Страница 36 из 206
. Это было именно то, чего хотел Педро III. По словам Хиллгарта, экспедицию в Северную Африку теперь можно было "представить как крестовый поход, а Тунис стал бы хорошей отправной точкой для вторжения на Сицилию"
[244]
[Hillgarth, "Problem of a Catalan Mediterranean Empire", p. 24.]
. В декабре того же года Педро III отправил посланника к Папе Мартину IV с просьбой о одобрении и финансовой поддержке крестового похода. Папа отказал, но у Педро III, тем не менее, появился убедительный предлог для подготовки флота
[245]
[Hillgarth, "Problem of a Catalan Mediterranean Empire", pp. 24–5.]
.
Вероятно, в начале 1282 года Педро III созвал в Барселоне
кортесы
, чтобы объявить, что к 1 мая все необходимые для похода корабли, люди и материальные средства должны быть собраны в Порт-Фангос (в устье реки Эбро близ Тортосы). Король также назначил адмиралом флота своего внебрачного сына Хайме Переса, в свою очередь, выбравшим уважаемого каталонского рыцаря Рамона де Кортада своим вице-адмиралом. Оба занялись закупкой кораблей, набором солдат и приобретением припасов в Валенсии, в то время как двум другим командирам, Рамону Марке и Беренгеру Маллолю, было поручено сделать то же самое в Каталонии
[246]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLVIII, pp. 114–15. См. также Planells, Roger de Lauria, pp. 66–7.]
. Сбор войск, должно быть, шёл довольно быстрыми темпами, поскольку 20 мая и Филипп III, и Папа Мартин IV направили делегации в Порт-Фангос, чтобы разузнать у Педро III о его намерениях
[247]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLVII, pp. 113–14. См. также Mott, Sea Power in the Medieval Mediterranean, p. 25; Runciman, Sicilian Vespers, p. 221.]
. Время отплытия экспедиции, совпавшее с известием о новом восстании на Сицилии, и масштаб мобилизации, должно быть, показались им, в лучшем случае, тревожными. Эмиссары Филиппа III мрачно предупредили Педро III, что король Франции не будет бездействовать, если тот воспользуется ситуацией в своих интересах. Педро III лицемерил, дав лишь расплывчатый ответ, что "его воля и намерение заключались и заключаются в том, чтобы все, что он делает, было сделано во имя Бога"
[248]
[ACA, RC, Reg. 47, fol. 118r. См. также Hillgarth, "Problem of a Catalan Mediterranean Empire", p. 25.]
.
На самом деле, Педро III начал мобилизацию задолго до того, как узнал о вспышке очередного восстания на Сицилии. Он сделал это, зная, что Карл собрал в Мессине огромную армаду для давно запланированного нападения на Восточную империю. Поэтому более вероятно, что Педро III намеревался вторгнуться на Сицилию после того, как Карл отправится с основной частью своих войск завоевывать Константинополь. Вероятно, Педро III был так же удивлён новым восстанием на острове, как и Карл. После того, как сицилийское восстание набрало обороты, Педро III, несомненно, предположил, что лучшим вариантом для него будет отправиться в объявленный им "африканский крестовый поход", чтобы занять выгодную позицию и использовать события в регионе по мере их развития. Но даже тогда Педро III держал свои истинные планы и цели в секрете. Он не сообщал, даже своим адмиралам, о пункте назначения экспедиции до самого дня отплытия: 3 июня 1282 года
[249]
[Bernat Desclot, Chronicle of the Reign of King Pedro III of Aragon, A.D. 1276–1285, trans. F. L. Critchlow (Princeton, 1928), ch. VII, pp. 29–30. См. также Abulafia, Western Mediterranean Kingdoms, p. 84; Mott, Sea Power in the Medieval Mediterranean, pp. 25–6; Runciman, Sicilian Vespers, pp. 221–2.]
. Более того, Мунтанер утверждает, что король дожидался, пока флот окажется в 20 милях от берега, прежде чем поручить своему сыну, Хайме Пересу, лично раздать запечатанные приказы каждому командиру галеры, сообщив им о первом порте где будет совершена остановка: Маон на Менорке
[250]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLIX, p. 118.]
.
Хотя оценки численности флота разнятся, он, должно быть, был весьма значительным. Каталонский хронист Бернат Десклот подсчитал, что сухопутный контингент состоял из 800 рыцарей и до 15.000 пехотинцев, в основном
альмугаваров
— легковооруженных, высокомобильных воинов, сражавшихся на горных границах христианской Иберии (Илл. 3)
[251]
[Desclot, Chronicle, ch. VII, pp. 28–9. См. также Chaytor, History of Aragon and Catalonia, p. 102.]
. Мунтанер описывает гораздо большую армию, насчитывавшую 1.000 рыцарей, 8.000 арбалетчиков и 20.000
альмугаваров
[252]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLVI, p. 112.]
. Сицилийский хронист Бартоломео ди Неокастро приводит цифру в 900 рыцарей, а также 30.000
альмугаваров
[253]
[Bartolomeo di Neocastro, Historia Sicula (1250–1293), in Cronisti e scrittori sincroni napoletani editi e inediti, ed. Giuseppe del Re (2 vols, Naples, 1868), II, ch. XVII, p. 432.]
. Что касается флота, перевозившего всех этих людей, то два каталонских хрониста приводят на удивление схожие цифры. Десклот утверждает, что среди галер, транспортов и небольших 16-весельных разведывательных кораблей "было 140 и более парусных",
[254]
[Desclot, Chronicle, ch. XVII, 58. См. также Chaytor, History of Aragon and Catalonia, p. 102.]
в то время как Мунтанер заявляет, что "было более 150 парусов, следовавших один с другим"
[255]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLIX, p. 118. См. также Critchlow, "Introduction", in Chronicle of the Reign of King Pedro III of Aragon, p. XXXIX.]
. Неокастро не указывает общее количество кораблей, но отмечает, что по меньшей мере 24 были боевыми галерами,
[256]
[Neocastro, Historia Sicula, ch. XVII, p. 432.]
а Десклот говорит 22-х галерах
[257]
[Desclot, Chronicle, ch. XVII, p. 58.]
.
Хотя нет подтверждающих документальных свидетельств, последующие события и логика подсказывают, что одним из командиров галер, вероятно, был Роджер ди Лаурия. В конце концов, хорошо известно, что он был близок к королю с момента своего прибытия ко двору около двадцати лет назад, и Педро III всего за несколько лет до этого уже поручал ему важную дипломатическую миссию. Более того, Роджер должен был быть одним из немногих членов королевской свиты, имевших реальный опыт морских сражений. Этот опыт он приобрел в экспедиции вдоль североафриканского побережья под руководством своего хорошего друга и соратника по изгнанию, Конрада ди Ланчиа, первого адмирала, назначенного Педро III
[258]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XIX, pp. 49–52. См. также Mott, Sea Power in the Medieval Mediterranean, p. 90.]
. Королевская хартия указывает на то, что Роджер во время экспедиции 1279 года командовал собственным кораблем
[259]
[ACA, RC, Reg. 42, fol. 161r. См. также Abun-Nasr, History of the Maghrib, p. 123; Runciman, Sicilian Vespers, p. 210.]
. Наконец, Микеле Амари и Камилло Манфрони упоминают, что во время "африканского крестового похода", Роджер находился рядом с Педро III в качестве капитана и советника
[260]
[Amari, Guerra del Vespro Siciliano, I, p. 280; Manfroni, Storia della Marina italiana, II, p. 80.]