умница-красавица.
— Я не буду с ней жить.
— Это я уже слышал, — заулыбался папа. — Она ведь тоже приходила. И тебе отвечу то же самое: такие правила Конкорда. Вы в связке, живете в одних апартаментах, целовать и любить друг друга никто вас не заставляет, но сотрудничать придется научиться.
— Прекрасно, значит, вернусь в старые апартаменты.
— В эти? — папа показал мои ключи. — Нет. Не вернешься.
— Но цветы…
— Не пропадут, я за ними поухаживаю некоторое время. Если только посмеешь нарушить мои правила…
— Пойду в подземье? — вызверился я, чувствуя, как к глазам приливает кровь.
— Нет, я найду другое наказание. Поверь, тебе не понравится.
— Нахер. Не буду я с ней ночевать!
— С ней и не надо. Просто рядом жить, это не тянуть ее в постель, как зверь, и не нападать, пугая своими габаритами. — Папа вернулся к бумагам, словно потерял ко мне интерес. — Иди на занятия, Тоби.
Я дернулся к двери, потянул за собой чемодан.
— И форму переодень.
— Нет!
Папа вскинул руку, и невидимый посох вмиг срезал рукава и пояс моей одежды, я успел подхватить штаны и заорал:
— Достаточно!
— Точно? А то я могу все убрать, — он показал на черную рубашку и исподнее, что остались висеть на одних соплях.
— Спасибо, — процедил я зло, — я уж сам справлюсь.
— Там, — папа показал в сторону выхода, — есть ниша, где можно переодеться. Удачи на уроках.
Я выругался в три этажа и хряпнул дверью.
Помог.
Переодевшись, я пошел на общие занятия, и в коридоре, как назло, столкнулся с ненавистной парочкой.