Страница 52 из 208
Всхлипнув, девушка подняла глаза и малость пришла в себя. Господин Узээриш действительно был пьян. Это виделось в наклоне головы и сонном прищуре глаз. Со слезами вышла часть отчаяния, и Лирка ощутила жалость к этому сильному, но сейчас такому слабому мужчине, который предлагал ей помощь и утешение.
– Плохо тебе? – продолжал спрашивать оборотень, поглаживая её по бокам. – Дрожишь как птенчик, выпавший из гнезда.
– Плохо, – почти неслышно прошептала Лирка.
– Мне… – молодой хайнес словно воздухом подавился, – …тоже плохо… очень…
И Лирка вспомнила, как слышала ночами глухие рыдания самого могущественного оборотня в Салее, когда тот сидел в коридоре под дверьми, за которыми умирал его отец. Сердце сжалось от острой, ранящей до самой души жалости. Он, наверное, тоже нуждается в утешении и надеется, что ему кто-то поможет. Хоть кто-то спасёт от участи оставшегося без родителя птенца. Девушка с трепетом погладила хайнеса по мокрым волосам, прижалась щекой к его щеке. Она сейчас не видела зияющей пропасти, которой разделяло их происхождение. Они были одинаковы в своём горе, и Лирка даже считала, что оборотню приходится хуже, чем ей.
– Утешаешь меня, бедный птенец? – голос мужчины надломлено дрогнул, плечи напряглись, и Лирка почувствовала, как на её щеку сбегает влага.
Её обняли ещё крепче, и мужчина глухо зарыдал. Губы девушки тоже задрожали, и она опять расплакалась. Говорят, когда рядом есть кто-то несчастнее тебя самого, то ты становишься немного сильнее. И Лирка почувствовала, что у неё всё же остались кое-какие силы для борьбы. Не всё так плохо. Она жива, у неё есть друзья… она… она… поговорит с Майяри. Да, поговорит с ней! Подруга что-нибудь придумает. А сейчас…
Сейчас кое-кто нуждается в утешении больше, чем она.
Лирка поцеловала солёную от слёз щёку, словно ребёнка успокаивая. Она помнила, каково это – терять отца. Мама умерла, когда Лирка была мала, и её смерть не оставила такой болезненной раны, как смерть отца. Папу задушила болезнь. И Лирка до сих пор помнила глухое отчаяние, когда смотрела на его угасание, судорожные попытки вдохнуть воздух, испуганные глаза и тихие бессвязные речи, в которых отец то хотел уже умереть, то выкарабкаться, чтобы не оставлять дочь в одиночестве. Она ничем не могла помочь. Только кусала до крови губы и пыталась сдержать слёзы, чтобы не мучить отца ещё и своей тоской.
Она потеряла брата. Но потеря была давней, и Лирка успела смириться с возможной смертью Илика, хотя недавние видения его последних дней заставляли её биться на полу в слезах от злости на несправедливость мира и жалости к брату, которому досталась такая страшная смерть.
Лирка представляла, какое горе сейчас рвало сердце молодого хайнеса, когда его жутко израненного отца пытались вытащить с того света. И непонятно, то ли лекари действительно пытались помочь, то ли продлевали мучения господина Иерхарида. Она знала прежнего хайнеса совсем недолго, но он остался в её памяти добрым, смелым и очень ответственным оборотнем, который во всех несчастьях винил себя. Наверняка он был замечательным отцом и очень любил своих детей. И старшего – сильно избалованного по словам Майяри – обожал.
А сейчас этот ребёнок страдал.
Отведя влажные от пота волосы, Лирка крепко поцеловала мужчину в лоб, а затем в зажмуренные мокрые глаза. С трудом выдохнув, оборотень распахнул веки и слабо улыбнулся.
– Не плачь, птенец, – он тоже прижался губами к щеке Лирки. Под его губами шрам вспыхнул колким зудом, и девушка дёрнулась. – Мы справимся и всех победим… да… Больно? Я поцелую ещё раз и станет лучше, – он действительно поцеловал зудящий рубец, и лицо девушки вспыхнуло стеснительным жаром.
«Ты что творишь?!»
Голос духа пронзил грудь холодом, и девушка напряглась как струна.
«Упала в руки первого, кто приласкал?» – ядовито прошелестело в голове.
Лирка даже не поняла смысла слов. Паника вновь накрыла её, и она сильнее вцепилась в мужские плечи, надеясь, что дух испугается и уйдёт.
«Я посмотрю ему в глаза», – решила она.
«Давай, и он убьёт тебя вместе с нами».
Но Лирка решительно уставилась в светящиеся глаза. Дух издевательски расхохотался.
«Он сейчас и своего отражения не увидит!»
– Опять испугал? – хайнес шмыгнул носом и упёрся лбом в её лоб.
Паника и брезгливость взметнулись внутри, и Лирка с удивлением поняла, что это не её чувства. Вскинулось злорадство, когда она сообразила, что невольно досадила изводящему её духу.
«Фу!» – гадливо прозвучало в голове, когда её губы обдало винное дыхание хайнеса.
И девушка легонько ткнулась искусанными губами в приоткрытый рот оборотня.
В голове мгновенно воцарилась блаженная пустота. Звонкая. Приятная. Только медведица заинтересованно и благодушно ворчала.
– Не соблазняй меня, – тихо попросил молодой хайнес. – Я пьян, разбит и нуждаюсь в утешении. Я поддамся.
Лирка не хотела его соблазнять. Она хотела, чтобы злобный дух хотя бы ненадолго оставил её. Она тоже нуждалась в утешении. Ей нужна была помощь. И девушка просто обняла мужчину, уткнувшись лицом ему в шею. И он обнял в ответ, утешающе погладил по спине, опустился по бёдрам вниз и сжал горячими ладонями её замёрзшие стопы.
Сейчас оборотень виделся Лирке таким большим, что казалось будто она могла спрятаться в его объятиях как в гнезде. Они грелись в жалких крохах тепла, которые у них ещё оставались. Испуганные, израненные, отчаявшиеся и нуждающиеся в помощи.
Хайнес тяжело ткнулся головой ей в плечо, и девушка поняла, что он засыпает. Её охватил страх, что они сейчас разойдутся и она вновь останется наедине с духом. Лирка не желала выбираться из спасительного «гнезда». Господин Узээриш сонно покачнулся, встрепенулся и сам осознал, что едва не уснул на лестнице.
– Спать пора, да? – с сомнением протянул он.
Лирка не пошевелилась. Она боялась, что оборотень её отпустит и дух сразу же нападёт.
– Я отнесу тебя, птенец, а то… – ладони сжались на стопах, – …лапы у тебя холодные.
Подхватив девушку под ягодицами, молодой хайнес с трудом встал. Лирка не противилась. Пусть хотя до комнаты, но она побудет в безопасности. Оборотень тяжело зашагал наверх, покачиваясь и поминутно припадая к перилам. Он шагал и шагал, пока ступени не закончились и они не оказались перед дверью. Не коридором, а одной-единственной дверью. Лирка осмотрелась и сообразила, что они поднялись выше нужного на один этаж. Плохо соображающий мужчина толкнул створку плечом и ввалился на… похоже, чердак.