Обреченность

— Так что насчет нового объекта? – нетерпеливо спросил Джош.

— Летучка через пять минут, – подчеркнуто спокойно ответил босс.

— Отлично, – произнес Джош и вышел из кабинета.

Я дернулась за ним.

— Скай?

Пожалуйста, не надо. Я еще не отошла от нашего последнего разговора.

— Рад, что ты с нами, – просто сказал он.

Я кивнула ему и поспешила за Джошем в конференц-зал.

Все мы возвращались к прежней жизни. Парни подостыли, но Ронни постоянно оказывался рядом, закрывая широкой спиной от косых взглядов. Его великодушие срабатывало как таблетка от головной боли: не хотелось отходить от него надолго. Еще до этого Ронни приглашал меня в автомастерскую – показать свое хобби. Теперь я решила не отказываться: пусть он чинит машины, а я помогу со шкивами и свечами, заодно от своих раздумий отвлекусь. Джош избегал разговоров на щекотливые темы. Его отношение больше не походило на отношения доброго друга. Вежливый коллега, не более. Хотела бы я, чтобы он был таким в начале нашего знакомства; теперь же я мучилась от осознания того, что испортила его жизнь одним только присутствием.

Таннер отступил на прежние позиции, продолжая вести себя как мрачно-отстраненный наблюдатель, никак не напоминая о том, что произошло на благотворительном балу. Казалось, он боялся меня спугнуть, тогда как я в ужасе представляла себе все, что он сейчас испытывал. Наверное, примерно то же самое, что и я, когда ежеминутно пыталась выкинуть его из головы. Я не хотела уходить, а он хотел, чтобы я осталась. И я смалодушничала. Мы больше не разговаривали, но каждую редкую встречу я жадно наблюдала за ним, ловя оттенки настроения по прищуру глаз и наклону головы.

Вернулся прежний график: работа, бег, фитнес, плавание, боевое карате. Джош больше никуда не приглашал, и тогда я снова начала читать. Взахлеб, компенсируя пропущенный год, и больше не ходила на свое любимое место на Оушен-бич, и не забиралась на валун.

Ждала следующего хода генерала.

Июль 2013