Страница 23 из 27
(Еле слышный шёпот) Правильно, вы, двое, брата-акробата из цирка-шапито, а-ну притворитесь, что меня здесь нет. Притворитесь, что не слышите меня. Забудьте про тысячелетия. Не обращайте внимания на то, что вам шепчут ваши предки после своей смерти. (Ядовито) Да пошли вы оба к дьяволу!
3 ЧЕЙНИ (безжизненно и монотонно): Я полагаю, что на какое-то время заснул. Заснул под рядами «книг глаз». Наверное, проспал около часа. Думаю, не больше. Я могу определять время подошвами своих ступней – измеряя ими тепло рюкзака, на который я положил свою голову. Меня разбудил шум – звон металла. Я сейчас нахожусь на винтовой лестнице довольно высоко над полом. Я нахожусь на изгибе лестницы напротив, но немного ниже стеклянной площадки, где стоял Холостяк. Его на ней уже нет. Буквально только что он взобрался на кольцо канделябра и, балансируя на нём, схватился за отвес, свисающий с середины купола.
Хяри? Хяри давно слез с плеча Холостяка и восседает на одной из сфер, образующих правильный треугольник в кольце – той, что указывает на фасад пагоды.
Холостяк схватил золотую тесьму, сделал из неё петлю и просунул в неё голову. А затем он спрыгнул с кольца и повис. Его ноги оказались – прямо в данную секунду – чуть пониже кольцевой люстры. И я наблюдаю за тем, что он так вот и висит, а его ноги вращаются, описывая круги вокруг этого канделябра.
И Холостяк не умер. Ничуть не умер. Петля лишь задевает его за горло, касается его гривы. За две недели, прошедшие после того, как он стал вождём, его грива значительно подросла, особенно вдоль челюстей и под горлом, так что эта шерсть смягчает натягивающуюся тесьму. И он теперь просто висит там – висящий человек.
(Вяло) Полагаю, это чертовски увлекательное развитие событий. По крайней мере, хяри ведёт себя так, как будто ему это интересно. Хяри наблюдает за всем этим с волнением или беспокойством, махая крыльями, чтобы удержаться на шаре, на котором он сидит (Удар. Неразборчивое бормотание) Попробуйте, услышите вы это. Я подержу микрофон для вас (Тишина, лёгкое статическое потрескивание) Вы должны были услышать звуки царапанья хяри своими когтями по шару и свист движения ног Холостяка, который вращает ими по очереди на север, северо-восток, восток, юго-восток, юг, юго-запад…
(После почти десятиминутной тишины) Некоторое время назад я обнаружил, что Холостяк начал пускать слюни. Тонкая ниточка чего-то молочного блестела на его нижней губе, когда он повернулся ко мне – его ноги крутятся вначале вправо, а потом влево. Я увидел, как двигается его рот – очень похоже на движение рта у насекомого. Струя слюны становится длиннее, она не отрывается и не падает вниз в пропасть к полу, а растёт и растёт, становясь всё длиннее и длиннее. Какое-то молочное продолжение золотого отвеса.
Теперь прядь опустилась по центру спирали чуть ниже того места, где я сижу. Я вижу, что это вовсе не жидкость, не слюна и не рвотная масса. Это нить, что-то выходящее изнутри Холостяка через его рот. (Без страха) Красиво и гротескно одновременно – и я думаю, что вы решили, будто я пьян или под кайфом. Так сказать, из страхов пьяницы плету шёлк. Но, парни, я не напивался бурбона и не наглотался плаценола – я бы хотел, чтобы вы вместо меня сидели тут на лестнице и наслаждались этим отвратительным шоу, ритуалом вытягивания из Холостяка его внутренностей. Нитей из кишок. Красивые и гротескные нити из кишок.
(Без всяких эмоций) Боже, моё терпение на пределе…
(Спустя несколько минут – слышно слабое хлопанье, которое длится какое-то время, а потом стихает).
Холостяк разбрасывает шёлк, словно сам из него сделан. Та нить, о которой я вам рассказывал, почти достигла пола. Теперь он начал работать руками, заставляя вращаться своё тело быстрее внутри петли. Он закручивается в эту штуку, словно египетский фараон, который перед смертью решил обратиться в мумию. А тем временем он продолжает порождать ещё более мутную нить.
Угадайте, парни, кто ввязывается в эту работу? Правильно. Хяри слетел со сферы, когда Холостяк начал разматывать выходящую из себя нить, и схватил её своими когтями. Затем, держа её когтями и пальцами и летая вокруг Холостяка, он обернул этой нитью ступни, лодыжки и голени того. Затем он уселся на забинтованные ноги парня. Теперь, распрямив крылья и, видимо вонзив в него свои когти, хяри висит, как летучая мышь, и продолжает обматывать своего хозяина выходящей из него верёвкой. Имейте в виду, это чёртово создание слепо – слепо, как пьяный ксенолог. Браво, Чейни.
Я не знаю, сколько это займёт времени, но, очевидно, Холостяка замотают – полностью замотают, – превратив его в тёмную куколку. Похоже, хяри стремится сделать эту работу, как можно скорее. Он уже привязывает руки Асади к его бёдрам, цепляясь когтями за его тело и карабкаясь вверх, словно причудливый циркач. Думаю, Холостяк станет куколкой, висящей на золотой верёвке под потолком на чердаке ветхого амбара своих предков.
(Чейни хрюкает; шаркающие звуки, возможно шум раскрываемого шкафа).
Я так думаю. Не спрашивайте меня почему. Я больше не буду смотреть на эту чушь. У меня голова кружится. Я сыт по горло этой чепухой. Если я смогу спуститься по этим ступеням в такой адской жаре, то лягу возле стены «книг глаз» и посплю. Всё – спать.
(Шаги по железным ступеням. Бессмысленное бормотание).
Интерлюдия: сразу после полудня 139-го дня*****
***** С конца предыдущего раздела и до начала этого Чейни занимался бессмысленной болтовнёй – я удалил её. Между ними в общей сложности прошло около четырнадцати часов, в течение которых Чейни также ел и спал. В этот раздел «Интерлюдия» я кое-что вставил из удалённых кусков, чтобы сохранить преемственность повествования, которой в противном случае не было. Для упрощения эти вставки я никак не пометил.
ЧЕЙНИ (обычным голосом): Привет. Я сейчас обращаюсь исключительно к Бенедикту. Бен? Бен, ты планируешь завтра доставить посылку. Двадцатую. Можешь поверить в это? Я – нет. Мне кажется, что я здесь уже лет десять-двенадцать. А всего было двадцать посылок. Ладно, последнюю я не заберу. Пока, в крайнем случае. Бог его знает, когда Холостяк поведёт меня обратно на поляну. Сейчас он занят. Давай расскажу чем.