Страница 46 из 58
Если бы мой член мог стать тверже, он бы так и сделал, но сейчас он в самой маленькой киске, которая у меня когда-либо была, и мне нужна вся моя концентрация, чтобы не кончи.
— Я говорю. Ты подчиняешься. Это действительно так просто. А теперь посмотри на себя, ты вся в крови и устроила беспорядок. Я отстраняюсь, чтобы увидеть ее кровавый блеск на моем члене, прежде чем снова погрузиться в него.
Я вгоняюсь в нее в изнуряющем темпе, но чувствую, как ее желание проникает в меня, а ее стоны и мяуканье только подстегивают меня. Похоже, моя балерина наслаждается небольшой болью вместе со своим удовольствием.
Я не совсем удивлен, учитывая, как она отреагировала, когда я унизил ее своими прискорбными словами и грязными поступками. Я единственный, кто заставляет ее чувствовать себя так, даря ей кайф, который она когда-либо испытывала только во время танца.
Я провожу рукой по низу ее живота, направляя большой палец прямо к ее клитору, и начинаю круговыми движениями растирать его в такт своим толчкам. Я хочу, чтобы она разбилась вдребезги рядом со мной.
— Кончи для меня, маленькая танцовщица. Кончи на мой член и пометь его как свой. Как только слова слетают с моих губ, я сжимаю ее бутон и полностью погружаюсь в нее, пока она сжимается.
— О — о боже, — едва успевает выдохнуть она, прежде чем начинает плакать от силы своего оргазма.
Я выхожу, сжимая свой член в кулаке, и начинаю дрочить сам, пока не наступает мой собственный оргазм, и я не растекаюсь по ее животу и холмику.
Я сильно сжимаю его снизу доверху, пока каждая капля не попадет на ее розовую, разгоряченную кожу, прежде чем отпускаю.
Используя свои пальцы, я раздвигаю ее складочки, чтобы увидеть, насколько набухло ее влагалище, и я ничего не могу с собой поделать. Я провожу большим пальцем по ее щелочке, прежде чем двинуться вверх, собирая собственное освобождение.
Я провожу подушечками пальцев по ее губам, и инстинктивно, как я и предполагал, она открывает рот и втягивает их, пробуя на вкус нас обоих.
— Грязная маленькая балерина, и все это, блядь, мое. Я произношу эти слова, высвобождаясь, чтобы сделать шаг назад и восхититься абсолютным совершенством Кэролайн Астор в этот момент.
Натягивая брюки, я оставляю их расстегнутыми и свисающими с бедер, прежде чем схватить свою сброшенную рубашку: —Давай, детка. Давай наденем на тебя эту рубашку, а потом пойдем приведем себя в порядок. Я приготовлю нам ванну, но я не могу вынести тебя отсюда в том, что на тебе надето. Я поднимаю ее, и она обмякает, но достаточно в сознании, чтобы держаться за мою шею, пока я просовываю ее руки в каждое отверстие, прежде чем застегнуть несколько пуговиц.
Если бы кто-нибудь в этом доме увидел ее прямо сейчас, что ж, мне пришлось бы убить их за то, что они посмотрели на то, что принадлежит мне. Мужчина или женщина.
Одно дело было в клубе, но теперь, когда она у была у меня, честное слово, я никогда не позволю чужим глазам смотреть на то, что предназначено только мне.