Месть

Грантт сказал: — Другая мода. Люди начали называть своих детей в честь объектов на Марсе — видите ли, чтобы мы не забывали, — и некоторые из малышей, как эти двое, взяли себе собственные имена. Им было шесть и семь лет, когда упала Клетка. Но, конечно, эти объекты были названы в первую очередь в честь мифологических существ, известных личностей и всего остального с Земли. Я знаю, что Фламмарион был астрономом.

Девушка критически оглядела Пула. — Вы не такой высокий, каким кажетесь в виртуальных драмах.

Он ухмыльнулся. — Я слышал это раньше. Они используют актеров. Даже в документальных фильмах они подчищают образы.

— Вам следовало бы исправить эту татуировку, — сказал Вайнбаум, взглянув на лоб Пула. — Хотя в ней есть какая-то примитивная аутентичность.

— Спасибо.

— Наши были спроектированы должным образом.

— Некоторые люди программируют это в своих генах, — сказал Вайнбаум. — Итак, ваш ребенок родится с татуировкой. Символ свободного человечества. Но мы думаем, что это неправильно. Будет разумнее, если ребенку придется выбирать, носить его или нет, когда он вырастет. Некоторые люди проводят своего рода церемонию, когда делают татуировку.

— Что-то вроде крещения, — сказал Джек Грантт, бросив предупреждающий взгляд на Пула.

Пулу страстно хотелось отвернуться от пристального взгляда этих двух ярких, трудолюбивых подростков с их броскими татуировками. Он не был уверен, что было хуже, когда ему поклонялись или когда поносили. В любом случае, он подозревал, что в последнее время слишком много времени проводит, прячась от всего этого. — Я не мессия, — пробормотал он.

— Может, и нет. Но ты — все, что у нас есть. — Грантт безуспешно попытался обнять Пула за виртуальные плечи — инстинктивная категориальная ошибка, напомнившая Пулу о его матери. — Давай. Послушай, я договорился, что ты позже выступишь с докладом в нашей школе. Уверен, возражать не будешь. А пока приходи посмотреть, чем мы тут занимаемся. Мы не просто играем в "фермеров в небе"…

Грантт повел Пула вверх по ледяной лестнице к одному из наиболее сложных сооружений. Это оказалось скоплением рабочих помещений. Здесь, по-видимому, дежурили люди, и пространство было насыщено информационными технологиями, с умными экранами на стенах и абстрактными и более полными виртуальными фигурами, которые плавали в воздухе.

— Это, — загадочно сказал Грантт, — место, где мы сами присматриваем за ксили. И где мы развлекаем гостей.

— Гости?

Они завернули за угол, и Пул оказался лицом к лицу с Хайсмитом Марсденом и Мириам Берг, оба излучали слабую, мерцающую нереальность виртуальных проекций.