Страница 34 из 100
ГЛАВА
12
ТЕНЬ
— Ебанько, — пробормотал я, разглядывая свои руки под душем. На глаза попались розовые блёстки и пена.
Ститч добавил блёстки в мой шампунь.
Я ожидал от него большего. Ну или хотя бы чего-то чуть более креативного.
После десяти минут оттирания я понял, что это не такая уж плохая идея. Если это самое худшее, что меня ждёт, я справлюсь. Наверное.
Я вышел из душа и хмыкнул, когда крошечные крупинки блёсток заискрились под лампой в ванной. Теперь я соответствовал этому буйному мудиле. Но я его переплюну. У меня уже назревала идея.
Я оделся и пошёл в гостиную, но она оказалась пуста. Странно быть Наблюдателем. В самых диких мечтах я и подумать не мог, что окажусь здесь. Честно говоря, мне до сих пор это казалось нереальным. Всё то время, что я провел здесь, я твердил себе, что никуда не вписываюсь.
Но потом появилась она.
Мой Кексик. Любовь всей моей грёбаной жизни. Мой лучший друг.
Сирена.
Тогда всё сразу встало на свои места. Это заставило меня осознать, что я гораздо больше похож на наблюдателей, чем думал изначально.
Это должно было меня напугать, но принесло невероятное облегчение.
Я забрёл на кухню и на скорую руку приготовил завтрак: вафли, яйца, тосты и свежие фрукты. Даже пожарил бекон. Ститч притащился первым. Я знал, что Сирена провела ночь с Эшем, поэтому ожидал, что она скоро спустится, так как Эшер обычно вставал рано.
— Пахнет вкусно, — хмыкнул Ститч, накалывая на вилку две вафли и складывая их на свою тарелку, после чего добавил остальную еду. Я сел напротив него и принялся мазать тост маслом.
— Чёрт. А это вкусно, — сказал Ститч, запихивая еду в рот.
— Спасибо, — ответил я с улыбкой. Ститч нечасто разбрасывался комплиментами, а учитывая, что из-за блёсток я был у него в чёрном списке, это кое-что да значило.
В кухню шаркая вошёл Син, протирая глаза; его пижамные штаны низко сидели на бёдрах, а торс был голым.
— Я приготовил поесть, — окликнул я его.
— Идеально. — Он сел на своё место и принялся за еду; его волосы рассыпались по лицу, поскольку не были собраны в его фирменный мужской пучок.
Некоторое время мы ели в тишине, а затем Сирена и Эш спустились вниз.
— О, ништяк, — сказал Эш, усаживаясь на своё место. Сирена села рядом со мной и тут же поцеловала меня. От этого жеста моё сердце наполнилось теплом.
Как же мне чертовски повезло?
Я наблюдал за тем, как она взяла вафлю и принялась медленно её есть.
— Ты в порядке? — прошептал я, пока парни вовсю болтали.
Она пожала плечами и устало мне улыбнулась.
— Скучаешь по Чёрчу? — спросил я.
Она кивнула, выпятив нижнюю губу.
— Малышка, мы увидимся с ним всего через несколько дней. Уверен, он позвонит нам сегодня вечером. К тому же, будет здорово уехать на лето в Чикаго. Скоро Кейди вернётся. Всё будет хорошо.
— Обещаешь? — показала она жестами, широко раскрыв свои разноцветные глаза.
— Да. — Я наклонился и мягко поцеловал её. — Я позабочусь об этом.
Похоже, это немного успокоило её, потому что она вернулась к еде и даже слегка заерзала на стуле от удовольствия, пробуя приготовленные мной яйца. Я улыбнулся этому зрелищу.
— И где ты научился так готовить? — спросил Эш, не сводя с меня взгляда.
— Да так, просто смотрел видосы в инете. Читал. — Я пожал плечами. — Само как-то отложилось. Я взял кулинарные курсы в качестве факультатива.
— А у тебя разве не всё подряд в голове откладывается? — спросил Ститч с набитым ртом, жуя яйца с тостом.
— Ну да, — согласился я. — Есть такое. К тому же мне нравится этим заниматься, так что...
— Чертовски вкусно, — Син закинул в рот очередную порцию еды. — Эш, тебя, похоже, подсидели. У нас тут новая кухонная сучка.
Эш тихо рассмеялся:
— Я только за. Мне всё равно не помешал бы отпуск.
— Твои бургеры хороши, — сказал я. — И та картошка, которую ты делаешь, тоже тема.
Эшер улыбнулся: — Я научу тебя её готовить.
Я оскалился. Эш был довольно покладистым. Из всех парней он был самым спокойным и мягким.
Я наблюдал за тем, как он пять раз подряд открыл и закрыл зажигалку, сделал паузу, а затем повторил всё снова, одновременно продолжая накалывать на вилку кусочки яичницы-болтуньи.
Пока все шутили и смеялись, у меня в кармане зазвонил телефон.
Нахмурившись, я достал мобильник и уставился на экран — звонила мама.
Она звонила мне крайне редко. Я обвёл взглядом свою новую семью — все они продолжали смеяться и болтать. Моё сердце наполнялось теплом от осознания того, что я наконец нашёл свой дом. Поэтому вид её имени на экране вовсе не вызывал у меня желания возвращаться туда, где я никогда не был своим и где меня никто не ждал.
Я сбросил звонок и вернулся к еде, хотя хорошее настроение как рукой сняло.
— Ты сегодня прямо сияешь, — окликнул меня Ститч. — Ты что, блядь, единорогов в душе трахал, Тень?
Я поднял голову и уставился на него:
— Ага. Я назвал его Малахи. Принял мой член как чемпион.
— Да ну тебя нахуй, отъебись, — Ститч швырнул в меня недоеденную вафлю.
Я поймал её и кинул обратно.
И понеслось. Между нами вспыхнула настоящая битва едой, и в итоге мы начали бороться на полу, пытаясь запихать друг другу вафли и тосты под рубашки.
— Он как будто клон Чёрча, — пробормотал Син сквозь мой хохот, пока мне удавалось затолкнуть тост Ститчу за пояс штанов сзади.
— По крайней мере, он не брюзжащий ублюдок, — выкрикнул Эш, бросая в нас ещё одну вафлю. — За это ему бонусные очки.
— Он, блядь, укусил меня за палец! — взвыл Ститч, пока я содрогался от смеха. — Ублюдок, да что с тобой, блядь, не так…
Я запихал тост, который уронил Эш, Ститчу прямо в рот, после чего быстро уполз от него подальше.
— Перемирие, сучка, — выдохнул я, тяжело дыша. — Перемирие.
Ститч прожевал и сглотнул, усаживаясь на полу; в его чёрных волосах застряли кусочки вафли. Я вытащил хлебную корку из своих кудрей и швырнул в него.
— Ты укусил меня, придурок, — сказал Ститч.
— А ты пытался потрогать меня за задницу, — огрызнулся я в ответ.
— Лжец! Не было такого!
Я пожал плечами:
— Спроси мою задницу. У неё на этот счёт другая история.
— Да нахуй твою задницу, чувак.
— А мне показалось, ты как раз это и пытался сделать, — сказал я, ухмыляясь ему в лицо. Я знал, что бешу его до безумия.
Он посмотрел на Эша:
— Я не делал этого.
Эш тихо рассмеялся:
— А по-моему, делал.