Страница 56 из 57
Они ворвались в лазарет как раз в тот момент, когда «Сокол» пробил верхнюю границу облаков. И в ту же секунду завыли датчики на панели жизнеобеспечения. Нейтана на столе выгнуло дугой. Ложемент затрещал под его весом. Фиксаторы для ног натянулись до предела, металл врезался в его щиколотки. Из обрубка левой руки, едва заваренного лазером, сквозь обожженную корку брызнула темная, почти черная кровь.
Но самым страшным был звук. Нейтан не кричал — из его стиснутых зубов вырывался глухой, клокочущий свист, похожий на шипение пробитой гидравлической трубы. Его правая рука, покрытая вздувшимися венами, судорожно скребла по металлу стола.
— Началось, — констатировала Линда и в несколько шагов оказалась у изголовья. — Проходим линию Кармана. Действуем.
Она уже вскрывала первый пакет, подключая его к системе магистральных катетеров. Её руки двигались с автоматизмом конвейера.
— Тварь внутри его черепа сейчас бьется в конвульсиях. Сейчас её биоэлектрическое поле начнет выжигать ему кору головного мозга. Включаю откачку.
Аппарат искусственного кровообращения тяжело заухал. В прозрачные гибкие трубки, ведущие от правой руки Нейтана, хлынула грязная, серо-бурая жидкость. Она выглядела густой и неестественной, в ней плавали волокнистые зеленые сгустки — остатки погибшей грибницы. Одновременно с этим из второго катетера в подключичную артерию начал поступать ледяной серовато-голубой плазмозаменитель.
Нейтан внезапно распахнул глаза. Джейн отшатнулась. Белки его глаз полностью залила черная венозная кровь, а зрачки едва заметно светились зелёным. Он посмотрел прямо на Джейн. Это был взгляд загнанного в угол, умирающего зверя. Он дернулся с такой силой, что один из фиксаторов едва не вырвало из паза.
— Держи его! — Линда очевидно испугалась, наваливаясь всем телом на его здоровую руку. — Он не мог прийти в себя! Это невозможно!
Джейн навалилась на ноги Нейтана, всем весом. Мышцы солдата были твердыми как литая броня, его колотило в бешеной, неестественной судороге. Каждое движение отзывалось тупой вспышкой боли в разбитой спине Джейн.
— Я долго не смогу! — взмолилась капитан.
— И не придётся.
Корабль полностью оторвался от притяжения. Скорость стабилизировалась, и за тонкими титановыми переборками лазарета воцарился вечный холод открытого космоса. В ту же секунду Нейтан обмяк. Изнуренное, серое лицо расслабилось, и он тяжело, со свистом выдохнул, проваливаясь в глубокую медицинскую кому. Насос прогнал последние капли грязного экссудата, и в трубках остался только чистый, прозрачный плазмозаменитель.
— Очистка завершена, — Линда щелкнула тумблером, отключая магистрали, и принялась накладывать чистую повязку на культю. — Автономный контур запущен. Кровь отфильтрована. Если мозг не выгорел во время шторма — будет жить. Мне нужно теперь заняться ногой этой нахалки.
Она кивнула в сторону пристёгнутой к кровати Грейс.
— Здесь я справлюсь сама.
Джейн медленно отошла от Нейтана. Пальцы свело судорогой. Осмотрев лазарет, залитый гноем и каплями темной крови, она молча повернулась и вышла. Ей нужно было вдохнуть другой воздух.
Она шла по узкому коридору, слегка покачиваясь — магниты на ботинках мягко удерживали ее на палубе в условиях невесомости. Каждое движение отдавалось ноющей болью в ушибленных лопатках и разбитом колене, но сейчас это не имело значения. Они вырвались. Они ушли от планеты.
Джейн бесшумно ступила в полутемную рубку управления. Приборы светились ровным, мирным зеленым светом. «Сокол» уверенно шел по заданной орбите. Патрик сидел в пилотском кресле, откинувшись на подголовник. Его плечи были опущены, а штурвал переведен в автоматический режим. В рубке было тихо, лишь едва слышно шуршали кулеры охлаждения бортового компьютера.
Джейн хотела было окликнуть его, но осеклась.
Патрик держал в руке кулон. Он был раскрыт. В слабом свете навигационной панели Джейн разглядела две крошечные, бережно вставленные под защитное стекло фотографии.
На левой створке была изображена молодая пара в свадебных костюмах — они счастливо улыбались, глядя куда-то мимо объектива. Давность снимка выдавали костюмы молодожёнов. А на правой стороне стоял сам Патрик. Он обнимал тоненькую светловолосую девушку. Девушка смеялась, обнимая Патрика, а в другой высоко и гордо держала белый пластиковый прямоугольник с четкими двумя полосками.
Джейн тихо отступила на шаг назад, в тень дверного проема.