Страница 53 из 74
— И ты знала, что она отказалась.
— Я знала, что она собиралась подписать его, но что-то пошло не так. Я не знала точно.
— Ты знала точно. Ты знала, что она вышла из игры.
Она молчит, и в этом молчании я слышу ответ.
— Я хотела, чтобы ты был осторожен, — говорит она. — Я думала, что если ты узнаешь о ее планах с Корсаковым, то…
— То я останусь здесь, с тобой. И со сделкой, — заканчиваю я.
Она молчит.
— Ты использовала меня, Елена. Ты использовала мои чувства, моего сына, мою боль. Ты сделала это, чтобы я остался в той жизни, где ты можешь меня контролировать.
— Я хотела защитить тебя, — говорит она.
— Ты хотела защитить себя.
Я сбрасываю вызов. Сажусь за стол, открываю папку с документами по Корсакову и проверяю каждую деталь. К полуночи у меня есть все, что нужно для внутренней проверки. Дальше Корсаковом займутся люди, для которых его фамилия не значит ровным счетом ничего.
Взгляд падает на воробья. Я достал его из кармана, когда вернулся от Нади, и поставил на край стола рядом с папкой по Корсакову. Серый, круглый, с кривоватым клювом, он совершенно не подходит этому кабинету.
Я беру игрушку в руку. Мягкая ткань проминается под пальцами.
Корсакова можно убрать из сделки. Елену из моей жизни. Документы можно заменить, доступы закрыть, виновных передать юристам.
С Надей ничего из этого не сработает.
Я пришел к ней с приговором, а не с вопросом. С распечаткой, а не с доверием. И теперь впервые за много лет у меня нет ни одного решения, которое можно оформить приказом.
Воробей смотрит на меня круглыми глазами.
— Ну и что теперь? — спрашиваю я.
Он, разумеется, молчит.
И впервые это кажется справедливым.