Страница 209 из 485
Витю восхищало всё, что делал его папа, который без сожаления разбирал новые игрушечные машинки до винтиков и колёсиков, чтобы потом часами мастерить из деталей раскуроченных машинок одну. Лишние запасные части от игрушечных автобусов, грузовиков и легковушек собирались в одно ведёрко, и годовалый мальчик мог часами перебирать эти запчасти. Других игрушек он не признавал, за исключением магнитофона и проигрывателя. Журнал «За рулём» замещал ему книжки про медведей и зайчиков – его Витя разглядывал с неподдельным интересом, усевшись папе на колени.
Как-то раз, в тёплый весенний день, когда после обеда начало припекать солнце, мальчик спокойно играл, сидя на полу у приоткрытой двери балкона. Рядом с ним стояло ведёрко с игрушечными запчастями, а Вера сидела на диване в метре с небольшим от балкона и зашивала дырки в детской одежде.
Внезапно под порывом ветра резко захлопнулась балконная дверь, дверное стекло вырвалось из рамы, и его осколок острым концом полетел вниз, прицелившись врезаться в макушку ребёнка.
Всё произошло в мгновение ока. Сначала Вера оцепенела от предстоящей трагедии, она даже сдвинуться с места не могла, чтобы спасти сына, но в этот же момент неведомая сила выбросила её тело по направлению к балкону, и она, не разгибая колен, с вытянутыми вперёд руками приняла падающее стекло на себя. Осколок стекла глубоко врезался в грудь, а женщина уже вновь сидела на диване и вместо штопки обнимала разбитое стекло, любуясь, как Витюша по-прежнему играл в машинки под балконной дверью без стекла. Боли Вера не чувствовала, только её сердце переполнялось благодарностью к Богу, который защитил ребёнка руками его матери. Шрам от резаной раны на её левой груди будет всегда напоминать о том, что она и её любимые дети вошли под покров Божьей любви.
Наступила пора отдавать сына в ясли. Поселковые ясли Вите не понравились, там не было его любимых сестричек и его ведёрка с поломанными машинками. В яслях его силой усаживали на горшок и заставляли сначала есть кашу, а потом одному спать в чужой кроватке, поэтому пребывание в садике с первой минуты было ожиданием, когда его заберут домой.
Его младшая сестричка Таня шла в садик с удовольствием, но на занятиях наотрез отказывалась рисовать солнышко, потому что она не могла так красиво рисовать солнышко, как это делала её старшая сестра.
Зато у Кати всё было хорошо. Катюша могла за себя постоять и имела много друзей, а домой шла неохотно, потому что мама её терпеливо приучала к домашнему труду.
Со старшей дочерью у Веры получалось быть строгой, а с Танюшей нет, потому что младшая дочь вместо мытья посуды сама обучала маму основам детской философии. Девочка видела мир не так, как другие дети, и Вера внимательно вслушивалась в невнятную речь дочери, пока ей в садике не сообщили, что её дочь картавит и шепелявит.
Занятия по исправлению речи дочери были поставлены в разряд самых важных. Эти занятия проходили по вечерам, перед тем, как Вера начинала сочинять детям сказку про Танечку, в которой та из-за своего любопытства попадала в лапы злой Бабы-яги, и к ней на помощь первым спешил на машине Витя, но машину ему постоянно приходилось ремонтировать, и обоих малышей неизменно выручала Катюша, которая прилетала к месту происшествия на вертолёте, вооружённая до зубов пистолетами и автоматами.
Всё в семье Лебедевых было, как у людей.
Вскоре Вера вышла на работу. К приходу мамы домой Катюша готовилась тщательно: прибиралась в доме, делала домашнее задание, приводила детей из садика, а потом спешила на занятия в музыкальную школу, и два раза в неделю она занималась танцами в поселковом клубе.
В семье царило благополучие и мир, хотя вся страна готовилась к грядущей нищете. Магазины в посёлке Шантюбе пустели и закрывались один за другим. Единственное, что радовало Веру в те предкризисные дни, что у них в семье не было денежных сбережений, потеря которых могла бы свести с ума кого угодно.
В доме появилось кабельное телевидение, и по телевизору можно было с утра до ночи смотреть красочные мультики, жестокие боевики, кровавые драки и даже порнофильмы, после просмотра которых желание спать с мужем у Веры надолго пропадало.
Дни шли своим чередом, благополучие семьи было стабильным, дети росли послушными и здоровыми, а их родители сохраняли семейный покой, привычно общаясь между собой, как муж, утомлённый жизнью в многодетной семье, с его покладистой женой.