Месть

55

Когда он пришел навестить ее, в маленькой бамбуковой хижине, которую ей выделили внутри Галлии в знак вежливого уважения к ее виртуальному уединению, Мюриэл подсластила пилюлю новыми отчетами с Земли и внутренней системы.

У нее всегда была конфиденциальная информация. На самом деле Пул подозревал, что за ней скрывается своего рода теневое виртуальное общество, сеть искусственных разумных существ и имитированных людей, подобных ей самой, — тонко отделенных от телесной человечности, лишенных истинных ощущений, истинной радости, истинной боли, и все же глубоко привязанных к своим прародителям из плоти и крови простым фактом что, если человеческая цивилизация рухнет, то же самое произошло бы с энергетическими системами и хранилищами информации, которые в первую очередь населяли такие умы.

Так или иначе, теперь Мюриэл смогла показать Пулу поток репортажей с Марса, запертого в своей смертельной Клетке.

Восемь месяцев спустя большая часть атмосферы была удалена, вся вода распалась и исчезла, и большая часть жизни вымерла — Джек Грантт и его коллеги сделали все возможное, чтобы спасти хотя бы что-то из охватывающей мир решетки — так что не осталось ничего, кроме геологии, и даже это растворялось по мере того, как таяли участки коры, обнажая жидкую мантию под ней. Все великие вулканы Тарсиса, дестабилизированные, сейчас извергались, покрывая планету слоем пыли и пепла, скрывавшим поверхность, которая сама по себе раскалывалась вдоль линий разломов возрастом в миллиарды лет. Система долин Маринерис была заполнена магмой, сверкающей рекой длиной в тысячу километров. Северное полушарие, это древнее морское дно, казалось, распадалось на каменные острова, изолированные новым поднимающимся морем лавы. Пул почти ощущал хтоническую агонию планеты, словно сочувствуя ей.

Но, тем не менее, Пул знал, что продолжалась великая эвакуация планеты на космических кораблях, и каждую неделю сотни тысяч людей покидали обреченную планету. Уже осталось меньше миллиона, одна десятая от первоначального населения, хотя на орбите оставались некоторые наблюдатели-добровольцы, такие как Джек Грантт, полные решимости засвидетельствовать как можно больше для окончательного расчета. Отсюда и отчеты, которые Пул прослушивал сейчас.

Марс, однако, был устаревшей новостью.

Задолго до того, как сами ксили достигли Земли, был нанесен еще больший ущерб в других частях Солнечной системы. Мюриэл смогла показать Пулу записи, сделанные с "Орлиного гнезда", одной из множества небольших научных станций, которые следовали по орбитам, поднимавшим их высоко над плоскостью эклиптики, плоскостью самой Солнечной системы. С этой небесной высоты наблюдатели могли видеть целые орбитальные траектории планет или набор аккуратных кругов вокруг центрального огня Солнца, а также такие новшества, как полярные области самого Солнца.

И, если смотреть с этой точки зрения, было замечено, что в темном промежутке между кругами Марса и Юпитера вспыхивали и гасли искры.

— Астероиды, — мрачно сказал Пул.

— Сейчас они нацелились на главный пояс. Из Тайника вылетели зонды. Ты знаешь, что, когда ксили покинули Марс и направились внутрь, к Земле, Тайник отправился в другую сторону, к внешней системе. Прямо сейчас он находится на орбите вокруг Цереры. Большинство небесных тел, попавших под удар, просто превратились в пыль. Но, как мы думаем, происходит более тонкий процесс. Для проведения дополнительных исследований поднимаются более крупные куски мусора и некоторые из остаточных пылевых облаков.

Там работает какой-то самозарождающийся, самовоспроизводящийся механизм — так предполагают Марсден и его команда. Что-то еще, о чем мы ничего не знаем. В любом случае, ты можешь увидеть логику.

Пул кивнул. — Экспоненциальный разброс. Подобно вирусу, захватывающему ресурсы организма-хозяина, чтобы создавать новые копии самого себя, и снова новые, каскадом…

— Трудно понять, что может остановить этот процесс, теперь он запущен. Считается, что в конечном итоге весь главный пояс астероидов может быть уничтожен в результате этого процесса. Я имею в виду, превращен в пыль. Предположительно, следующей целью будут другие скопления, объекты, менее доступные, чем главный пояс: астероиды, пересекающие путь Земли, троянцы, которые следуют за Юпитером… Куда бы ни отправились люди, по слухам, за ними последуют ксили.

— Троянцы? Значит, в конце концов они придут сюда. Нам нужно будет переместить Галлию.

— Да. Что касается Земли — что ж, пока мы реагируем не слишком хорошо. Твой отец делает столько, сколько мог бы любой на его месте. — Она улыбнулась. — Даже если он присвоил эту работу. Но мир в смятении. Конечно, раздаются призывы дать отпор: что ж, власти пытаются. Ходят слухи о супербогачах, копающих супербункеры — и правительство тоже, — но пример Марса показывает, насколько это будет бесполезно, когда придут ксили. Прежде всего, люди ищут, кого бы обвинить. Или просто ненавидеть. Очень примитивные реакции. Раздаются громкие жалобы на поток марсианских мигрантов, бедняг, которым, должно быть, кажется, что они бегут из одного пылающего здания в другое.

— Думаю, консенсус, стоящий за мировым правительством, дает трещину. Были беспорядки у зданий ООН, попытки покушения — в том числе на Гарри, хотя он и не говорит мне об этом. Комментаторы даже предсказывают войну между регионами. Все это отвлекает от планирования того, как справиться с нападением ксили, если оно произойдет, когда оно произойдет. Что касается того, почему ксили делают все это…

— Кажется, все достаточно ясно, — сказал Пул. — Оставить нас без жилья. Нам негде даже спрятаться. И что потом? То обширное будущее, которое ты раскопала в архивах, мама. Будущее, о котором пропавшая девушка все рассказала Майклу Пулу Базалджету. Не похоже, что этому суждено сбыться, не так ли?

Она улыбнулась со странно усталым выражением лица. — Как мы и подозревали сначала. Возможно, мы были немного медлительны в своем объединении. Насколько понимаю, любой сверхсветовой корабль потенциально является машиной времени. Потому что, когда вы путешествуете быстрее света, следствие может предшествовать причине.

— Следует правильно рассчитать относительные скорости… Но, по сути, это верно.

— Марсден, столкнувшись с вероятностью того, что у ксили есть сверхсветовая технология, сразу понял ее значение для путешествий во времени.

— Он настоящий гений, мама.