Страница 28 из 136
Когда в небе началось настоящее светопреставление, молнии сверкали одна за другой, выпучивший глаза Барбос задрожал от ужаса, представляя, к чему это приведёт. Попятившись, пёс задницей забрался в будку и захлопнул за собой дверцу. Тут же послышался шорох запираемого засова. Ужасающая аура яблони, переполненная убийственным намерением, омывала двор, словно вышедшая из берегов река.
— Ку-кха-мяу! — неразборчиво заорал столь же внезапно разбуженный феникс, свалившись с постели.
У него в сарае стояла полноценная, уютная кровать, и даже имелся свой холодильник.
— Что происходит? — ошеломлённый феникс немедленно отправил мыслеречь своему приятелю демону.
— Кажется, кто-то подглядывал за нашей скромницей, пока она спала. Был пойман с поличным. То ли залез, куда не нужно, то ли ущипнул, за что положено, то ли стянул что-то важное. Я не разобрал. Сам видишь, что из этого вышло.
— Кто? — поразился феникс, открыв рот от изумления.
— Понятия не имею. Я никого не видел. Однако кто бы это ни был, он точно не из наших. Залётный, наверное.
— Мир его праху, — посочувствовал красноволосый мужчина коллеге.
Тем временем ситуация стремительно накалялась и набирала обороты. Вышедшее из глубокой медитации пугало не стало разбираться, кто, кого, за что. Проявив соседскую солидарность, под мышиный кличь из подвала: наших бьют, он тут же пустил в ход свой многочисленный арсенал.
Пугало всё никак не могло найти ему применение, поэтому только и делало, что с сожалением складировало… складировало… складировало, пока все склады не переполнились, и не стали портиться, а также вонять. Не выкидывать же содержимое ящиков с надписью: «продукты», вдруг ещё пригодятся. Например, на случай прихода Голода, Мора, Войны. Как оказалось — это решение было правильным.
Взметнувшийся над огородом густой лес высоких, мерзко извивающихся теневых щупалец, словно отряд многоруких пращников принялся бодро метать в том же направлении, куда без перерыва били молнии, нечто разноцветное и округлое. К этому действию не хватало только звукового сопровождения в виде работы реактивной системы залпового огня.
Подсвечиваемое грозовыми вспышками небо принялись расчерчивать дымные хвосты метательных снарядов. Многие из них портились настолько быстро, что взрывались прямо в воздухе, образуя облака зелёного, оранжевого и фиолетовых оттенков. В глубине зелёных дымов, словно что-то роилось и копошилось. В оранжевых истекало кислотной слизью, а в фиолетовых то и дело мелькал образ огромного чёрного черепа, клацающего клыками. Правда, с земли это всё было видно очень плохо, кроме самого наличия облаков.
Ураганным порывом ветра входная дверь в дом Матвея была выбита изнутри. На пороге будто из ниоткуда появилась маленькая китайская кукла, одетая в старинное, криво надетое платье с незатянутым поясом. Из-за поднявшегося сквозняка её волосы героически развивались. Она ещё и позу приняла такую, что хоть сейчас размещай это изображение на плакатах очень страшного кино.
Действуя по тому же принципу, что и Пугало, сначала бьём туда, куда остальные, а потом задаём вопросы, Кукла поспешила внести свой вклад в воцарившийся хаос. Потянув за метки пространственных маячков, телепортировала с ближайшего военного склада длительного хранения несколько старых зенитных ракет. Удерживая их в воздухе телекинезом, на каждую шлёпнула по талисману самоподрыва, после чего повторно телепортировала, но уже в область поражения.
Поскольку она видела только дымовые разрывы в небе, пронзаемые молниями, в которых чувствовалось что-то мерзкое, живое, хтоническое, прямо-таки напрашивающееся на экстерминатус, то туда и отправила «гостинцы», начинённые шрапнелью. Неизрасходованное ракетное топливо добавляло получившемуся фейерверку праздничному огонька.
Чтобы провернуть подобный фокус, ей пришлось пожертвовать скрытым козырем. Кукла уже давно протянула к военному складу тайную дорожку из пространственных маячков и заряженных накопителей энергии, связанных вместе. Их она, в свою очередь, соединила с ритуальным кругом, спрятанным в её личной части подземелья, который сейчас удалённо активировала. Она бы просто не смогла совершить подобный подвиг без «костылей». Не доросла ещё. Повезло, что на финальном этапе перебрасывать ракеты пришлось относительно недалеко, на окраину посёлка. К тому же у Куклы чуть ли не по всей области были закопаны пристрелочные метки, а также нарезаны сектора обстрела, привязанные к таблице соотношения веса/дистанции. Она ко всему подходила основательно, а не как Танук.
Освещаемый льющимися из окна огнями праздничного фейерверка, лежащая на подоконнике Нож издала звук, похожий на тоскливый, огорчённый вздох. В начавшейся заварушке она не участвовала, поскольку являлась мастером точечного воздействия ближнего радиуса действия. Масштабные атаки по площадям, да ещё на дальних расстояниях, неприцельные — не её профиль. Да и до сих пор непонятно с кем, собственно, началась война? Поэтому большинство разбуженных обитателей переполошившейся усадьбы не стали ничего предпринимать, дожидаясь прояснения обстановки. Или хотя бы объяснений.
Демон тоже посчитал излишним вмешиваться в массовое помешательство. Зачем, если они справлялись своими силами? К тому же Танук не ощущал рядом с домом ни живых, ни мёртвых противников. Более того, ему очень не хотелось попасться под горячую руку разбушевавшейся Небесной яблони. Эта неадекватная сначала прибьёт, а потом скажет: извините, случайно получилось. Простите меня.
В общем, никто ничего не понимал и не хотел лезть в драку. Всё как-то само складывалось. Тот случай, когда одно действие потянуло за собой другое, а дальше покатилось по нарастающей, как снежный ком с горы, быстро обрастая новыми проблемами.
Выскочив из дома в одних трусах, босиком, ошеломлённый происходящим, Матвей в спешке едва не споткнулся о мешающуюся под ногами Куклу. Впрочем, это не помешало ему задеть дверь плечом и чуть не слететь с крыльца. Вовремя остановившись, помянув процесс соития в грубой форме, он принялся напряжённо вглядываться в небо. Так и замер с дурацкой мухобойкой в руках, которую схватил впопыхах. Она оказалась первым, что подвернулось под руку в тот момент, когда голова ещё не соображала, а руки уже действовали, имея удобную рукоять и вытянутую форму.
— На нас напали? — недоумённо спросил Матвей, не обнаружив противника.