Страница 7 из 59
Я наконец смогла рассмотреть его. Высокий, широкоплечий, в дорогом тёмном костюме, который сидел на нём как вторая кожа. Тёмные волосы небрежно зачёсаны назад, жёсткая линия челюсти, чуть прищуренные глаза. От него пахло дорогим парфюмом, табаком и чем-то ещё — опасным, мужским, от чего внутри всё сжималось.
Я поёжилась. Не от страха — от странного, незнакомого волнения.
— Я живу по принципу «смотри страху в глаза», — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Я вздёрнула подбородок. Если он ждёт, что я буду визжать и закрываться — зря. Я спокойно, словно его здесь не было, натянула платье поверх лифа. В конце концов, я всё равно собиралась его купить.
— Ты уйдёшь, даже не познакомившись? — спросил он. Голос с хрипотцой, низкий, обволакивающий. От этого голоса по спине побежали мурашки — и я разозлилась на себя за эту реакцию.
— Знаешь, — я попыталась проскользнуть мимо него, но его рука перехватила моё запястье. Легко, почти невесомо — но я почувствовала, сколько силы скрыто в этом прикосновении. — Желания нет.
Мне повезло. Из соседней примерочной выпорхнула женщина — эффектная, в дорогом платье, с идеальной укладкой. Она обратилась к нему, коснувшись локтя:
— Клим, я не отвлекаю?
Клим. Значит, Клим.
Пока она переключала его внимание, я высвободила руку и почти бегом направилась к кассе. Сердце колотилось где-то в горле.
Надеюсь, мы больше не встретимся. Ты опасен. Я это чувствую каждой клеткой.
Я расплатилась, сунула пакет с бельём в сумку и вылетела из магазина. Несколько раз оглянулась, проверяя, не идёт ли он следом.
На вокзал. Быстрее. Там автобус, который через пару часов доставит меня домой. К Тиму.
Я так ждала этой встречи. Так почему сейчас, вбегая в здание вокзала, я всё ещё чувствую на себе этот взгляд?
Клим
Чёртова баба. Сколько можно?
Я в пятый раз глянул на часы. Пятнадцать минут. Пятнадцать минут она выбирает бельё. Серьёзно?
Если через минуту не выйдет — пойду сам. Вытащу её из примерочной в чём есть. Ей не привыкать светить телом.
Я толкнул дверь в зону примерочных и зашагал по узкому коридору. Ну и где она?
Я распахнул первую попавшуюся дверь — и застыл.
Передо мной стояла девушка. Длинные светлые волосы струились по плечам, падали на грудь, едва прикрытую тонким кружевом. Она стояла перед зеркалом, чуть склонив голову, и рассматривала себя — но не так, как рассматривают обычно. Медленно. Чувственно. Провела рукой по соскам, которые уже затвердели под прозрачной тканью, и прикрыла глаза, издав тихий, томный вздох.
У меня перехватило дыхание.
Я смотрел, как её пальцы скользят по кружеву, как вздымается грудь, как приоткрываются губы — и понимал, что не могу отвести взгляд. Это юное создание, почти девочка, делало то, от чего у любого мужика крышу сорвёт. Даже монах тут бы согрешил.
Соски — твёрдые, налившиеся — так и манили прикоснуться к ним губами. Я поймал себя на этой мысли и едва не задохнулся от желания. Оно накрыло с головой, горячее, липкое, неконтролируемое.
Я переминался с ноги на ногу, как пацан перед первым поцелуем. И в этот момент наши взгляды встретились в зеркале.
Я сделал шаг вперёд.
— Эй, ты попутал. Заглянул не туда. На выход.
Её голос выдернул меня из наваждения. Но желание не прошло — оно стало только сильнее, горячее, требовательнее. Я хотел её. Прямо здесь. Прямо сейчас. В этой дурацкой кабинке, среди этих рюшечек и зеркал.
Но она уже хватала платье, прижимала к груди, пятилась к выходу.
Нет. Она не ангел. Ангелы так не смотрят. Ангелы не будят в мужиках зверя. Она — дьявол. В ангельском обличье.
Я шагнул за ней, но в этот момент передо мной нарисовалась Мари.
— Клим, я не отвлекаю?
Я дёрнулся, пытаясь освободить руку, но она вцепилась мёртвой хваткой. А когда я поднял глаза — кабинка была пуста.
Чёрт!
Я рванул к выходу из примерочных, влетел в зал — но там уже мелькали только чужие лица. Её не было.
Упустил. Из-за этой идиотки упустил.