Страница 24 из 68
Едва ее рука осторожно коснулась прохладной, нежной ткани шелка, как рядом с ней, словно из-под земли, выросла фигура. Это была старшая продавщица, высокая женщина средних лет с лицом, которое, казалось, застыло в вечной маске напыщенного превосходства и презрения. Она смотрела на Вивьен так, словно та была случайной кучей мусора, которую внезапным порывом грязного ветра занесло в этот храм высокой моды.
— Руки прочь от коллекции, — голос женщины был ледяным, лишенным каких-либо человеческих интонаций. — Вы не можете себе позволить даже пуговицу от этого изделия. Не нужно трогать такие невероятно дорогие вещи своими.. неопрятными руками. Вы только испортите структуру ткани или оставите пятна.
Вивьен замерла на месте, ее пальцы все еще инстинктивно сжимали прохладный шелк. Гнев начал медленно закипать в ее груди.
— Я собираюсь примерить именно это платье, — максимально спокойно ответила она, хотя внутри все дрожало от обиды.
— Примерить? Вы? — продавщица издала короткий, лающий и издевательский смешок, который подхватили остальные сотрудницы в зале. — Милочка, это платье стоит гораздо больше, чем ты сможешь заработать за всю свою никчемную жизнь, судя по твоему плачевному виду. Иди дальше по улице, там через два квартала есть отличная точка с уцененкой и старый секондхенд. Там тебе самое место, среди такого же старья. Не задерживай нас, здесь с минуты на минуту ждут по-настоящему серьезных клиентов, а не зевак.
Вивьен открыла было рот, чтобы ответить, чтобы с триумфом достать ту самую черную матовую карту и буквально швырнуть ее этой заносчивой женщине в лицо. Но в этот момент к ним быстро подошла вторая сотрудница, та самая, что громче всех шепталась в начале. Ее лицо было неестественно бледным, а в глазах читалась какая-то лихорадочная, плохо скрытая злоба и азарт.
— Подождите, не отпускайте ее, — громко сказала она, привлекая внимание редких посетителей и указывая на пустую стеклянную полку неподалеку от подиума. — С витрины только что пропали эксклюзивные украшения. Тот самый комплект с крупными аметистами. Они лежали именно там, где всего минуту назад проходила эта подозрительная особа.
Вивьен почувствовала, как земля буквально уходит из-под ее ног, а в ушах зазвенело.
— О чем вы говорите? Я ничего не брала, я даже не подходила к этой полке! — ее голос сорвался на высокий звук.
— Будешь оправдываться перед патрульной полицией, воровка, — прошипела женщина, с силой хватая Вивьен за локоть и впиваясь ногтями в ее кожу сквозь ткань костюма. — Либо ты сейчас же, добровольно возвращаешь украденное и оплачиваешь нам солидный моральный ущерб за беспокойство, либо мы вызываем патруль и тебя увозят в наручниках.
— Я ничего не брала! Это какая-то чудовищная ошибка! Проверьте записи с камер! — Вивьен отчаянно попыталась вырвать свою руку, но хватка взбешенной женщины была неожиданно жесткой и болезненной.
— Мы обязательно проверим все, что сочтем нужным, — вмешалась вторая продавщица, делая вид, что суетливо обыскивает пространство вокруг манекена. На самом деле она ловким, многократно натренированным движением скользнула рукой в приоткрытую сумочку Вивьен, которая висела у той на плече, и незаметно подбросила внутрь тяжелый бархатный футляр.
Вивьен дернулась всем телом, пытаясь вырваться и уйти из этого проклятого места, но женщина с силой и ненавистью потянула ее назад за плечо, заставляя девушку окончательно потерять равновесие. Вивьен не удержалась на скользком мраморе и с глухим, тяжелым стуком упала на пол. В падении ее рука с силой проехалась по острому декоративному выступу металлической стойки, и Вивьен почувствовала резкую, обжигающую боль. На ее бледной, почти прозрачной коже запястья мгновенно проступила длинная, неровная красная царапина, из которой крупными каплями начала сочиться ярко-алая кровь.
Продавщицы переглянулись и одновременно расхохотались. Этот смех был громким, издевательским и совершенно лишенным жалости.
— Посмотрите только на эту неудачницу, — продавщица брезгливо вытерла руки о белоснежную салфетку, словно коснулась чего-то заразного. — Она еще и пол нам испачкала своей дешевой, грязной кровью. Звони в полицию немедленно, пусть забирают этот мусор в участок. Таким место за решеткой.
Прошло не более пяти минут, патрульный экипаж, очевидно, находился на соседней улице. Двое полицейских в тяжелой черной броне вошли в магазин, их тяжелые берцы гулко и пугающе стучали по дорогому мрамору, нарушая тишину зала.
— Что тут за беспорядок? — спросил один из них, лениво оглядывая роскошный интерьер и задерживая взгляд на плачущей девушке на полу.
— Вот эта нищенка украла у нас комплект с редкими аметистами, — женщина властным жестом указала на Вивьен, которая только-только начала медленно подниматься с колен, прижимая раненую, кровоточащую руку к груди.
Один из офицеров, не церемонясь, подошел к Вивьен и грубо, рывком выхватил у нее сумочку. Он перевернул ее дном вверх, и на глазах у всех присутствующих на пол с тяжелым, неоспоримым стуком выпал тот самый бархатный футляр.
— Ну надо же, какая неожиданность, — издевательски усмехнулся полицейский, глядя на Вивьен. — Поймана с поличным. Руки за спину, живо! Не заставляй меня применять силу, воровка.
Прежде чем Вивьен успела издать хотя бы слабый звук протеста или сквозь рыдания объяснить ситуацию, холодный, тяжелый металл наручников с резким щелчком сомкнулся на ее тонких запястьях. Боль в раненой руке усилилась от рывка, а удушающее осознание вопиющей несправедливости сдавило ее горло сильнее, чем хватка закона. Ее буквально потащили к выходу под локти, мимо торжествующих, сияющих от самодовольства продавщиц, которые провожали ее змеиными, злорадными улыбками.
— Пошла, пошла, не задерживай движение, — грубо толкнул ее в спину офицер, когда они приблизились к дверям.
Вивьен уже видела сквозь стеклянные створки порог магазина, видела любопытную толпу зевак на улице, которые уже начали собираться, чтобы поглазеть на очередную преступницу. Она чувствовала, как горячие слезы полного бессилия и унижения застилают ей глаза, превращая мир в размытое пятно. Но в тот самый критический момент, когда автоматические двери магазина должны были распахнуться перед конвоем, они не просто открылись, они буквально разлетелись в стороны с такой силой, что ударились о стопоры.