Страница 76 из 77
Она вытащила вещи из шкафа, проверила полки. Омлет, яростно размахивая хвостом, со своего места на диване наблюдал, как она носится по комнате.
И речи не было о том, чтобы оставить его здесь, – она сразу сказала Каю, что не улетит без кота, и мужчина лишь невозмутимо кивнул. В любом случае Омлет был привит и чипирован, потому что Соня предполагала, что рано или поздно ему предстоит с ней улетать, когда еще водила котенка в ветеринарную клинику.
Соня плохо понимала, что ее ждет. Билет она не покупала, данных ее паспорта у Кая не было. По крайней мере она надеялась, что не было. А казалось, это все давно рассчитано, и от этого Соня чувствовала себя еще более жалкой. Госпожа Суван заранее знала исход, Соня своим дурацким упрямством просто оттянула экзекуцию.
В ящике прикроватной тумбочки она обнаружила коробочку с браслетом, купленным Кирану перед Рождеством. Соня совершенно забыла о подарке, и сейчас воспоминание отозвалось в ней глухой тянущей болью.
Вытащив чемодан в холл, достала переноску. Омлет не сопротивлялся, когда она сунула его внутрь, только непонимающе мяукнул. Соня вышла, захлопнула за собой дверь. Пальцы дрожали, сердце колотилось так быстро, что слегка подташнивало.
Кай, ожидающий в холле, взял чемодан и забрал переноску из ее рук.
– Дайте мне минутку, – хрипло попросила она, и мужчина кивнул.
Соня зашла за стойку регистрации, взяла квадратный листочек из стопки листов для заметок и начеркала ручкой пару слов. Поставила поверх него коробочку и в последний раз оглядела место, за которым работал Киран.
Она не сомневалась, что Киран скоро приедет, поэтому им нужно было торопиться. Соня боялась, что если увидит его вновь, то может в ту же секунду передумать.
Однако дверь вдруг открылась, и в холл влетела Джания. Она застыла, взгляд ее метнулся сначала к Каю с чемоданом и переноской, затем к Соне. И без того огромные глаза расширились еще сильнее, нижняя губа задрожала.
И Соня осознала в этот момент, как в эти два дня ей не хватало подруги. Она ведь сама от нее ушла, но теперь причина казалась глупой. Соня истосковалась по Джании, которая даже самую серьезную проблему могла облегчить одной солнечной улыбкой.
И сейчас она вынуждена расстаться и с ней.
Соня подошла и крепко обняла Джанию, та не медлила ни секунды – тонкие руки обхватили Сонину спину, и она прижалась всем телом, будто желая поделиться силами.
– Я улетаю, – прошептала Соня ей в волосы. – Прости меня.
Не разрывая объятий, Джания замотала головой.
– Это ты меня прости, – всхлипнула она. – Может, если бы не я, тебе бы не пришлось…
– Не болтай ерунды. – Соня отстранилась, держа девушку за худенькие плечи, заглянула в растерянные глаза. Ей было тяжело говорить, потому что слезы подступали к горлу. – Ты ни при чем, и я на тебя не злюсь. Я… ты моя лучшая подруга, Джания.
Джания заломила брови, губы у нее скривились, а кончик носа покраснел, когда она начала плакать. Соня вытирала слезы с ее щек, но они не кончались.
– Не плачь, – взмолилась Соня, и голос ее дрогнул, – иначе я тоже заплачу.
– Не уезжай, – попросила Джания, но в этих словах не было никакого смысла.
Просто звуки сорвались с губ и упали между ними, как бусинки с порванного браслета.
– Я тебе напишу, – пообещала Соня. – Но сейчас мне нужно идти.
Джания крепко сжала ее руку на прощание; обернулась, сквозь стеклянные двери наблюдая, как Соня сбегает по ступеням. Видела, как она садится в машину, как мужчина, сопровождающий ее, ставит переноску с котом на заднее сиденье, кладет чемодан в багажник, обходит автомобиль и скрывается в салоне. Как машина трогается с места и выезжает на дорогу.
Но глаза ее ошарашенно распахнулись, когда она увидела знакомый мотоцикл, рванувший вслед за «мерседесом».
Джания прижала ладонь к груди, в которой начало ныть сердце. Кирану не хватило какой-то жалкой минуты, и она опять… не смогла ничем помочь.
Но Соня, сидящая в салоне автомобиля, не смотрела в окна, а потому не видела мчащийся рядом мотоцикл. Не обратила внимания на то, как Кай ускорился, начиная гонку. Пустым взглядом она смотрела на кожаную спинку сиденья спереди. У нее не было сил в последний раз взглянуть на Трат, хотя она знала, что никогда больше сюда не вернется.
Ей хотелось покинуть свое тело и вернуться в него после того, как оно самостоятельно доберется до Швеции. Может быть, еще через пару месяцев, чтобы все стало казаться просто сном, чтобы ей не пришлось переживать в реальности.
Черт возьми, почему же так больно? Будто грудную клетку наполнили раскаленными углями, и невозможно найти положение, в котором боль хоть немного отпускает.
Она не заметила, как пролетела дорога до аэропорта. Когда машина затормозила, Соня подняла глаза. Кай уже вышел из салона и открыл багажник, пока она выбиралась наружу с переноской, и молча указал в сторону входа.
Только у самых дверей Соня услышала рев мотоцикла. Обернувшись, наткнулась на мужчину, стоящего за ней с крепко стиснутыми зубами.
– Продолжайте путь, мисс Бергман, – попросил он, но тон, которым озвучили просьбу, дал понять: он поможет продолжить путь, если она не сделает этого самостоятельно.
Она успела сделать ровно шаг, когда до нее донесся громкий оклик Кирана:
– Соня!
Сердце забилось; она не выдержала и обернулась вновь, чуть отклонившись влево, чтобы увидеть происходящее за спиной Кая.
Киран успел преодолеть половину пути до нее, как был скручен телохранителями его матери. Соня не обратила внимания на то, что Кай припарковал машину между двумя такими же тонированными «мерседесами», из которых мужчины и вышли. Киран, слишком сосредоточенный на ней, этого тоже не заметил и допустил роковую ошибку.
Ошибок не допускала только госпожа Суван, потому что у нее не было чувств, которые затуманивали разум.
– Отпустите меня! – взвыл он.
Его прекрасное лицо исказилось от боли и ярости, он кричал, рвался к ней, и пусть понадобилось трое крепких мужчин, чтобы удержать его на месте, он все равно не мог тягаться с телохранителями.
Соня почти непроизвольно шагнула к нему, но на плечо ее опустилась тяжелая рука.
– Не тронь ее! – дернувшись, тут же заорал Киран.
– Продолжайте путь, мисс Бергман, – повторил Кай, чуть сжимая пальцы в немом предупреждении. – Я не хотел бы, но мне придется применить силу, если вы будете сопротивляться.