Грехи улиц: Власть

— Ашер? — переспросил Итан. — Тот придурок, которому принадлежит «Амбар»?

— Он самый. Фест уверен, что никто не знает, насколько сильно от него зависит. Но Ашер оказался куда разговорчивее, чем я думал.

— Так и в чём план? Уберём Ашера? — Крис закатил глаза. — Это Дорчестер, чувак. На его место уже завтра встанет кто-нибудь другой. Фестер легко найдёт ему замену.

Кайден хитро улыбнулся.

Чёрт возьми, я уже знал этот взгляд. У него был план.

— Поэтому убирать его мы не будем, — спокойно ответил Кайден. — Ашер для Феста не очередной человек на побегушках. Он его правая рука. Тот, кому Фест доверяет деньги, связи и всю грязную работу, которой сам предпочитает не касаться. Ашер договаривается с нужными людьми, сводит одних с другими, следит, чтобы деньги доходили куда надо. Если кому-то нужно заплатить — этим занимается Ашер. Если кого-то нужно припугнуть или заставить замолчать — людей находит тоже он. Большая часть того, на чём держится власть Феста, так или иначе завязана на нём.

Итан нахмурился.

— То есть ты хочешь добраться до Феста через Ашера?

— Я хочу развалить всю цепочку, — поправил Кайден. — Фест силён не сам по себе. Его сила в людях, которые на него работают, в деньгах, которыми он их покупает, и в связях, которые годами не дают никому к нему подобраться. А Ашер стоит посередине всего этого. Через него можно выйти на остальных.

— И просто сдать его копам? — спросил Крис.

— Не просто сдать. Дать им то, за что они смогут зацепиться. Они и без нас знают, что вокруг Феста творится дерьмо. Просто знать — недостаточно. До него самого хрен доберёшься: он слишком хорошо устроился и почти нигде не светится. А вот если Ашер сам окажется в центре достаточно серьёзной истории, копы вцепятся в него. И тогда начнут тянуть за всё, что к нему привязано.

Кайден на секунду замолчал.

— Деньги. Оружие. Людей. Сделки. Одни привозят товар, другие забирают деньги, третьи появляются, когда кому-то нужно заткнуть рот… Одно потянет за собой другое. Кто-то испугается и заговорит, кто-то попытается спасти собственную задницу, кто-то просто исчезнет. Нам даже не придётся рушить всё самим. Нужно только выбить первое звено и дать остальным посыпаться следом.

— А Фест? — спросил я.

— А Фест останется смотреть, как всё, что он строил годами, разваливается у него на глазах.

— И каким образом ты себе представляешь всё это разрушить? — Итан нахмурился.

— Я зайду к Ашеру как инвестор. Скажу, что хочу вложиться в клуб и организовывать закрытые вечеринки для определённой публики. Предложу деньги, новые связи и людей с достаточно толстыми кошельками, чтобы он заинтересовался.

— И он вот так просто тебя впустит? — протянул я.

— Не сразу.

— Ашер тот ещё ублюдок, но не настолько тупой, Кайден.

— Сначала я дам ему то, чего он хочет. Деньги. Возможности. Новых клиентов. Пусть решит, что это он использует меня, а не наоборот.

Кайден откинулся на спинку кресла.

— А дальше? — спросил я.

— А дальше жадность сделает всё за нас.

Крис хмыкнул:

— Допустим, сработает. И что мы получим?

— Всё. Кто работает на Феста. Где лежат его деньги. Кто снабжает его оружием. Кому он платит. Кто платит ему. И кого он вызывает, когда человек внезапно становится проблемой.

— А если он не поведётся? — спросил Итан.

— Поведётся. Мы дадим ему именно то, чего он хочет: деньги, новых клиентов и ощущение полной безопасности. А когда он окончательно поверит, что держит нас за яйца, то сам покажет всё, что обычно прячет от посторонних.

— Камеры? — уточнил Крис.

— Камеры! Сделки, оружие, деньги, нужные лица — всё окажется на записи. После этого останется только сделать анонимный звонок копам и передать им достаточно, чтобы они сами начали копать. Ашер собственными руками залезет в петлю, а мы просто не дадим ему из неё выбраться.

Крис медленно ухмыльнулся.

— Охеренно.

— А если он раскусит тебя? — спросил он через секунду. — Поймёт, что это развод?

— Не раскусит. Ашер может считать себя умным сколько угодно, но у него есть одна проблема.

— Какая?

— Жадность.

* * *

Мы подъехали к клубу примерно через сорок минут после начала вечеринки.

Кайден первым снял шлем и оставил его на сиденье, затем стянул чёрную толстовку, оставшись в безупречно выглаженной рубашке. Быстро провёл пальцами по волосам, поправил воротник — и за несколько секунд из обычного парня превратился в человека, который вполне мог прийти в клуб с предложением на несколько сотен тысяч и даже не моргнуть.

Итан тем временем снял кожаную куртку и принялся неспешно закатывать рукава рубашки. Его лицо оставалось спокойным и сосредоточенным, будто впереди нас ждал самый обычный вечер, а не встреча, где одно неосторожное слово могло испортить весь план.

Кайден и Итан должны были войти в клуб как бизнесмены — якобы заинтересованные в закрытых вечеринках и «эксклюзивном товаре» Ашера. Хищники, решившие сыграть в покер с другим хищником.

Мы готовились к этому четыре грёбаных дня.

Вчера поздно ночью Итан пробрался в клуб и спрятал несколько камер. Крис со своими навыками разобрался с системой безопасности. Мы изучили чёрный ход, тайминги, примерный список гостей и возможные пути отхода.

Фест должен был заплатить. За то шоу возле бара. За Криса. За то, что едва не отправил нашего друга на тот свет.

— По местам. Мы с Итаном заходим первыми. Вы — с общей толпой через пятнадцать минут. Всё как репетировали, — дал команду Кайден.

И пусть чёрт заберёт Ашера и Феста — сегодня они узнают, что значит играть против тех, кому нечего терять.

* * *

Через пятнадцать минут мы с Крисом вошли в клуб.

Свет мигал, будто в припадке. Синие вспышки сменялись багровыми, прожекторы били в потолок, скользили по стенам, выхватывая из темноты лица, тела и тени.

Толпа извивалась на танцполе единым организмом — мокрым от пота, пьяным от алкоголя, ритма и чего-то покрепче.

Это был не обычный клуб. Это была территория, где правила не нарушали — их здесь будто никогда и не существовало.

В одном углу танцы давно переросли во что-то большее. В другом кто-то вполголоса договаривался о сделке, незаметно передавая из рук в руки тугой конверт. Алкоголь здесь не пили — им обливались. Казалось, в этом месте почти у каждого были свои грязные секреты, и никто даже не пытался делать вид, что пришёл сюда просто повеселиться.

Мы с Крисом переглянулись и двинулись к бару.