Страница 38 из 55
Глава 14
Утром седьмого дня, поднявшись на вершину очередного обветренного и поросшего редким кустарником холма, они, наконец, увидели раскинувшийся впереди город, и, обуреваемые самыми противоречивыми чувствами, остановившись, долго разглядывали незнакомые силуэты высоких зданий.
- Вряд ли это тот город… - хмуро сказала Майка.
- Да, - тихо ответила Лаки. – Это не он.
Зря я все это затеяла, внезапно подумала она – впервые за все время их путешествия.
Даже издали было видно, что этот огромный город так же пуст и заброшен, как и тот, рядом с которым находился их с Майкой дом. А еще – как и все те города, в которых Лаки когда-то довелось побывать во время своего долгого путешествия. Но сейчас Лаки, остекленевшим взглядом рассматривая с вершины холма громадные обветшалые здания, видневшиеся далеко впереди, даже не думала об этом. Гораздо сильнее ее беспокоило то, что в рюкзаке оставалось всего четыре бутылки с водой. И еще немного воды было в пятой бутылке. С мясом дело обстояло лучше, но вода была гораздо важнее. Отправляясь в этот поход, они взяли с собой восемь полных больших бутылок, рассчитывая восполнять запасы питьевой воды по дороге, но за все эти дни на пути им не встретилось ни одного ручья, не говоря уже об озере или реке. И, оглядев безжизненные, выжженные солнцем и обветренные суховеем окрестности, Лаки с тоской подумала о том, что и здесь на пополнение запасов питья можно не рассчитывать.
И в эту минуту ей впервые за все время путешествия стало страшно. Не за себя – за Майку. И еще Лаки вдруг очень ясно осознала одно необычайно важное обстоятельство – они дошли до крайней точки возврата. С той водой, которая у них осталась, они еще могут вернуться домой. Если продолжить путь и идти на запад еще хотя бы два дня, то возможности вернуться уже не будет.
Когда-то давно Лаки уже попадала в такие же ситуации. В своем странствии она порою подолгу не могла найти воду, и несколько раз перед ней вставал выбор – продолжить путь наудачу, либо вернуться к последнему источнику воды и затем пойти другим путем. Лаки никогда не рисковала. Она возвращалась, выбирала другие направления, делала огромные крюки, тратила на такие маршруты уйму времени, но благодаря этому в ее пластиковых бутылках в рюкзаке всегда была вода. И даже если Лаки и захотела бы сейчас рискнуть, то она имела право рисковать лишь собственной жизнью, но не жизнью человека, которого она уговорила пойти с ней, и за которого была в ответе. И Лаки решилась.
- Майя… - начала она, повернувшись к Майке и готовясь сказать ей, что им пора возвращаться.
- Идем, - сказала Майка и зашагала в сторону города.
И Лаки пошла за ней.
Не раз вспоминая потом эту минуту, она и сама не понимала, почему не остановила Майку. Может быть, ее собственная гордость не позволила ей так легко признать поражение. А может быть, Лаки, отогнав все тяжелые мысли, просто впервые в жизни доверилась не собственному разуму, который всегда помогал ей видеть мир простым и понятным, а таинственной и непредсказуемой судьбе.
Они спустились по пологому склону холма и направились к городу.
Солнце стояло уже в зените, когда Лаки и Майка ступили на показавшийся им таким знакомым выщербленный бетон улиц – точно такой же, как и в городе у озера. И все вокруг здесь было похожим на то, к чему привыкли их глаза: растрескавшиеся и поросшие травой дороги, здания испещренные черными квадратами выбитых окон, многолетняя пустота, тишина, неподвижность… Безлюдье…
Почти в полном молчании они неспешно прошли несколько улиц, рассеянно озираясь по сторонам и тщетно стараясь отыскать хоть какую-нибудь частичку жизни в этом застывшем во времени месте.
- Сделаем привал? – предложила, наконец, Лаки, неуверенно поглядев на Майку. – Уже больше полудня.
- Давай, - согласилась Майка.
Они дошли до ближайшего здания и расположились в его тени. Лаки достала из мешка провизию, и они съели небольшой кусок вяленого мяса, разделив его поровну, и выпили немного воды. После этого Лаки, прислонившись спиной к прохладной кирпичной стене и глядя в землю, глубоко задумалась. Из этого состояния ее через несколько минут вывел Майкин голос.
