Месть

Пул не мог отвести глаз от этой грубой, мощной формы. Он боролся со свирепой гравитацией, едва ли уменьшившейся, несмотря на то, что они были так глубоко в солнечной субстанции; ему хотелось встать, встретить это существо лицом к лицу, но он не мог. — Кто вы? Почему вы здесь? Вы изучаете этих рыбообразных существ? Чего, черт возьми, вы хотите?

Никола сказала: — На самом деле, я думаю, что знаю, чего оно хочет, во всяком случае, прямо сейчас. Посмотрите на это, Майкл Пул.

Перед ними застыла виртуальная реконструкция. Пул увидел маленький космический корабль, заключенный в четырехгранную раму цвета электрик, обращенный к другому артефакту, гораздо крупнее: черному, как ночь, несмотря на поток света вокруг него, компактному корпусу со стреловидными крыльями.

— Это мы, — сказала Никола, указывая. — Мы и семя платана. Или, если точнее, вот мы.

Очертания космического корабля растворились, мельком показав сложный интерьер, исчезающий без следа. Остались две фигуры, сидящие ни на чем, парящие в светящемся воздухе. Лицом к семени платана.

— Мы. Я слева, вы справа. Пока, Никола.

Фигура слева растворилась в брызгах пикселей. Оставляя семя платана и ту фигуру справа. Лицом друг к другу, лоб в лоб.

— Лета, Майкл. Яснее и быть не может. Я настроила несколько процедур точного измерения… Каким-то образом семя платана узнало, что вы здесь. И оно остановилось прямо перед вами. Прямо перед вами. Вы находитесь на его оси симметрии. Майкл, семя платана здесь не только ради этих рыб из темной материи. Оно здесь ради вас.

Сердитым жестом он отстранил виртуал.

Снаружи семя платана все еще задерживалось. Затем, внезапно, без предупреждения, оно сделало что-то вроде сальто назад и умчалось прочь, скрывшись из виду.

На долгое время воцарилась тишина.

Пул сказал: — Мы увидели то, за чем пришли. Вытащите нас отсюда.

На этот раз Никола не ответила. Осторожными жестами в условиях высокой гравитации

она работала с управлением.

Стая рыб из темной материи некоторое время следовала за "Пейном", пока он поднимался обратно в светящееся небо, с которого спустился. Затем они отвернулись, возвращаясь к своему собственному бесконечному вращению вокруг ядра Солнца. "Сесилии Пейн" потребовалось более двух дней, чтобы спуститься в сердце Солнца. Потребовалось еще два дня, чтобы вернуться, снова подняться через фотосферу, а когда они вернулись в Ларунду, Никола и Пулу потребовалось еще больше времени, чтобы выбраться из своего уникального корабля.

В последующие недели собранные ими данные были тщательно изучены с восхищением, страхом и академической строгостью. Разгорелись ожесточенные дебаты о том, права ли была Никола в том, что объекты из темной материи можно назвать "живыми". Но, по-видимому, они проявляли кооперативное поведение в своей стае: по крайней мере, они реагировали на присутствие друг друга. Также было много споров о том, какой источник энергии они использовали: что они ели? — как сначала спросила Никола. И были некоторые предположения относительно того, что могло бы их съесть. Может ли существовать целая пищевая цепочка из темной материи, внедренная глубоко в сердце Солнца?

Был ли там вообще обнаружен разум?

И какое влияние может оказать эта внутренняя язва на внутренние процессы самого Солнца? Были раскопаны древние исследования, отряхнули старые гипотезы, предположения о том, что облако темной материи в сердце Солнца может рассеивать интенсивное тепло ядра, или что дополнительные слои гелиевого пепла могут подавлять скорость термоядерных реакций — не исключено, что это может даже, в конечном счете, каким-то образом дестабилизировать Солнце.

Возможно, рыбы из темной материи даже не были уроженцами Солнца. В конце концов, Солнце было всего лишь еще одной звездой; возможно, они населяли многие звезды и мигрировали сюда…

Споры бушевали.

Тем временем, насколько всем было известно, семя платана продолжало таиться в сердце Солнца.

Однако через месяц огромный артефакт под названием Тайник — несомненно, это был артефакт — отделился от того, что, по-видимому, было его заправочной станцией на поверхности Солнца, поднялся вверх и начал длинную, медленную спираль, удаляясь от звезды и двигаясь по орбитам планет. Потребовались бы месяцы, чтобы преодолеть десятки миллионов километров между внутренними планетами, и годы, чтобы вернуться к Юпитеру, если дело зайдет так далеко.

Казалось, начинался новый этап. Через несколько недель после отделения Тайника Никола тоже улетела, на обычном корабле снабжения. Она не сказала Пулу, куда направляется и каковы ее планы. Очевидно, ей просто наскучило просматривать старые данные.

Пул остался на Ларунде.

Он продолжал следить за изучением рыб из темной материи и Тайника. И помогал с рутинными обязанностями станции — во всем, кроме приготовления пищи. Сначала он держался особняком, но постепенно раскрылся в компании сотрудников станции, Митча Гибсона, Феннелл, Кемпа и остальных. В конце концов, они были людьми его круга, а также сотрудниками "Пул Индастриз". Постепенно он оправился от физической стороны своего падения на Солнце.

И, возможно, думал он, он выздоравливал и другими способами. По крайней мере, здесь он мог оставаться вне поля зрения продолжающегося общественного интереса к нему и его очевидной центральной роли.

Затем, спустя целый год после его погружения в Солнце, мать вызвала его домой. — Ты не можешь прятаться вечно, Майкл. — И ее спроецированное изображение раскрыло одну руку, чтобы показать зеленый амулет на ее ладони.