Страница 28 из 40
— Что ты предлагаешь?
— Восстановить маршрут и найти ее раньше. Я не полезу одна и не стану скрывать информацию, но в Москву не поеду.
— Я против. И считаю это чертовски опасным.
— Знаю.
Он тяжело выдохнул.
— Но удерживать не стану.
Он сразу набрал Белова.
— Конвой для Веры отменяется. Никаких сопровождающих без ее согласия. Сохрани записи с камер, договор агентства и видео из машины — они понадобятся раньше, чем мы думали.
Глеб отключился и посмотрел на меня, не пытаясь сгладить сказанное прикосновением.
— Прости. Я нарушил договор при первой серьезной проверке.
— Ты хотя бы остановился до того, как меня посадили в машину.
— Слабое достижение.
— Но настоящее. Следующий раз начинай с вопроса, а не с отмены уже отданного распоряжения.
Он кивнул, принимая условие без торга. Напряжение не исчезло, однако что-то важное выдержало удар: Глеб снова ошибся, признал это действием и остановился раньше, чем страх окончательно превратился в приказ.
В коридоре послышались шаги, и администратор вошла с планшетом; ее обычно спокойное лицо заметно побледнело.
— Это показывают во всех новостных каналах.
На экране стоял Лев Крестов перед свадебной усадьбой. Вокруг теснились журналисты.
— Моя дочь похищена организованной группой, — говорил он. — Вера Лаврова, владелица агентства «Красиво ушла», вошла к ней в доверие, вывезла с охраняемой территории и завладела носителем с доступом к похищенным корпоративным активам.
Появилась моя фотография с сайта агентства, затем запись, где я вела Алину к машине.
Лев говорил об опасной преступнице и дочери под психологическим воздействием. Я смотрела на собственное лицо рядом со словом «похищение» и понимала: Алина оставила мне не только благодарственную записку.
Она оставила меня главной подозреваемой.