- Что?.. – Лаки тряхнула волосами, отгоняя захватившие ее разум мысли.
- Ты как? – спросила Майка, внимательно посмотрев на нее.
Лаки не выдержала ее взгляда.
- Да так как-то… - виновато пряча глаза, пробормотала она.
- Не вешай носа! – твердо сказала Майка. – Мы всегда успеем вернуться. Мы отошли всего на шесть дней. И можем отойти и на семь. Или даже на восемь. На это время запаса воды нам точно хватит. У нас было восемь бутылок, и мы выпили только половину из них. Если будем расходовать бережно, то четырех бутылок хватит дней на девять или даже на десять.
- Спасибо, Майя, - смущенно проговорила Лаки и добавила с улыбкой: – Ты прямо командир.
- Командир у нас ты, - улыбнулась Майка. – А я – помощник командира.
- Ну, раз я командир, то давай осмотримся здесь еще немного, - сказала Лаки и встала, подхватив рюкзак.
Они прошли всего несколько шагов, и тут вдруг Лаки почувствовала легкий неприятный запах, еще более неприятный оттого, что она знала, из-за чего он обычно появляется.
- Май, ты чувствуешь? – тихо спросила Лаки, оглядываясь вокруг.
- Да, - так же тихо ответила Майка. – Это где-то здесь, рядом.
Они прошли еще немного и обнаружили, что запах резко усиливается рядом с небольшой одноэтажной пристройкой позади здания, возле которого они только что отдыхали.
- Это там, - проговорила Лаки, указав на темный входной проем.
- Да, - кивнув, прошептала Майка. – Может быть, какой-нибудь зверь?..
- Может быть, и зверь… Посмотрим?
- Давай…
Стараясь дышать как можно реже, они осторожно приблизились к входу и заглянули внутрь. Окон в пристройке не было, и внутри царил сумрак. Запах тлена здесь ощущался особенно сильно. Прищурившись, Лаки окинула темное помещение взглядом и сразу же нашла то, что искала. В дальнем углу на полу лежал труп человека в темных лохмотьях. Лаки вздрогнула и попятилась, упершись спиной в Майку. Обернувшись, она увидела застывший взгляд ее широко раскрытых глаз.
- Не надо, Майя, - тихо сказала Лаки, - не смотри. Давай лучше уйдем отсюда.
И она пошла прочь от пристройки, но, сделав несколько шагов, обнаружила, что Майка так и осталась неподвижно стоять на месте. Тогда Лаки вернулась, крепко взяла Майку за руку и потянула за собой. Майка послушно последовала за ней.
Отойдя подальше от здания, Лаки с жадностью вобрала в себя свежий воздух и медленно выдохнула.
- Почему этот человек умер здесь, Лаки? – спросила Майка бесцветным голосом.
- Не знаю, - покачала головой Лаки. – Скорее всего, от голода или от жажды.
- От жажды… - эхом повторила Майка. – Ему нечего было пить, и он… - Она замолчала и какое-то время стояла, словно в оцепенении. Затем медленно подняла взгляд на Лаки. – Куда мы пойдем теперь?
- Пойдем дальше, до конца города, раз уж пришли сюда… - Лаки закусила губу. Одна мысль не давала ей покоя. – Майя, постой здесь, пожалуйста. Я сейчас вернусь.
- Ты куда? – с тревогой спросила Майка.
- Хочу осмотреть тело. Только, прошу тебя, не ходи за мной, хорошо?
- Хорошо, - сказала Майка, взволнованно глядя на Лаки. – Только будь осторожна. И возвращайся скорее, ладно?
Лаки кивнула и, сняв с плеч рюкзак, поставила его на дорогу. Затем она сделала глубокий вдох и, задержав дыхание, снова вернулась к пристройке. Пройдя внутрь, Лаки подошла к трупу и рассмотрела его вблизи. Мертвец был облачен одежду, сделанную из шкур и тряпья, а рядом с ним лежал сильно запачканный грязью мешок из грубой материи. Преодолев чувство отвращения, Лаки осторожно взяла его двумя пальцами за край и потянула вверх. Из мешка выпала пустая пластиковая бутылка и откатилась в сторону.