Страница 33 из 100
Глава девятнадцатая
Коул
Два года спустя
— Я дома! — дверь захлопывается и Далила бежит ко мне, ее яркой улыбки почти достаточно, чтобы осветить темноту, в которой я чувствую себя вечно застрявшим. Она запрыгивает на диван, и ее руки обвиваются вокруг моей шеи, притягивая меня к себе для поцелуя. Ее губы прижимаются к моим, и я закрываю глаза, наслаждаясь ощущением растворения в ней: в ее прикосновениях, в ее запахе, в ее прекрасном сердце.
Когда она отстраняется, то замечает, на каком канале включен телевизор и ее улыбка становится более грустной, но она не произносит ни слова. Она никогда этого не делает. С того дня, как Ксандер вышел за дверь и из нашей жизни, Далила ни разу не сказала ни единого слова ни о чем из этого. Ни о том, что Ксандер сосет мой член. Не из-за того сильного напряжения, что чуть не задушило нас троих. Ни единого проклятого слова.
— Кто выигрывает? — вместо этого она спрашивает. Ее способ воспитывать его, на самом деле не делая этого.
— Хьюстон, — я хватаю контроллер и выключаю телевизор. — Они играют потрясающе. У них определенно есть хороший шанс выиграть чемпионат второй год подряд, — и под — они— мы оба знаем, что я имею в виду Ксандера. За два года, что он играет за Хьюстон, он взорвал все к чертям собачьим, побивая рекорды новичков направо и налево. Впрочем, меня это не удивляет. Он всегда был потрясающим спортсменом. — А теперь расскажи мне... Как прошли твои собеседования?
Искренняя улыбка Далилы возвращается.
— Я брала интервью в трех разных школах, но моей любимой была Уортширская начальная. На самом деле, именно там я столкнулся с Саммер. Она тоже брала там интервью, — перед тем, как Далила ушла на собеседование, она сказала, что будет дома к ужину, но потом позвонила и сказала, что встретила свою подругу, и они собирались выпить по чашечке кофе.
— Уортшир? Разве это не начальная школа дальше по улице? — я помню, что видел название, указанное под школами, которые принимают на работу в этом районе.
— Это так... И угадай, что? Я получила там работу! На самом деле, мы с Саммер обе так и сделали! Директор позвонил нам обоим, когда мы пили кофе, вот почему я так поздно дома. В итоге мы обменяли наш кофе на мартини, чтобы отпраздновать это событие. Мы вдвоем будем преподавать в четвертом классе!
— Это потрясающе! Поздравляю! Значит ли это, что мы остаемся здесь? — мы всегда говорили, что после окончания школы вернемся домой, чтобы устроиться на работу, но потом мы закончили школу почти месяц назад, и ни один из нас до сих пор не принял никакого решения. Правда в том, что, хотя я бы вернулся в Брентон ради Далилы, это не мой дом. Я всегда чувствовал себя так, словно мой дом был здесь, в этой квартире, с двумя моими лучшими друзьями. Даже сейчас, когда одного из них не стало.
— Мы. Я поговорила со своими родителями и сказала им, что хотела бы купить у них это место. Они посмеялись надо мной и сказали, что такого не допустят... а потом настояли на том, что подарят это мне на выпускной. Мы остаемся здесь, Коул.
Я чувствую, как мои плечи вздыхают с облегчением.
— Спасибо тебе.
— Конечно... это наш дом, — ее слова звучат мягко, и я благодарю бога за то, что он дал мне эту женщину. — Теперь тебе просто нужно найти работу, и все готово.
— Я посмотрю позже, но прямо сейчас я действительно просто хотел бы заняться любовью со своей красивой, потрясающей, недавно нанятой девушкой.
Далила хихикает. — Для меня это звучит заманчиво, — ее руки снова обвиваются вокруг моей шеи, и я поднимаю ее, ее ноги обвиваются вокруг моего торса, чтобы я мог отнести ее в нашу спальню. Я кладу ее на кровать и улучаю секунду, чтобы восхититься тем, насколько чертовски красива Далила. Ее длинные шелковистые волосы разметались по подушке, карие глаза широко открыты и мерцают от счастья. Ее щеки все еще немного покраснели от поцелуя, которым мы обменялись ранее. Она выглядит живой, и я чувствую себя самым счастливым ублюдком в мире, потому что мне выпало стать частью ее жизни. Что я могу быть свидетелем каждого момента с этой женщиной. Было время, когда мы никогда не думали, что она переживет свое детство, но вот она здесь. Выпускница колледжа, а теперь учительница начальной школы. Ей двадцать два года, и она все еще жива.
Я ползаю над ней, мои колени раздвигают ее бедра, когда мои руки опускаются по обе стороны от ее головы.
— Я люблю тебя, Далила, — шепчу я ей на ухо, прежде чем прижимаюсь ртом к ее рту, мой язык проникает в ее идеальные губы. Ее руки тянутся к моим штанам. Она быстро снимает их, а затем пытается сбить ногами. Я прерываю наш поцелуй, чтобы помочь ей, и в ответ она стягивает свое платье — то, в котором была на собеседовании, — через голову, оставляя на себе только бюстгальтер и трусики с белой шнуровкой. Я вижу, как сквозь ткань видны ее возбужденные соски, и я опускаюсь губами, чтобы обхватить один из них. Я посасываю затвердевший бутон, и Далила издает нуждающийся стон.
— Трахни меня, Коул, пожалуйста, — умоляет она, когда ее руки опускаются к моим волосам, пальцы перебирают пряди. Я слегка отступаю, чтобы стянуть ее трусики с бедер, затем стягиваю рубашку через голову и опускаю руки обратно на матрас, заключая ее в клетку. Она сжимает мой член и направляет меня в свою теплую киску. Та самая киска, в которой я заблудился последние полтора года. Пока я накачиваю ее, мои мысли возвращаются к тому, как у нас впервые был секс, только у нас двоих. Я пытаюсь оттолкнуть их и сосредоточиться на Далиле, но не могу. Как только воспоминания всплывают на поверхность, их уже не оттолкнешь.
— Ты должен взять себя в руки, Коул! — Далила кричит на меня, выключая телевизор и бросая контроллер на стол, опрокидывая несколько пустых пивных бутылок. — Тебе нужно готовиться к выпускным экзаменам, и ты не можешь позволить себе провалить их. Ты и так едва ли сдашь этот семестр, — когда я ничего не говорю, она забирается на меня и оседлает мои колени. Но это не сексуально. Это просто для того, чтобы привлечь мое внимание. Мои руки опускаются на округлости ее задницы, и моя голова откидывается назад, ударяясь о спинку дивана.