Бессмертный из Рязани - 2

Глава 17

Ночь в усадьбе прошла в тревожном ожидании. Головы её обитателей были полны сомнений и разных, не связанных между собой мыслей. Поэтому уже в половину седьмого утра, надев лучшие наряды, приведя иву, как и приказывал господин, все сверхъестественные существа заняли свои места в подземном актовом зале. Зажгли все свечи, на что даже экономный кошелёк не стал ворчать. Приняли торжественно-величественные позы, под стать историческому моменту.

Ровно в восемь часов в зал спустился Матвей в своей старой, потрёпанной форме вольного практика-бродяги из мира бессмертных. Удивительно, но она до сих пор сидела на нём как влитая. Заняв почётное место лидера, он обвёл собравшихся серьёзным взглядом. Немного потянул время, собираясь с духом, после чего, глубоко вздохнув, начал свою эпичную речь.

— Приветствую всех собравшихся. Благодарю вас за то, что пришли. За то, что всё это время меня терпели и поддерживали.

Уважительно склонив голову, завершая вступительную часть, Матвей продолжил:

— Как вы знаете, в последние годы мне нездоровилось. У меня наблюдался сильный упадок духа и стремлений. Я был пуст, словно прохудившаяся бочка, которую тщетно пытался наполнить вместо смысла — вином. Можно сказать: я потерял своё сердце дао. Однако, как после каждого заката, неизбежно наступает рассвет, а после отлива — прилив, так и я вновь чётко увидел перед собой дорогу, тянущуюся к самому горизонту, которую когда-то хотел пройти до конца. И до сих пор этого желаю, чего никак не мог понять! Когда туман в голове рассеялся, я вновь вспомнил, кем являюсь. О чём мечтал. Услышал стук своего мятежного сердца. Зов дороги, что словно зовёт меня, приветствуя, как старого друга, с которым давно не виделась. Говоря: посидели и хватит. Пора двигаться дальше. Видишь бескрайний горизонт и необъятные небеса? Нам нужно туда. Быстрее. Нас там давно ждут твои старые друзья и детские мечты.

Его голос, дрогнув, ненадолго прервался. Справившись с эмоциями, он вновь продолжил.

— Я наконец-то понял, как можно излечить мой недуг. Возможно, это и послужило толчком к пробуждению. Да, добиться исцеления будет совсем непросто и не быстро, но возможно, вот что главное. Более того, мне и самому хочется вернуться туда, где я ощущаю себя на своём месте. Как вы, наверное, догадались, в мир Белой реки.

Матвея слушали внимательно, казалось, даже не дыша и не моргая.

— Я хочу, — он повторил твёрдым голосом, — начать всё заново. Как практик. Моя душа этого жаждет! Моя кровь кипит от этой мысли!

Его голос приобрёл ещё большую глубину.

— Понимаю, что прошло уже много времени. Упущено самое подходящее время. Мое тело уже не то что раньше. Да и мир с момента затянувшегося «отпуска» не стоял на месте. Я слишком многое упустил, многое забыл, многое растерял. Однако меня это не пугает. Любую, даже уже пройденную дорогу, можно пройти вновь. Это как в любимой игре, в которую возвращаешься раз за разом, даже зная все повороты сюжета. Потому что удовольствие доставляет сам процесс, а не результат. Я чётко осознаю, что меня не ждут там с распростёртыми объятьями. Не будут чествовать и одаривать дарами, как героя. Это здесь я единственный и неповторимый фальшивый бессмертный, а там, лишь один из многих, безликих бедных практиков, занявших очередь. Всего придётся добиваться заново. И это даже хорошо! — широко улыбнулся Матвей. — Это станет моим первым вызовом! Уж теперь-то я смогу сделать то, чего не сделал тогда.

Голос вдохновлённого своей же речью Матвея, мечтательно посмотревшего в потолок, прогремел под сводами зала.

— Будьте уверены. Я не бегу туда от сложностей, а иду за возможностями, которых не найти здесь. Мне нравится этот мир, и эта страна, но… к сожалению, в ней нам будет тесно. Она не рассчитана на таких, как мы. Само наше существование несёт её опасность и привлекает стервятников с других миров. Переезд в другую страну этого скрытого царства ничего не изменит. Получим те же яйца, только в профиль, и другого оттенка. Поэтому я принял решение. Я устал. Я ухожу.

Спародировал одного политического деятеля, вызвав примерно ту же реакцию у слушателей. Полную растерянность и ошеломление, ведь не было сказано главного.

— Может, когда-нибудь я сюда вернусь. Когда набегаюсь. Писать мемуары, курить сигары и качаться на кресле-качалке. Однако пока я ещё слишком молод для этой тихой заводи в красивой бухте. Теперь, что касается вас. Мне прекрасно известно, что я больше не одинок, и это согревает мне сердце. Поэтому я не сбегаю ночью, тайком, с маленьким узелком вещей за спиной, привязанным к деревянному мему, а открыто спрашиваю у вас, кто хочет пойти со мной? Добровольно. Напоминаю, в другой мир, полный сложностей и опасностей совсем иного уровня. Туда, где нас никто не ждёт. Если кто-то захочет остаться здесь, или отправиться в свободное плаванье, искать родных или новый дом, я не буду их осуждать, и тем более чинить препятствий. Расстанемся по-хорошему, словно члены одной большой, дружной семьи. С добрыми напутствиями, надеждами на новую встречу, и грустными улыбками. Так что до моего отъезда вам следует решить, чего вы хотите. Только потом не жалуйтесь, что вас не предупреждали, — пошутил Матвей, немного разрядив обстановку. — Предлагаю проголосовать, чтобы понять, к чему нам всем стоит готовиться. Кто идёт, а кто остаётся. Только учтите, какое-то время в мире Белой реки постараюсь держать низкий профиль, поэтому отыскать меня там будет непросто, ведь я собираюсь стать настоящим бессмертным, чтобы больше не стыдиться этого звания. Следовательно, наша следующая встреча может отложиться на неопределённый срок. Итак. Кто хочет составить мне компанию? Пожалуйста, поднимите руки.

В тот же миг поднялся лес рук. Никто из присутствующих не стал тратить ни секунды на размышления. Решение было принято единогласно. Судя по радостным улыбкам и восхищённым глазам, в некоторых из которых блестели слёзы, они проголосовали не головой, а сердцем. Для них мир Белой реки значил гораздо больше, чем для меня. Не для всех, но многих, это была далёкая родина. Они знали её гораздо лучше, чем Землю. Это был их мир.

— Что же, благодарю за доверие. Постараюсь не подвести его, — растрогался Матвей, подводя итоги.