Цена измены. Я не вернусь

Глава 23

Вадим

— Ася.. Ася! – чувствую, как голос срывается.

Голосовые связки настолько напряжены, что кажется, если произнесу чуть громче, то дам “петуха”. Чертова стерва. Из-за нее вся жизнь под откос. Черт! Черт! Ну, почему нельзя было просто поговорить?

— Ась!

Бывшая лежит в неестественной позе, там, внизу, на земле. Одна нога подвернута, руки разбросала в разные стороны. Кажется, что притворяется. Сквозь спутанные мысли в голове, приправленные алкогольными парами, все же мелькает догадка о том, что бывшая не корчит из себя пострадавшую.

Круто разворачиваюсь к двери лицом, меня тут же ведет от резких движений в сторону. Сквозь нарастающий шум в ушах от волнения слышу шкворчание. Кидаю косой взгляд на плиту. В кастрюле шкворчат пельмени. На автомате выключаю газ и направляюсь к входной двери. Сейчас я устрою бывшей “веселые каникулы”. Не уж то она еще не поняла, что подобного рода манипуляции со мной не прокатят? Я не из тех, кто ведётся на такие хитрости. Меня пошатывает. А что если с ней и правда что-то случилось? Резко торможу в проеме. Не-е-ет, нееет! Этого не может быть!

Возвращаюсь на кухню, если с ней все в порядке, она уже давно должна была унести ноги. Подхожу к окну. Твою мать! Бывшая лежит на месте все в той же позе. Черт!

Дрожащими пальцами выхватываю телефон. Набираю такси. А что если она мертва?

— Ася! – от волнения ком застревает в горле.

— Такси.. – одновременно со мной произносит мужской голос в трубке.

— Слушай, мужик. Ты далеко укатил, – в ответ тот таксист, что привез меня сюда, отвечает короткое “нет” и я чуть ли не вскрикивая от радости, прошу его вернуться и забрать меня, зачем-то начинаю оправдываться “ мол, никого не оказалось дома”.

Сам же стремительно покидаю дом. Хмель выветривается из крови за несколько секунд.

Спустя пару минут подъезжает таксист. Я только что и успел, так это выйти к калитке. Трезвый как стеклышко.

Господи!

Сиреной воет внутри “тревога”: я убил бывшую жену?! Я убил Аську! Что же теперь со мной будет!?

Набрал маме, но как только пошел гудок зачем-то сбросил.

Она тут же перезвонила в ответ.

Черт! Зачем она звонит? Что я ей скажу? Как скажу?

Сбрасываю вызов, сжимаю телефон в пальцах до хруста.

Это же она меня заставила приехать! Она нашла адрес Аськиных родителей. После всего что произошло с Алисой, после всего того, что узнал, я конечно же не мог не рассказать матери, а она.. Во всем обвинила меня. Разве так матери поступают со своими детьми?! И это несмотря на то, что именно мать позволила этому переростку Герману, защитничку бывшей, завладеть всеми “козырями”, которые имелись у меня на руках. Да, если бы не мать. Аська уже через несколько месяцев сдалась. Я бы ее уломал. Ну поползал бы немного в ногах. Поунижался. Но вернул. И все бы продолжилось, как и раньше. Со временем я точно знаю, все бы притерпелась. И моя измена и измена Аськи. Я уверен, что она спит с этим Германом. Но тут понятно, что хотела отомстить, так бы каждая сделала, хотя я от бывшей такого и не мог бы ожидать. Она всегда была такой мягкой, любящей, понятливой. Это жутко бесит. Бесит, сука!

Хруст пластика в руках отрезвил. Опускаю глаза вниз. Да, чтоб её! Стекло треснуло.

Провожу по экрану пальцем и в этот момент гаджет разрывает виброзвонок. Мама.

У меня же от неожиданности чуть сердце не выпрыгнуло наружу. Поднимаю трубку.

— Алё, – шиплю.

— Вадик, ты почему позвонил и не берешь трубку? – напористым, без лишних прелюдий, тоном интересуется родительница.

— Мам, я скоро приеду и все расскажу.

— Ты один? – сбавляет обороты.

Она-то в курсе куда я поехал и ждет теперь от меня известий. Только вот обрадовать мне ее нечем.

— Один, мам, – голос предательски срывается.

— Ты что-то натворил? – ее тон меняется, становится подозрительным.

— Потом расскажу...

* * *

— Господи! Ты идиот! Самый настоящий идиот! Что значит хотел задержать, а она прыгнула? Если бы хотел – задержал! И что? Почему точно не посмотрел жива или нет?! А? Отвечай!

Хлесткая пощечина обжигает сначала одну щеку, и следом же вторую.

— Отвечай! Отвечай!

Мама снова и снова наносит удары, я же не сопротивляюсь. Пусть бьёт. Она имеет на это право. Всегда имела. Уже через несколько секунд такой пытки, обмякнув, я падаю перед ней на колени.

— Прости, мама! Прости!

Слезы текут по горящем от ударов щекам, застилают глаза.

Мама внезапно застывает, смотрит на меня сверху вниз, опустив руки:

— Вадюша! Вадюшенька! Ну, что же я делаю!? – родительница обхватывает мою голову, прижимает к себе.

Я же сцепляю руки у нее на талии в замок, прижимаюсь. Мама пахнет так, как я помню из детства: сладкой ванилью с привкусом корицы. Только сейчас я понимаю, что так пахнет моя “свобода”, моя “защита”.

— Мам, я не хочу ее возвращать! Не хочу! Я не люблю ее. Она.. она трахалась с этим бугаём. Я не смогу ее простить.. Она мне противна.

Я не пытаюсь сдержаться. Всхлипываю. Плачу навзрыд.

— Господи! Сынок. Сыночек. Ну миленький, не хочешь не нужно. Не нужно. Все будет хорошо.. Только не плачь.

Мама гладит меня по голове. Успокаивает. А я не могу успокоиться. У меня начинается самая настоящая истерика.

— Аня! – за спиной раздается дребезжащий старческий голос. Бабуля. – Аня, что происходит? Вадя! Вадя, внучок!

Это был удар в спину. Эмоции перевалили за край чаши. В голосе бабули было столько сострадания, что сдержать жалость к себе не было просто сил.

— Мам, иди к себе в комнату. Мы разберемся, – отмахивается мама от старушки, сжимая еще крепче мою голову в своих руках.

— Ага, я и так догадалась что это все из-за Асеньки? Ну что эта негодница опять натворила?

— Мама, прекрати ты говорить чушь. Иди к себе, – и уже мне: – Вадюша, иди, сынок, в спальню. Я тебе сейчас чай заварю и принесу. Договорим.

Поднимаюсь на ноги. Рукавом вытираю лицо. Смотрю на женщин поочередно:

— Вы, вы у меня самые лучшие, – порывисто обнимаю сначала одну, потом вторую, целую в щеки. – Я так рад.. так рад.

В спальне, приведя свои чувства и эмоции в относительной порядок, залезаю в телефон. Просмотрел местные новостные ленты. Все чисто. Ни одного словечка про мертвую девушку. У меня немного отлегло, как будто с плеч тяжелый груз свалился.

Когда мама через пять минут не появилась с чаем, я сам решил выйти. Сколько можно сидеть взаперти?

Подходя к кухне, остановился. Прижался к стене. Затаил дыхание. Мама разговаривала с кем-то по телефону.