Страница 118 из 136
— Что-то вроде. Только опаснее. Она здесь на лечении, поэтому зря её не тревожьте. Пусть отдыхает. И расслабьтесь уже. Первой она не нападёт. По крайней мере здесь, — уточнил, высоко оценив её разумность.
Приглядевшись, ребята заметили на этом дереве множество повреждений и отсутствие листвы.
— А где вы её взяли? Вряд ли на рынке «Садовод» или в питомнике саженцев, — полюбопытствовал Павел, чей страх улетучился столь же быстро, как и появился.
— Где взял, там её уже нет.
— А кто на иву напал? Медведь?
Не удержавшись, я фыркнул от смеха.
— Нет. Культиватор из тёмного культа крови. Бродил поблизости, поганец такой. Пакости устраивал. Нападал на всех. Пришлось объяснять, несовместимым с жизнью образом, что так поступать нехорошо, — упростил всё до предела.
— А он тоже здесь объявился из-за пансионата? — нахмурившись, Светлана задала очень правильный вопрос.
Я бы даже сказал: опасный. Ребята, как и власти, тоже умели делать выводы. Пока здесь не появились китайцы, в нашем районе из сверхъестественного были только один сериал, одно непорочное зачатие старшеклассницы, битой за это матерью, и пропажа заначки у невнимательного мужа, пришедшего домой в рубашке, пахнущей женскими духами.
— Сам в шоке, — соврал Светлане. — И куда только смотрит миграционная служба?
Ещё пару минут косившись на иву подозрительными взглядами, ребята довольно быстро привыкли к очередным изменениям. Они уже устали всему удивляться. Для них чудеса постепенно становились обыденностью. Ох уж эта детская, пластичная психика.
Закончив с поручениями, ребята самостоятельно приступили к тренировке, уже втянувшись в новый ритм жизни, получая от этого удовольствие. Параллельно, раз уж собрались вместе, принялись обсуждать разные новости, не обращая на меня внимания. Делились проблемами. Хвастались успехами. Ничего особенного.
Хоть я в этом и не участвовал, но тоже с интересом послушал о жизни современной молодёжи. Узнал, что в мире делается. О том, как вчера Светлана, поехав в город по делам, в торговом центре одному настырному гаврику, вознамерившемуся всенепременно познакомиться, чуть не устроила свидание с травматологом. Немного не рассчитала свои возросшие силы. В перспективе это могло стать нашей общей проблемой. На одной голой теории ребята далеко не уедут. Или уедут, но не туда, куда хотели. Отправятся куда-нибудь в Сибирь, тайгу валить в номерных фуфайках. Ещё и на меня пальцем покажут, как на того, кто их этому научил. Почему-то вспомнилась задорная песенка: Mad Show Boys — Я Не Ходил На Карате.
Ладно бы таких, как они, было много. Собрались бы вместе. Организовали клуб. Выезжали бы по выходным на различные мероприятия. Обсуждали культивацию ци. Колотили друг друга в своё удовольствие, как те же реконструкторы или ролевики. Устраивали турниры. В этом отношении мне ребят немного жаль.
Чуть позже на традиционный завтрак пришёл Бэй Цинмин. Как ни странно, на последний. Он хотел попрощаться, перед отъездом. Получив желаемое, мечники дружно собирались возвращаться в родную секту, куда путь был не близким. К тому же они потеряли летучий корабль. Во время беседы Бэй Цинмин посетовал, что я слишком далеко живу, а то бы мечники навещали меня чаще. От такой угрозы я аж мурашками покрылся. Хотя глава секты пообещал никому об этом месте не рассказывать, сохранив чудесную поездку в своём сердце, но что-то в это плохо верится.
По глазам вижу, наверняка воспользуется правилом: по секрету всему свету, если посчитает это выгодным для Меча заката. Не удивлюсь, если скоро ко мне ещё кто-нибудь припрётся. Как полагается — рангом повыше. Закон подлости ещё никого не подводил. Даже если Бэй Цинмин захочет промолчать, его самого вполне могут найти и расспросить такие личности, которым даже он отказать просто не посмеет. Поэтому я не особо рассчитывал на эти приятные слова. Ко мне протянулось уже слишком много дорожек из хлебных крошек.
Ещё я отметил, что глава Облачного кряжа, который улетал вместе с ним, не пришёл, и, соответственно, ничего не обещал. Полагаю, сделал это специально, чтобы потом не ставить себя в неудобное положение. Бэй Цинмин, скорее всего, тоже рассчитывал использовать его в качестве запасного варианта на случай неожиданностей, чтобы сохранить уже своё лицо. Во всех смыслах. Поэтому он старательно избегал тем, связанных со своими спутниками. Хитрый глава секты Меча заката вполне мог послать тех, кто искал меня, к Цзюнь Лану. Прикрыться им. Намекнуть на что-то. Продать информацию не напрямую, соблюдя букву, но не дух соглашения. Он же не только практик, но и политик. Должен учитывать все риски и строить коварные планы. Глупо за это на него обижаться. Работа у мужика такая, заботиться о своём детище.
Насколько понял, Бэй Цинмин остался бы ещё здесь на неделю, а то и больше, продолжив обсуждать со мной культивацию ци, техники фехтования, тайны дао, обмениваться опытом, пить чай озарения, однако его духовная энергия росла здесь аномально быстро. Тело просто не поспевало за духом и разумом, что создавало опасный перекос в развитии практика. Если бы глава секты ещё раз прорвался, в достаточной мере не укрепив фундамент предыдущей стадии, то подверг бы себя ненужным рискам. Потерял бы кучу ценного опыта. Лишился части потенциала. Словом, это было возможно, даже желанно, но неразумно. Бэй Цинмин предпочёл расти полноценно, основательно готовясь к следующим прорывам, чтобы о них не разбиться.
Во время последней встречи глава секты ещё раз выразил мне своё уважение. Поблагодарил. Пригласил в любое удобное время посетить Меч заката в качестве почётного гостя. Навестить Бэй Нинг. Позаботиться о ней, если возможно. Присмотреться. Может, она заслуживается моих уроков больше, чем жители Мухоморовки. Последняя просьба была завуалирована достаточно хорошо, чтобы не показаться невежливой.
Появление у меня во дворе призрачной ивы Бэй Цинмин, конечно же, заметил сразу, но деликатно не стал расспрашивать, посчитав, что это не его дело. Каких бы странных зверушек я ни заводил, ему-то что? Хотя глава секты не отказался бы её изучить, кое-что отрезать, забрав с собой, и вообще, проверить на этом чудовище остроту своего меча, однако он предпочитал не покушаться на чужие трофеи. Особенно те, что принадлежали заведомо более сильным практикам. Бэй Цинмин считал себя праведным мечником, а не бесстыдным разбойником. Это в данный момент. По молодости же, будучи одним из бродячих, никому не известных бедных культиваторов, граница его убеждений, скорее всего, была куда более гибкой.