Гадалка

2

Кафе «Оля-ля», три дня спустя.

За столиком у залитого дождем окна сидела Марина. Она до побеления костяшек сжимала

бумажную салфетку, превращая её в труху.

— Ты пришла… Я, если честно, боялась, что ты проигнорируешь встречу.

Карина опустилась в кресло напротив и неспешным, грациозным движением сняла очки. Её

лицо оставалось бесстрастным, как античная маска.

— Деньги принесла?

Марина суетливо нырнула рукой в сумку и выложила на стол пухлый конверт:

— Вот. Тридцать тысяч, как договаривались. Но… объясни мне, как ты это провернула?

Карина скользнула взглядом по конверту и, не пересчитывая, убрала его.

— Ты видела его в офисе?

— Да, — Марина нервно сглотнула. — Он орал на неё как сумасшедший, даже толкнул… Оля

рыдала взахлеб. Что ты с ним сделала?

— Во время сеанса я просто вложила в его подсознание нужную установку. Якорь на

разрыв.

— Ты его чем-то накачала? Наркотики?

— Оставь эти криминальные фантазии, — уголки губ Карины дрогнули в подобии улыбки. —

Обычное нейролингвистическое программирование. Глубокий транс и легкая корректировка

реакций.

— И что, так можно сломать абсолютно любого?

— Нет. Только того, кто внутренне готов сломаться. Всё зависит от истинной мотивации.

Если бы он действительно любил эту девочку, барьер был бы слишком силен. А так… он

просто потреблял её ресурс. Будем считать, что я спасла эту девочку от долгих и

унизительных лет страданий.

Марина судорожно выдохнула, на её ресницах блеснули слезы.

— Понятно… Господи, как жаль, что я не нашла тебя раньше. Возможно, тогда ты смогла

бы спасти и мою сестру.

Лицо Карины на секунду окаменело, став по-настоящему пугающим.

— Возможно. А возможно, и нет. Иногда смерть — это судьба, и никакое НЛП не способно

переписать финал.

Марина до хруста сжала кулаки.

— Мне мало того, что произошло. Разрыв с Ольгой — это лишь прелюдия. Я хочу

уничтожить его.

Карина подняла на неё тяжелый, сканирующий взгляд:

— И каков план?

— Мне нужно, чтобы ты заставила его влюбиться в тебя. До безумия. До потери контроля.

Карина рассмеялась.

— Ты в своем уме? Мне-то этот цирк зачем?

— Я навела справки. У тебя серьезные финансовые проблемы. Долги. Я заплачу вдвое

больше. Нет, втрое.

Карина замолчала. За окном монотонно плакал дождь, размывая огни проезжающих машин.

— Цена вопроса? — наконец прервала она тишину.

— Пятьдесят тысяч сейчас. И еще пятьдесят в тот день, когда ты размажешь его по

стенке.

— Каков алгоритм?

— Влюбить. Привязать к себе намертво. Заставить страдать. А потом бросить — жестоко,

в тот момент, когда он будет абсолютно беззащитен.

Карина медленно, словно пробуя идею на вкус, кивнула.

— Деньги вперед. И учти: я работаю исключительно по своим правилам. Никаких вопросов

в процессе, никакого микроменеджмента с твоей стороны.

Марина торопливо достала второй конверт:

— Здесь двадцать пять. Остаток аванса переведу на карту.

Карина забрала деньги и плавно поднялась из-за стола.

— Даю месяц. Он будет ручным.

Она покинула кафе, ни разу не оглянувшись. Марина смотрела ей вслед, и губы её

медленно растягивались в улыбке. Предвкушение мести пьянило лучше любого вина.

* * *

Выйдя на улицу, Карина остановилась и прислонилась к холодной стене здания, прячась

от дождя под козырьком. Что ж, придется на время сменить амплуа и стать образцовым

секретарем.

Она достала телефон, нашла нужный номер и, мгновенно сменив тембр голоса на мягкий,

профессиональный, произнесла в трубку:

— Добрый день! Я звоню по объявлению. Насколько мне известно, вам срочно требуется

секретарь…