Страница 19 из 82
Глава 13
Ну, конечно, папа ничего другого не мог сделать. Наказал нас с Рином обоих. Да еще и посадил в одну камеру. Ну чтобы веселее было. У него шутки — вот такие, в лоб, никто их не понимает.
Хорошо хоть блоки додумались нацепить, а то через сутки нашли бы в подземьях Конкорда два обмороженных трупика.
— Что ты таращишься, Принцесска? — брякнул я, когда крышка захлопнулась, оставив нас в тишине каменной ямы, освещенной только лучами миасса, что пробивались сквозь решетку в потолке. — Сам виноват! Видел, как Ти меня защищает? Значит, что? Значит, я ей дорог. Не ты, блядь, а я! Заметь! Сука, из-за тебя теперь здесь сижу. — Я ногами на полу зло сгреб грязную солому и сел на горку. Рину ни грамульки не оставил, обойдется, на холодненьком посидит — он привыкший, ледяной принц.
— Она не тебя защищала, а меня обезвредила, чтобы я тебя, Тобзика плешивого, не прибил! — ехидно оскалился Рин. — Я видел, как она отбрыкивалась. Ей явно был противен поцелуй.
— Какой же ты тупой придурок, — ответил ему тем же оскалом. — Просто тебя злит, что от меня она течет, а ты в подружках ходишь. Ха-ха.
— Да она тебя терпеть не может, идиот, — вытянул он лениво ноги. — А с дружбы все и начинается. Ты же дебил… прешь буром, только отталкиваешь. Можешь не обольщаться, после того, как исполнится мое желание, Тэя будет моей.
Я скрипнул зубами.
— Только посмей загадать что-то непристойное, — процедил, — я тебя на тряпки порву, слизняк.
— Уже загадал. Ха-ха, — передразнил меня Рин, как в детстве.
Я застыл, будто пораженный. Быть не может! Он, благородный виэн, не мог попросить банальный трах у Тэи. Рин просто пытается меня вывести из себя. Не выйдет, мразь.
— Я еще свое желание не озвучил, мудак, акстись, Тэя никогда не будет с тобой. Она моя. Вбей себе в голову и успокойся. — Я откинул затылок на стену и прикрыл глаза. После лазарета все тело ноет, кажется что-то слева не до конца срослось, но я был по-настоящему счастлив. Как дурак, Эстиер свидетель. Моя Ти поджарила Принцесску до мяса, жаль, я этого не увидел.
— Да ты пока будешь думать, что загадать, она уже моей станет. И кстати, я тоже буду участвовать в программе орфеонов. Поселюсь рядышком со
своей
ветроночкой. Так что это ты акстись, придурок.
— Ага, да, — я вскинул голову и опалил Рина ненавистью. Как же я его терпеть не мог! — Не светит тебе ветроночка, если я буду жив. Она моя четвертая руна!
— Ничего, найдешь другую подпитку, когда я женюсь на Нире, — привалился он на поврежденный бок и скривился.
— Через мой труп ты на ней женишься, — сказал я серьезно.
Это уже не игра мальчишек. Это бой насмерть.
— Как думаешь, Адриан отдаст сестру Мериди какому-то сынку ректора в подстилки или в жены принцу Ароны? — протянул он издевательски, кичась титулом.
Я заржал. Дико. И долго. Аж ребра заболели.
— Ты забыл, что Визави — лучшие друзья Бледдов. Так что в этот раз принцесски пролетают, как доска над Ароной!
— А вот это мы посмотрим. Адриан моему отцу служит, между прочим. Король и приказать может, — не унимался гад.
— Не неси пургу, Рин, — я снисходительно улыбнулся. — Не будет его величество в дела сердечные лезть. Хочешь честной игры — честно играй, а то сопли жуешь и папой пугаешь. Я тоже могу своего отца подключить, но, заметь, я этого не делаю, и будь ты хоть инопланетный гость — вылетишь с песней из Конкорда.
— Для меня это не игра. Найди себе другую игрушку и отвянь от девушки. Ты ей не подходишь. Не будет она с тем, кто ее унизил.
Я сжал зубы и уронил голову. А если он прав?
— Короче — заткнись! — рыкнул я и взглянул на него серьезно. — Я тоже не играю. Детство давно закончилось, Рин.
— Зря твой отец зачислил Тэю на элитный курс и поселил на этаж факультета. Вот пока мы тут сидим, там голодные орфеоны ее окучивают. Они-то посильнее тебя будут.
Я качнул головой. Никто из шестерки не посмеет приблизиться, они все меня боятся, несмотря на мою неполноценность. Да и Рина тоже боятся, ведь все знают, что Тэя с ним дружит. Уже успели кости перемыть после нашей драки.
Я тяжело выдохнул и попытался задремать, но слова, те горькие слова, что я тогда сказал Тэйнире на балу, въелись в голову и гудели до следующего утра, пока нам с Рином не открыли выход из подземья.
Драться не хотелось, на мировую с ним идти тоже, но нужно как-то двигаться дальше.
— Пусть она сама выберет, — произнес я, отряхивая со штанин солому. Мысль, что этот выбор падет не на меня — резала тесаком грудь, но я не подонок, не стану принуждать себя любить.
— Да и так понятно, кого выберет, — размял он шею.
Я посмотрел на него. Дурак он и в Ароне дурак. Думает, что это так просто — приказал, и она уже полюбила? Это в королевском замке можно командовать, здесь же, в Конкорде, другие правила. И я в этом раунде веду. Однозначно.
Беспокоило только его подлое желание.
Крутило, мяло душу до жуткой боли.
Да что я в самом деле? Из-за девчонки! Словно и правда влюбился, как идиот. А что тогда?
Я глянул на Северина и увидел в его светлых глазах такую решительность, что даже отстранился. Его она выберет — словно на лбу написано.
Я сжал кулаки. Не допущу. Моей будет Тэйнира. Только моей.
И, сцепив зубы, попер к себе на этаж. Чуть не свернул на альенский, задумавшись, но на повороте меня что-то дернуло, потянуло наверх.
Растирая кисти после тяжелых блоков магии, я распахнул дверь в белую комнату, прошел сразу в купальню. С удовольствием скинул грязную одежду и забрался под теплый душ.
О, богиня, как же хорошо…