Страница 25 из 58
Глава 18
Я смотрела на мужчину, с которым столкнулась несколько недель назад здесь же, возле кабинета главного врача, и который очень громко кричал.
Нехорошее предчувствие поселилось внутри, словно что-то надвигалось неотвратимое.
— Добрый день, Алина, — сказал Марк, протянув мне ладонь для рукопожатия, но когда я ответила, мою руку сжали двумя мягкими ладонями. Пальцы прошлись по моей коже, касаясь и оставляя за собой тёплый след прикосновения. — Рад встрече. И благодарен, что согласились поговорить.
— Я приехала за договором, мне ничего не говорили про то, что… — медленно произнесла я, прижимая к себе кряхтящего Артема. А Марк в это время бросил потемневший взгляд на главврача.
— Алина, присядьте… — попросила нервно она и прошла вдоль стола. Я вообще не собиралась ни присаживаться, ни оставаться. Нехорошее чувство. Детектор опасности внутри словно сошёл с ума и кричал мне, чтобы быстро звонила юристу.
— Алина… прошу вас, уделите мне время, — мягко попросил Марк и отодвинул стул. Было видно, что его всего корежило от просьб, потому что по прошлому его разговору в этом кабинете я поняла, что просить он явно не умел.
— Что происходит? — спросила я. — Почему вы не позвонили моему супругу?
— Вот видите, Марк Андреевич, здесь семейная пара, не могло произойти такого… — тут же заметила главврач, упираясь ладонями в стол.
— Меня мало волнует, могло или не могло, но вы где-то потеряли мой биоматериал, — отозвался Марк, все ещё стоя возле стула.
О нет. Нет, нет, нет…
Нет.
Такого быть просто не могло.
Даже пусть не посмеют заикнуться по поводу моего эко.
— Так, простите. Мне надо позвонить своему юристу… — сказала я, отступая спиной вперёд к двери.
— Алина, просто присядьте, — потерял терпение Марк, и я ещё сильнее запереживала.
— Сейчас юрист и муж приедут, и присяду, не переживайте… — сказала я, вытаскивая мобильный из сумочки. Марк резко шагнул и вырвал из моих пальцев телефон. Положил его на стол и поднял ладони вверх.
— Алина, мы просто поговорим, — сказал он с нажимом.
— Нет. Нам не о чем разговаривать, — не согласилась я. Мне уже было плевать на договор, на телефон. Я чуть было не начала ломиться в дверь, но Артём вдруг закряхтел и начал плакать. Мое внимание было полностью переключено.
— Алина. Это не займёт много времени… — сквозь плач сына пробрался голос Марка, и я нервно выдохнула, качая ребёнка.
— Говорите…
— Может, мы все же… — Марк указал рукой на стул, но я резко дёрнула подбородком, отрицая саму возможность занять эту невыигрышную позицию.
— В нашей клинике случилась ошибка, — все же начала главврач. — По документам биоматериал господина Ильвеса был использован. То есть его просто не оказалось в нашем банке. Сейчас мы проверяем всех пациентов с искусственным оплодотворением и пытаемся выяснить, была ли допущена грубейшая ошибка, или просто на лицо халатность.
— Что? О чем вы говорите? — уточнила я. А Марк, не выдержав, выпалил:
— Они пытаются выяснить, была ли использована моя сперма для оплодотворения кого-либо из клиентов, либо они просто ее продолбали! — по его лицу прошлась волна недовольства. Красивые полные губы сжались, а на скулах заиграли желваки. Он бросил короткий взгляд на главврача.
— А от меня вы чего хотите? — спросила я, с ужасом представляя, что вместо мужа мне в оппоненты мог попасться вот этот мужчина. Нет. Гоша, конечно, у меня изменник, но с ним я хотя бы понимала, как решить ситуацию. Здесь же…
Сердце сжалось от одной лишь только мысли, что у меня могли отобрать Артёмку. А такие как Марк точно отбирали, и не только детей.
— Мы предлагаем сделать ДНК-тест на установление отцовства… — медленно произнесла главврач, и я прикрыла глаза. У меня и с материнством-то одни непонятки, а так выходило, что по факту, если все это не ошибка, Артём не мой сын и не Георгия. И это было плохо. Очень-очень плохо.
Паника и слёзы постарались пробиться через мою маску хладнокровия, но я задавила их глубоко в душе. Нет. Нельзя показывать слабости.
— Конечно клиника возьмёт все расходы на себя, — тут же добавила главврач. — И если результат будет положительный, мы компенсируем все затраты, которые понесла роженица.
— В каком плане? — до меня очень туго все доходило через шум и гул в ушах от страха.
— Все затраты, которые понесла роженица с процедурой эко или искусственного оплодотворения, — уточнила главврач, и я посмотрела в ее затянувшиеся нервным ожиданием глаза. Я поняла, что она сейчас все что угодно могла мне сказать, только где потом искать правду, оставалось загадкой.
— А в другом случае? — зачем-то уточнила я, даже не колеблясь с ответом на вопрос про ДНК-тест. — Что, если ошибка подтвердится?
Главврач отвела глаза в сторону, кашлянула в кулак, а Марк мягко начал объяснять:
— Мы будем решать этот вопрос либо через суд, либо договариваться. Ильвесы не бросают своих детей, Алина. Этот вопрос для меня очень острый, поэтому на простое любопытство не стоит рассчитывать.
Вот вроде бы и мягко сказал, только подтекстом я услышала иное: «Я заберу своего сына и мне плевать, что там малохольная мамаша думает».
По спине скатилась капля пота. Все тело как струна напряглось. Зрение обострилось. Нюх… Эти медицинские запахи, смешанные с дорогим парфюмом с ароматом мшистых камней, угля и нот морской свежести, сводили с ума, и голова медленно, но верно стала тяжелеть. Я проглотила тугой ком слюней и выдохнула:
— Я не буду делать никаких тестов. Захотите меня ещё раз об этом спросить, советую при себе иметь решение суда.