Страница 34 из 208
Виларий и Иррес в чём-то мыслили одинаково. Командир тоже, осмотрев всех членов отряда, решил, что дородный Вехна больше всего подходит для протаскивания дитяти внутрь. Там на живот как на стол положил, к груди примотал и не сразу углядишь, что что-то поменялось. В версте от заставы малышку передали Вехне, в рот ей сунули смоченную водой тряпицу и помолились богам, чтобы девочка и дальше молчала. По завершении молитвы дитятко… ну, немного осложнило задачу. Но мужчины понюхали пятно на груди Вехны и дружно решили, что сойдёт за пот.
– Ну чего там? – часовой ухмылкой поприветствовал вилария и привычно пересчитал отряд глазами. Досадливо скривился: опять Безымянные в полном составе вернулись. Везёт же! Часа два назад вернулся отряд Жвѝшки, так там двух не досчитались.
– Сволочная ночь, – мрачно отмахнулся виларий, не вдаваясь в подробности.
Часовой и не обиделся. Отчитываться Хабдир хаварию будет.
– Лирку нам едва не прихлопнули, – Ёрих устало оскалился.
– Да ты чего?! – поразился часовой, опасливо косясь на недовольную женщину.
– Колдуна помнишь, что недавно петушился под стенами? Так свели Тёмные ещё раз! Едва ноги уволокла. Он там как начал руками-ногами махать…
Раскрыв рот, оборотень жадно слушал брехливый, но красочный рассказ о бое шамана и магички. Точнее, о позорном бегстве последней, но от этого слушать было даже интереснее. Пока Ёрих заливался, все остальные члены отряда устало прошествовали мимо, по лестнице поднялись на стену, а оттуда спустились на крепостной двор.
– Вот же скляда, – досадливо пробормотал Леший, увидев посреди двора Дориния и ещё одного мага.
Лирка занервничала ещё сильнее.
«Не дёргайся,
– прошипел Иррес. –
Даже если найдут, сразу избавляться не будут. Пока хаварий решит её судьбу, мы её стащим и лапы отсюда унесём».
Злые светлые глаза Дориния осмотрели каждого из вернувшихся, лицо удивлённо вытянулось, а в глазах мелькнуло неуверенное злорадство.
Угасшее, когда со стены в припрыжку спустился отставший Ёрих.
– Никак у Тёмных покровительством заручились, – ядовито протянул Дориний.
– А ты плакать по нам собрался? – Хабдир окинул его мрачным взглядом, но маг лишь вскинул подбородок.
– Какой год уж без потерь ходите, – прищурился маг. – У всех мрут, а у вас нет. Может, и не ходите никуда? Отсиживаетесь в кустах, а потом хаварию сказки рассказываете.
– Не заговаривайся, – с угрозой процедил Исешка.
– Когда не только свои шкуры научитесь ценить, то и у вас потерь не будет, – Онт поспешил оттеснить вспыльчивого Исешку подальше от мага. А то сломает ценной животине нос, и хаварий с потрохами сожрёт.
– А ты свою шкуру высоко ценишь? – стоящий рядом с Доринием маг осклабился.
Хабдир нехорошо прищурился. Всё-таки неприкосновенность сильно испортила многих магов на заставе. Вот знали бы, что за такие слова по морде получат, может, и такту больше проявляли. А так… Как там Нарий сказал? Быкло высокомерное?
Седой Онт остро посмотрел на зарвавшегося оборотня.
– За твою голову могу пожертвовать и шкуру.
– Но-но-но! – встрял Ёрих. – Больно жирно за пустой горшок. Тут даже волос на пару медяков не наскребётся.
Вехна недовольно кривил губы, и Лирка с тайным беспокойством на него посматривала. Скорей бы…
Истеричный визг прокатил по двору. Дориний шарахнулся прочь, во все глаза смотря на выросшее рядом с Хабдиром жрало. Его товарищ взвизгнул ещё раз, бросился прочь, но ослабевшие ноги подвели и он рухнул на мостовую.
– Ой, – Мхян сплюнул на ладонь косточку.
И вовремя. Часовые на стенах уже направили на него арбалеты.
– Я п-перепутал и вместо ореха в рот сунул, – испуганно промямлил паренёк.
– Ах ты, сухляда нестоячая! – разъярённо взревел виларий и крепко ухватил баламута за ухо. – Я ж сказал, пока хаварий… А ты!..
И как пошёл орать на беспутника. Обычно виларий Хабдир отчитывал подчинённых не столь громко. Порой рычал, порой за волосы таскал, пинки отвешивал… Но так чтобы на весь двор… Значит, мальчишка что-то знатное учудил. Часовые наконец отмерли, малость расслабились и уже со смешками на лицах посматривали на красных от ярости магов и орущего вилария. Мальчишка посмел отпираться, мол, чего он сделал. Командир разошёлся ещё сильнее.
– Да ладно, всё равно бы скоро всем известно стало, – попытался утихомирить вилария Леший.
– Не заступайся за него, – строго зыркнул на него Нарий. – Воспитываете в нём расхлябанность!
– Вот сам бы и повоспитал! – вскинулся Леший.
И вот уже не двое, а четверо ругались посреди двора.
– Пошлите, пока и мы под горячую руку не попали, – тихо, но достаточно громко, чтобы услышали злые маги и стоящие недалеко служивые, произнёс Сендар.
И отряд, вжимая головы в плечи, под ехидные, но понимающие смешки заставников поспешили утечь с крепостного двора.
***
Время уже близилось к вечеру. И нервничавшая Лирка всё беспокойнее и беспокойнее мерила комнату шагами. Ханён настороженно следил за матерью, не понимая причин её тревоги.
– Что случилось? – решил наконец спросить он.
Мама ласково ему улыбнулась и погладила по голове.
– Ничего.
Ханён сощурился и надулся.
– Ты врёшь, – уверенно заявил он.
«Как меня бесит эта его способность!»
– простонал внутри Иррес.
– Прости, милый, – Лирка виновато улыбнулась. – Кое-что случилось, но ничего плохого.
Ханён приоткрыл ротик, словно прислушиваясь к чему-то, и растерянно заморгал.
Беспокойство точило Лирку и съедало. На долю новорождённой малышки выпало слишком много испытаний. Её нужно было окружить покоем, покормить, нормально обтереть, завернуть в тёплое… Где там этого Ёриха носит?! Вехна обещал покормить ребёнка, но женщина переживала. Перед глазами стояло залитое слезами лицо молодой матери, и Лирка так боялась её подвести.
Скрип калитки она услышала и из главной комнаты. И резко повернулась к окну.
По тропинке шёл Ёрих. Лицо у него было старательно виноватое и растерянное, в руках оборотень держал плетённую корзинку. Посреди дорожки он остановился и кому-то поклонился. Наверное, Лиркиной сварливой соседке.
«Да не скроется ничего от глаза её!»
– насмешливо пожелал Иррес.
Когда Ёрих постучал в дверь, Лирка уже стояла в сенях и, возможно, открыла слишком быстро. Ну и ладно! Она, может, в окно его раньше увидела.
– Ты чего? – нервно и немного раздражённо спросила женщина, стараясь раньше времени не коситься в корзину.