Страница 203 из 206
Возможно, ещё более значимым стало то, что появление Арагона в качестве влиятельного игрока в средиземноморской геополитике имело ужасные последствия для папства, чья светская власть была резко подорвана Войной Сицилийской вечерни. После смерти "Антихриста" (императора Фридриха II) не менее 13 Пап участвовали в длившейся более полувека целенаправленной кампании с целью формирования средиземноморской политики папства путем установления сюзеренитета над Сицилийским королевством. Эта попытка повлекла за собой многочисленные отлучения от Церкви и расходование церковных средств, не говоря уже о бесчисленных случаях кровопролития, устроенных участниками одобренных папой "крестовых походов" против единоверцев-христиан. Однако, в основном благодаря доблести каталонского флота под командованием Роджера ди Лаурии, все это оказалось напрасным. Такая политика значительно ослабила папство, а сам Бонифаций VII встретил свой бесславный конец 11 октября 1303 года — всего через год после мира в Кальтабеллотте. Папа умер от потрясения после нападения на него в Ананьи, организованного Гийомом де Ногаре, хранителем печати короля Филиппа IV Красивого — бывшего союзника понтифика в Войне Сицилийской вечерни. Это стало трагической развязкой довольно банального спора о праве короля на обложение налогом французского духовенства
[1133]
[Giova
. Святой Престол, вероятно, никогда больше не играл столь влиятельной роли в управлении регионом, как до Войны Сицилийской вечерни.
Илл. 20
. Погребенный под простой каменной плитой, великий адмирал Арагона навсегда упокоился рядом с гробницей своего покровителя, короля Педро III, в королевском монастыре Санта-Мария-де-Сантес-Креус. Айгуамурсия, Каталония.
Французская экспансия в Средиземноморье после побед Карла Анжуйского при Беневенто и Тальякоццо была явно ослаблена восстанием Сицилийской вечерни и последующим вступлением в войну арагонцев — особенно каталонского флота Роджера ди Лаурии. Французский двор для возвращения Сицилии Анжуйской династии спонсировал два "крестовых похода": поход Филиппа III в Каталонию в 1285 году и поход Карла де Валуа на саму Сицилию в 1302 году. Оба закончились досадными и дорогостоящими неудачами. Неудивительно, что Жан Данбабин предположил, что с точки зрения французского духовенства и народа "длительная война, начавшаяся с Сицилийской вечерни и закончившаяся потерей Сицилии по договору в Кальтабеллотте, породила цинизм по отношению к крестовым походам в целом или, по крайней мере, по отношению к крестовым походам, вдохновленным папством и направленным в другие части мира, помимо Святой земли"
[1134]
[Jean Dunbabin, The French in the Kingdom of Sicily, 1266–1305 (Cambridge, 2011), p. 199.]
. Более того, и Анжуйский дом, и французский двор питали амбиции завоевать Константинополь, но им помешало сицилийское восстание. Крестовый поход, предложенный Карлом де Валуа Папе Клименту V против Восточной империи после договора в Кальтабеллотте, так и не состоялся
[1135]
[Treadgold, History of the Byzantine State, pp. 752–3.]
. Последующие события в Северной Европе гарантировали, что в ближайшее время не будет предпринято никаких дальнейших попыток продолжить эти средиземноморские авантюры. Парижский договор от 20 мая 1303 года окончательно положил конец затяжному конфликту с Эдуардом I Английским, начавшемуся в 1294 году, но он также подготовил почву для Столетней войны (1337–1453). Хуже того, унизительное поражение французской знати в
Битве Золотых Шпор
при Куртре (Кортрейке) 11 июля 1302 года, в которой бесславно погиб бывший регент Сицилийского королевства Роберт II д'Артуа, ознаменовало продолжавшуюся много лет войну во Фландрии
[1136]
[Dunbabin, French in the Kingdom of Sicily, pp. 279–80.]
. Для французского двора война за Сицилию стало фиаско, о котором лучше было забыть, но, как отметил Стивен Рансимен, это было не возможно:
Спустя более чем три столетия король Франции Генрих IV [1553–1610] хвастался испанскому послу тем вредом, который он мог бы причинить испанским землям в Италии, если бы король Испании стал слишком испытывать его терпение. "Я позавтракаю в Милане, — сказал он, — и пообедаю в Риме". "Тогда, — ответил посол, — Ваше Величество, несомненно, будет на Сицилии к вечерней службе"
[1137]
[Steven Runciman, The Sicilian Vespers (Cambridge, 1958), p. 287.]
.
Однако Анжуйский двор в Неаполе оставался одержим идеей возврата своих утерянных владений. Карл II был доволен условиями договора в Кальтабеллотте, предпочитая добиваться венгерского престола для своего внука Карла Роберта (сына старшего сына Карла II, Карла Мартела и Клеменции Габсбург), но Роберт Калабрийский (третий сын Карл II, унаследовавший престол после его смерти 5 мая 1309 года) никогда не отказывался от идеи вернуть Сицилию под свою власть. В результате, в 1314 году Роберт предпринял ещё одну попытку вторжения на Сицилию. Король Федериго III не только довольно легко отбил эту попытку, но и использовал её как предлог для отказа от условий договора в Кальтабеллотте, которые предписывали возвращение Сицилии под власть Анжуйской династии после его смерти. Но Роберт предпринял ещё шесть экспедиций на остров, добившись точно такого же результата, как и во всех предыдущих попытках. Когда Федериго III в возрасте 64 лет скончался в Патерно 25 июня 1337 года, его старший сын взошёл на сицилийский трон как король Педро II. Ни анжуйский, ни французский монарх больше никогда не правили островом
[1138]
[Runciman, Sicilian Vespers, pp. 275–9.]
.
Провал санкционированной Папой и поддерживаемой Францией попытки восстановить анжуйский сюзеренитет над Сицилией во многом объясняется гением Роджера ди Лаурия. С разрешения арагонского короля он использовал каталонский флот, чтобы обуздать французские и анжуйские амбиции и попутно похоронил планы Святого Престола по установлению светского господства над этим регионом. На протяжении всей войны Лаурия не проиграл ни одного морского сражения. Это лишило его противников господства в прибрежных морях, необходимого для достижения заявленных целей. Адмирал добился этого, отчасти, за счёт максимального использования преимуществ своих каталонских галер и их экипажей: более прочной конструкции кораблей,
альмугаваров